Страница 41 из 85
— Мин Хо - хороший человек. - Её голос стал жёстче. - Достойный. Уважаемый. Он дал мне всё, что я хотела. Всё, чего Сон Джин дать не мог.
— Тогда почему..
— Потому что я любила его! - Юна почти выкрикнула это. Её лицо исказилось - на мгновение маска слетела. - Любила этого упрямого, глупого парня с Сахалина. А он отказался ехать со мной. Отказался дать мне жизнь, которую я заслуживала.
Она отвернулась. Подошла к орхидеям.
— Я ненавижу его за это, - сказала она тихо.
Я молчала.
Не знала, что сказать.
— А теперь - эта женщина. - Юна повернулась ко мне. - Твоя мать. Живёт в моём доме. Спит в моей постели. С моим мужем.
— Это не ваш дом. Не ваша постель.
— Это всегда будет моё! - она шагнула ко мне. - Моё, понимаешь? Я родила ему сына. Я была его женой. А твоя мать - просто шлюха, которая подобрала то, что плохо лежало.
Я вскочила.
— Не смейте!
— Что - не сметь? - Юна усмехнулась. - Говорить правду? Твоя мать - охотница за мужьями. А ты - в неё. Яблоко от яблони.
— Это неправда!
— Неправда? - она подошла ещё ближе. - Тогда что ты здесь делаешь? В моём доме? С моим сыном? Охотишься за богатым мужем, как твоя мамаша?
— Я люблю Тэджуна!
— Любишь. - Она рассмеялась. - Как удобно. Любить знаменитость. Любить миллионера. Любить наследника империи.
— Это не так!
— Это именно так! - Юна схватила меня за руку. Её пальцы впились в кожу - больно, до синяков. - Ты такая же, как все. Как тысячи девок, которые бегают за моим сыном. Только ты умнее - притворяешься пианисткой. Притворяешься приличной.
— Отпустите меня!
Я вырвала руку.
И тут Юна сделала то, чего я не ожидала.
Она резко развернулась - и смахнула рукой горшок с орхидеей. Сама. Намеренно.
Горшок полетел на пол.
Звон. Грохот. Осколки разлетелись по плитке. Земля рассыпалась чёрной кучей. И среди этого хаоса - орхидея. Белая, с розовыми прожилками. Сломанная.
Я застыла.
Смотрела на Юну - не понимая.
А она - она смотрела на меня. И улыбалась. Холодно. Торжествующе.
— Что вы.. - начала я.
И тут Юна закричала.
— Нет! - её голос разнёсся по саду. - Нет, что ты наделала!
Она упала на колени рядом с осколками. Подняла сломанный стебель.
И заплакала.
Громко. Навзрыд. Как ребёнок.
Я стояла и смотрела на это - не веря своим глазам.
Она сама. Сама разбила. И теперь - плачет?
— Моя орхидея! - рыдала Юна. - Моя любимая! СТОЛЬКО лет я её выращивала!
— Это не я! - я отступила назад. - Вы сами! Я видела!
— Ты всё разрушила! - Юна подняла на меня заплаканные глаза. - Всё!
Двери сада распахнулись.
Люди - гости, прислуга - ворвались внутрь. Мин Хо впереди всех.
— Что случилось? - он бросился к жене. - Юна! Что произошло?
— Она! - Юна указала на меня дрожащей рукой. - Она разбила мою орхидею! Специально! Я показывала ей сад, а она..
Она снова зарыдала.
Все смотрели на меня.
С осуждением. С презрением.
Мин Хо поднял жену. Обнял. Гладил по спине.
Мин Джи - откуда она взялась? - подбежала к Юне. Взяла её за руку.
— Госпожа Пак, - говорила она ласково, - не плачьте. Пожалуйста. Всё будет хорошо.
— Моя орхидея, - всхлипывала Юна. - Моя любимая орхидея..
— Я знаю. Я знаю. - Мин Джи гладила её по руке. - Это ужасно. Просто ужасно.
Она посмотрела на меня. И в её глазах - за маской сочувствия - была победа.
Торжество.
И тут появился Тэджун.
Он вбежал в сад - растрёпанный, с расстёгнутым воротником.
— Что происходит? - он смотрел на рыдающую мать. - Мама? Что случилось?
— Твоя.. - Юна всхлипнула, - твоя девушка.. она разбила..
— Это не я! - я шагнула к Тэджуну. - Она сама! Она кричала на меня, оскорбляла мою маму.
Тэджун смотрел на меня.
Потом - на мать.
Юна рыдала в объятиях Мин Хо. Мин Джи гладила её руку. Гости перешёптывались.
— Ева, - Тэджун сказал это тихо. Очень тихо.
— Я не виновата! Она специально! Она..
— Ева. - Он подошёл ко мне. Взял за плечи. - Не сейчас.
Он повернулся к матери.
— Эомма, - сказал он по-корейски. Что-то ещё - длинное, мягкое.
Потом поклонился - низко, почтительно.
Потом повернулся к гостям. Снова поклонился.
— Простите нас, - сказал он по-русски. Для меня? Или для всех? - За беспокойство. Мы уходим.
Он взял меня за руку.
И повёл к выходу.
Мы шли через холл молча.
Его рука - крепко почти болезненно сжимала мою.
— Тэджун, - начала я.
— Не сейчас.
— Но я должна объяснить..
— В машине.
Двери особняка распахнулись. Ночной воздух - холодный, свежий - ударил в лицо.
Чёрная машина ждала у крыльца. Водитель открыл дверь.
Тэджун помог мне сесть. Сел рядом.
— Домой, - сказал он водителю.
Машина тронулась.
И только тогда - когда ворота особняка остались позади - он повернулся ко мне.
— Рассказывай, - сказал он.