Оружие тьмы

Фриша чувствовала себя ужасно из-за Резкайна. Наверное, прежде он никого не убивал, из-за чего говорить о том, что случилось, стало намного труднее. Очевидно, он сильно страдал, если даже не смог заставить себя на нее посмотреть. Его взгляд продолжал метаться по лагерю, словно он не верил своим глазам. Резкайн был явно расстроен гораздо сильнее, чем признавал. Он просто старался держаться. Она вздохнула. Ей очень хотелось его обнять и сказать, что все хорошо, но никакие ее слова не убедят его, что он не мог поступить иначе. Однажды он сам придет к такому выводу.

– Фриша, – сказал Тэм, прервав ее размышления, – тебе не следует на него давить. Еще слишком рано. Я уверен, сейчас он старается не думать о том, что произошло. Даже будучи дуэлянтом, он не привык к смерти. Дуэли редко заканчиваются гибелью одного из противников. Вероятно, ему никогда не приходилось драться с кем-то вне дуэльного круга, не говоря уже о целой банде разбойников. Просто дай ему немного пространства. После этих событий он пытается сделать все, чтобы мы чувствовали себя лучше.

Фриша вздохнула.

– Я знаю, что ты прав, Тэм. Просто он такой благородный человек. Трудно даже представить, что ему пришлось сражаться с такими ужасными людьми, чтобы нас защитить.

– Ну, теперь ты называешь его благородным, – усмехнулся Тэм.

– Нет, я имела в виду совсем другое благородство, – раздраженно проворчала Фриша. – Я говорю про его характер. Да ты и сам знаешь, что я хотела сказать.

Лейтенант Джимсон наконец собрался с духом, чтобы поговорить с Резкайном, адреналин сражения постепенно ушел. Он отвел странного воина в сторону, рассчитывая во всем разобраться. Резкайн отошел с лейтенантом на край лагеря, где их не могли услышать остальные.

– Вы сражались в неполную силу? – спросил лейтенант.

Резкайн удивленно склонил голову набок.

– Когда мы проводили тренировочную схватку, – продолжал лейтенант. – Вы не особенно напрягались.

– Нет, я старался. Совсем не просто ограничить свои

Умения,

для этого требуется специальная подготовка, – коротко, без малейшей заносчивости, ответил Резкайн.

Лейтенант посмотрел на молодого человека, который был на несколько лет младше него самого.

– Вы мастер клинка, – сказал он, и в его словах не было вопроса.

– Да, – ответил Резкайн.

– И не дуэлянт. – Снова утверждение.

– Не профессиональный, – сказал Резкайн.

– Значит, вы…

Резкайн просто пожал плечами.

Джимсон решил, что ему не следовало давить, и тяжело вздохнул.

– В таком случае я рад, что вы друг, а не враг.

Его слова поразили Резкайна. Получалось, что лейтенант также его друг? Почему же он не сказал об этом при встрече? Резкайн обрадовался еще больше, что ему удалось уберечь лейтенанта от гибели. Он ведь мог потерпеть поражение в достижении своей цели, не понимая, в чем она состояла. Однако он хотел знать наверняка, поэтому решил проверить у Фриши правильность своей оценки. Как ему казалось, она разбиралась в таких вещах. Тем не менее Резкайн кивнул и процитировал:

– Правило 1 – Защищать и чтить своих друзей.

Джимсон задумчиво посмотрел на него и улыбнулся.

– Да, это достойное правило, которым стоит руководствоваться в жизни. – Он посмотрел на горизонт и продолжал: – Скоро встанет солнце, и, если вы не против, сэр, нам следует двигаться дальше, пока кровь и тела не привлекли стервятников.

Отряд собрал вещи, и после того, как Резкайн окончательно успокоил Гордого, он привязал вещи своего нового друга на спину боевого скакуна. Гордый все еще нервничал из-за запаха крови, а потому инстинкты и обучение делали его более агрессивным.

Фриша старалась держаться от него подальше, она не сомневалась, что в Гордого вселился демон.

– Я никогда не видела, чтобы лошадь так себя вела. Он даже не пытался сбежать. Он атаковал людей. Это было ужасно, – заявила она.

Стоявший рядом лейтенант Джимсон кивнул.

– Так себя ведут боевые скакуны. Они обучены не только нести своего всадника в сражении, но и участвовать в нем. Чтобы подчинить себе такую лошадь, нужно обладать твердой рукой и сильным характером – большинство людей лишены этих качеств.

– Он настоящий боевой скакун? – удивленно спросил Тэм, не сводя взгляда с могучего жеребца.

Лейтенант озадаченно на него посмотрел.

– Да, они редко встречаются – в основном только у элитных воинов. Даже у кавалеристов нет обученных боевых скакунов, большинство ездят на обычных лошадях. Королевская гвардия использует боевых скакунов, только если сопровождает короля, когда он покидает дворец. Как правило, такие лошади достаются высшим чинам и страйкерам. – Лейтенант искоса посмотрел на Резкайна. – Как вам удалось его заполучить? У простого человека не может быть такого скакуна.

Тэм, уверенный в том, что он понял Резкайна, спросил:

– Правда, Рез? Как ты получил такого коня?

Резкайн пожал плечами:

– Я взял его из дома, когда уходил. Там никого не осталось, кто мог за ним ухаживать, а мне требовалась лошадь. Я много тренировался вместе с ним, так что никаких проблем не возникло.

– Ты вырос в замке, как в поместье лорда? – спросил Тэм.

Он в первый раз услышал что-то о доме Резкайна.

– Он больше походил на форт, – ответил Резкайн.

– О, тогда понятно, почему ты ведешь себя как военный, хотя не служил в армии, – сказал Тэм. – Там работали твои родители?

Резкайн пожал плечами:

– Я их никогда не встречал.

– Значит, ты сирота? – с сочувствием спросила Фриша.

– Я не знаю. Никогда об этом не думал. Возможно, они еще живы, но мне неизвестно, кто они такие, – ответил Резкайн.

– Тогда кто тебя вырастил? – спросила она.

– Люди из форта. Они тренировали меня, как умели, чтобы я стал взрослым мужчиной и смог исполнить свое предназначение. И я вырос, – просто сказал он.

– О да, ты… – Фриша печально вздохнула, но тут же взяла себя в руки. – Вырос, хотела я сказать. Теперь ты совершенно определенно взрослый мужчина… и весьма одаренный. – Она покраснела и опустила голову.

Тэм, стоявший рядом, рассмеялся, за что получил удар локтем по ребрам.