Страница 8 из 65
Я резко останавливаюсь на обочине дороги перед ее машиной, и ее глаза, широко раскрывшись, устремляются на меня.
Черт, Лили такая красивая. Черные как смоль волосы, ниспадающие почти до пояса. Ее темное, обтягивающее, крошечное платье подчеркивает ее миниатюрную фигуру, а ее чистая кожа так и просится быть украшенной татуировками.
Трахни меня.
Я почти уверен, что если бы мой член мог говорить, он бы ей это сказал. Потому что, когда она выпрямляется и расправляет свои жеманные плечи, мне так и хочется снова ее наклонить.
Видимо, я не сходил с ума той ночью несколько дней назад, когда случайно встретил ее на тротуаре. Она действительно чертовски красива. Я списал это на то, что мой член сейчас готов вонзиться практически во что угодно, потому что я не зацикливаюсь на девушках. Но в этой есть что-то особенное.
Все дело в ее глазах. Они темнее из-за густых ресниц, и она не боится смотреть мне прямо в глаза.
Она мягкая, но бесстрашная. Любопытная, но интровертная.
Противоречие.
— Ты, — говорит она, когда я снимаю шлем.
— Ну, снова привет, милашка, — я ухмыляюсь, понимая, что это на мгновение привлекает ее внимание.
Она приподнимает подбородок.
— Все еще не милашка для тебя.
— А я для тебя? — я слезаю с байка и подхожу к ней..
— Ах, да, ты, наверное, привык к тому, что люди у твоих ног стелются, — она уже собирается закатить глаза, но тут же берет себя в руки, осекается и вместо этого прищуривается.
— Неужели? — я наклоняю голову и пытаюсь прочитать раздражение на ее милом личике в форме сердечка.
Тот факт, что я ее провоцирую, только усиливает мое желание это сделать.
— Ты Ром Морено, верно? Или, может, лучше называть тебя Король Риффов? — она скрещивает руки на груди, и это выпячивает ее небольшую грудь в идеальные холмики.
— Ты меня гуглила? — я улыбаюсь и подхожу так близко, что определенно оказываюсь в ее личном пространстве. — Для меня это большая честь.
Лили стоит на своем, не моргая.
— Не надо.
— Продолжай повторять себе это, если это помогает тебе чувствовать себя менее похожей на сталкера, — я наклоняюсь вперед, потому что не могу сдержаться. Мне нужна еще одна доза этого запаха, который не покидал мою голову уже несколько дней.
Она пахнет так же дорого, как и выглядит. Грушами, сахаром и вином. Всем тем, что такому мужчине, как я, не позволено пробовать на вкус, но он, черт возьми, ничего не может с собой поделать.
Что-то в ней есть нежное и милое. Зажатая и чопорная. Это заставляет меня хотеть вывести ее из себя. Осквернить ее. Извлечь ее чистоту и заменить ее грехом. Я хочу выбить из нее всю эту отполированную непокорность и устроить беспорядок.
Но это опасная мысль, потому что Лили не похожа на тех девушек, которые мне нравятся. Лили — из тех девушек, с которыми нужно поужинать и выпить перед тем, как переспать. Из тех, кому нужно придерживать двери. Из тех, которые чего-то ожидают.
Хотя я и не из тех мужчин, от которых можно ожидать чего-то хорошего. Я пересплю с тобой и брошу тебя, а ты меня за это поблагодаришь.
Так почему же эта девчонка меня так будоражит?
— Ты заблудилась, милая? — я оглядываюсь на пустую дорогу, а затем снова смотрю на нее.
Она качает головой, и это лишь усиливает ее приятный запах.
— Моя машина заглохла.
— Я это вижу, — я подхожу ближе. — Но почему ты оказались посреди пустыни в это время суток? Скоро стемнеет. Тебе нравится искушать судьбу?
Лили прищурилась, услышав двусмысленный тон моего голоса. От нее ничего не ускользнет. Она умна — достаточно умна, чтобы понимать, что мне нельзя доверять.
— Это не глушь, — она вызывающе поднимает подбородок. — Я живу здесь… по крайней мере, пока.
И тут меня осеняет. Маленькая гостья в доме Элоиз. Танцовщица, которой она сдает свой. Запретная зона, если я правильно помню.
Я не могу сдержать улыбку, представляя себе этот вызов.
Глава 5
Лили
Именно сегодня.
Именно он.
Кто бы сомневался, что я буду стоять вот так на обочине дороги и пялиться на него.
На Рома Морено.
Да, я погуглила его после нашей буквальной стычки на днях. И хотя я ожидала, что от одного этого общения с ним возникнут проблемы, я не была готова ко всему тому, что появилось на экране, когда я ввела его имя.
Он настолько знаменит, что я теперь понимаю, почему он, казалось, удивился, что я не знаю, кто он. Но я всю жизнь живу в изоляции, поэтому никогда не слышала ни о нем, ни о его группе «Enemy Muse».
Судя по всему, это не так уж и плохо. Из всего, что я читала, Ром — это сплошные неприятности. Безрассудный, дикий, спит со всеми подряд женщинами. Было бы отвратительно, если бы мне не стало его немного жаль. Потому что, хотя я уверена, что он получает от этого удовольствие, у меня создается впечатление, что это не единственная причина, по которой он разыгрывает это бесконечное представление, демонстрируя полное безразличие.
— Ты танцовщица, которая снимает дом у Элоиз, — улыбается Ром.
Элоиз Кейн.
Еще кое-что я узнала, когда следила за ним в интернете. Оказывается, женщина, которая сдает мне свой дом, — участница его группы.
Я киваю, и Ром улыбается, отчего по моей спине пробегает дрожь. И снова я не могу понять, то ли это из-за того, что он стоит так близко, то ли мое тело чувствует опасность, которая, как я предполагаю, преследует его.
— Полагаю, мы теперь соседи, — подмигивает он и снова одаривает меня своей ослепительной улыбкой.
— Соседи? — я специально выбрала дом в глуши. Я даже не знала, что у меня есть соседи.
— По счастливой случайности, ее участок примыкает к моему, — говорит Роум.
— Не уверена, что это можно так назвать.
Вселенная, должно быть, меня разыгрывает. Я в Денвере, готовлюсь к самому важному концерту в моей карьере, и последнее, что мне нужно, это Ром Морено так близко к моему порогу. Хотя, это и не должно иметь значения. Если верить всему, что я читала, у него никогда не было недостатка в женщинах, так почему же мой порог должен его волновать?
Мой телефон издает звуковой сигнал, и я хмурюсь, глядя на экран. Замечательно, моя мама уже на гала-вечере и интересуется, где я.
— Что-то не так, милая? — Ром смотрит на мой экран.
— Ты и дальше будешь меня так называть?
Он пожимает плечами.
— Вероятно.
Я сжимаю переносицу, чувствуя знакомую пульсацию между висками. Маме будет все равно, что я опаздываю из-за поломки машины. Она просто использует это как еще одну причину в своем бесконечном списке, почему я должна остаться в городе с ней.
Даже в своих мыслях я говорю как подросток, которого родители постоянно унижают. Это ужасно неловко.
— Я опаздываю, а эвакуатор приедет только через тридцать минут, — неохотно говорю я.
Как бы мне ни хотелось получить помощь от кого угодно, кроме татуированного рок-бога, в данный момент он — все, что у меня есть. К тому же, гнев моей матери хуже, чем иметь дело с Ромом.
По крайней мере, я так думаю.
— С удовольствием предложу свои услуги, — Ром прикусывает уголок губы и оглядывает меня с ног до головы.
Он сглатывает, и это снова привлекает мое внимание к татуировке в виде третьего глаза, расположенной у него посередине шеи.
— Ты ведь один из таких парней, не так ли?
— Каких?
— Ждешь, чтобы потом воспользоваться возможностью спасти прекрасную даму?
— Меня никогда в этом не обвиняли, — его взгляд снова останавливается на мне, и я застигнута врасплох золотистым блеском в его глазах. — Тебе нужна моя помощь или нет?