Страница 36 из 121
Алена открыла и закрыла рот, словно рыба, выброшенная на берег, и бросила на меня умоляющий взгляд.
Я лишь пожала плечами, виновато улыбнувшись. Если честно, даже обрадовалась. Алена в возбужденном состоянии была опасна – сомневаюсь, что моя нога пережила бы ее реакцию на гол «Рыцарей».
Фыркнув, она протиснулась мимо, бормоча что-то про жалобы руководству. Сотрудник сохранял каменное выражение лица, будто подобные сцены для него – обычное дело.
Должно быть, он действительно часто это делает.
Пока он уводил Алену, я пыталась одним глазом смотреть на Кэмдена на льду, другим – на удаляющуюся подругу. Неужели он что-то затеял?
То есть.. конечно, затеял.
Он же смотрел на меня так, будто готов был залезть на трибуны после того, как она чуть не столкнула меня с места.
Внутри разлилось тепло. Даже во время игры, перед тысячами зрителей.. он позаботился обо мне.
Ужасно захотелось расплакаться.
Я никак не могла привыкнуть к этому – к тому, что кто-то обо мне переживает.
Это точно не продлится долго.
Но, может, стоит просто позволить себе насладиться моментом? Чтобы потом хранить его в памяти, как одно из самых счастливых воспоминаний?
Прикусив губу, я уставилась на лед – игроки «Рыцарей» и «Чикаго» сцепились у борта в борьбе за шайбу. Кэмден промчался мимо моего сектора, мельком глянув на меня.
Показалось, будто он подмигнул.
К третьему периоду я уже превратилась в настоящую фанатку хоккея.
Этот спорт – безумие. Не то чтобы я разбиралась в других, но вряд ли они могут быть зрелищнее.
«Рыцари» вели со счетом 3:0, и команда соперника уже отчаялась. По крайней мере, так казалось. Столкновения вспыхивали каждые пару минут, бортики дрожали и гудели под напором игроков, врезавшихся в них.
Я наблюдала, как один из соперников попытался отобрать шайбу у Кэмдена. Тот сделал такое невероятное па, что любой танцор позавидовал бы, и каким-то чудом сохранил контроль. Вокруг все разом вскочили с мест, крича, пока он несся по льду. Я тоже поднялась, игнорируя легкую боль в ноге. Я затаила дыхание и жадно впилась глазами в его фигуру, которая оказалась в зоне соперника.
Кэмден
Рывок – и я вместе с другими начал атаку. Шайба перелетала от одного моего сокомандника к другому, пока защитник «Чикаго» не выбил ее. Но будто по волшебству снаряд отскочил прямо ко мне. Идеальный момент для броска. Не раздумывая, я замахнулся и отправил шайбу в полет.
Она пронеслась по воздуху, а трибуны замерли, следя за ее движением. Звук влетевшей в сетку шайбы эхом отдался у меня в голове, как удар грома.
Я взметнул руки в победном жесте, слегка приплясывая. Двенадцатая шайба в сезоне – и теперь я делю первое место среди защитников лиги.. с Ари.
По жилам разлилось знакомое удовлетворение – тот самый кайф, из-за кого я любил хоккей и сделал его центром своей жизни.
Ари и Линкольн тут же набросились на меня с поздравлениями, хлопая по плечам.
— Ты преследуешь меня, Джеймс? – крикнул Ари, но его широкая ухмылка ясно давала понять: он совсем не злится.
Я шутливо ему отсалютовал, и они направились к скамейке.
А я – нет. Вместо этого подкатил к сектору, где Анастасия тоже подпрыгивала от восторга. Черт, ее нога в порядке? Ей не вредно так активно двигаться? Но ее сияющее от широкой улыбки лицо не выдавало ни единого признака болезненных ощущений. Тогда я решился: приподнял джерси, снова демонстрируя ее имя, выведенное у меня на торсе.
Анастасия покраснела, по-детски прикрыв щеки ладонями, но не отвела от меня взгляд.
Я готов был смотреть на нее вечность. Рев трибун нарастал, и я знал: этим вечером, а завтра – весь Даллас будет говорить только об этом. Возможно, даже SportsCenter покажут.
Напоследок я ткнул пальцем в буквы на груди, а затем – в ее сторону, хитро ухмыляясь.
Если уж об этом напишут в новостях, пусть все четко понимают, кому адресована эта надпись.
— Джеймс, иди сюда! – рявкнул тренер Портер.
Я бросил на Анастасию последний жаждущий взгляд и направился к скамейке.
Хорошо хоть, что Эзра убрал ту девчонку, которая чуть не столкнула ее с трибуны. Если бы мне пришлось лезть в толпу и выводить ту стерву самому, руководству «Рыцарей» пришлось бы долго объяснять мой поступок.
Всю карьеру я выстраивал образ «хорошего парня». Идеальной американской суперзвезды. Я делал все, чтобы команда понимала: на меня можно положиться.
Безумие – осознавать, что я готов был испортить себе репутацию ради нее.
— Ну что, можно хотя бы одну игру провести без вашего цирка? – прошипел тренер Портер, шлепнув по шлему Алекса Тернера, когда тот перелезал через борт для последней смены.
— Вряд ли, тренер, – отозвался Ари, притопывая под гремевший на арене Rock ’n’ Roll (Part 2). – Это уже зависимость.
Портер фыркнул и отвернулся – будто не поверил.
Но я-то знал: Ари Ланкастер не шутил. Я видел, как он, Уолкер и Линкольн вели себя со своими женами.. и раньше не понимал этого. Не понимал, как их мир может вращаться вокруг этих женщин.
Кажется, теперь я начинал постигать эту истину.
Я украдкой взглянул на Анастасию, когда сирена возвестила конец матча.
Что?
Она быстро поднималась по ступеням, ловко лавируя между людьми – она двигалась к выходу. Я вскочил со скамейки, думая, как успеть ее перехватить. Ужасная ошибка – надо было заранее попросить кого-то проследить, чтобы она не ушла.
Черт. Я взглянул на часы над ложами – почти десять.
Ее комендантский час.
У нее оставалось всего тридцать минут, чтобы успеть в приют, иначе ее не впустят. Я не успел сказать ей про машину, которую заказал.
Мне предстояло провести еще как минимум час на арене – ради всякого послеигрового дерьма.
— Чего такой мрачный, Герой? – Уолкер хлопнул меня по плечу – он как раз вернулся к скамейке после финальной сирены.
— Мне нужна небольшая услуга, – резко сказал я.
— О-о-о, запросы пошли! А ты даже не в «круге», – встрял Ари, вынырнув рядом, словно суслик. Я едва сдержал гневный рык.
— Прикройте меня перед тренерами, придумайте что-нибудь.. И один из вас должен заменить меня на послематчевой пресс-конференции.
Ари застонал, будто я сказал, что его любимый гель для волос больше не выпускают.
— И зачем тебе это все? – Линкольн приподнял бровь, уставившись на меня внимательным взглядом.
— Можем обсудить это позже? – выдохнул я, следя за Анастасией, которая наконец добралась до выхода и скрылась из виду.
— Ты дважды заменишь меня на пресс-конференции в следующем месяце, – предложил Ари.