Страница 9 из 85
— Правда? Что ж, тогда я буду рад за вас в любом случае. — Симонов резко развернулся, а затем принялся ходить по рядам. В основном, он бегло смотрел на готовку ребят. Задержался только у старосты, Наташи и Настюши из нашего общежития, Валентина, Серёжи и ещё парочки человек.
Затем, словно акула, почуявшая запах крови, быстрым шагом направился прямиком к нам.
— Как успехи? — поинтересовался Симонов, активно вдыхая ароматы томящегося мяса.
— Отлично, Господин Симонов. — ответил я: — Готовим.
— Чудесно. Во-первых, хочу вас поздравить с поступлением в кулинарную академию имени Харитонова! Признаюсь, это очень большая редкость, когда на первый курс именно поступают, а не переходят из нашей гимназии.
— Спасибо…
— А, во-вторых, хочу извиниться за поведение Господина Корягина. Второкурсники не должны задирать новичков. И… Я очень рад, что вам удалось справиться с несправедливостью. Более — не смею отвлекать.
— Ага.
Сильно сомневаюсь, что Симонов извинялся искренне. Да и, честно говоря — плевать на это с высокой колокольни. Меня больше интересовало, почему он подошёл и заговорил именно с нами? Ведь я искренне верил, что их семейка ненавидит простолюдинов.
— Жду ваш ответ, Всеволод Владимирович. — Симонов махнул рукой на прощание и вышел из кабинета.
Майский жук, почему-то, выглядел очень радостно. Видимо, у нас на глазах произошла весьма выгодная сделка, сути которой мы никогда не узнаем. Или узнаем, но чуть позже.
А тем временем у меня в кармане завибрировал коннектор.
О! Сообщение от Кнопки.
«Сучелла обожает дрыхнуть днём! Ты погляди!», затем три смеющихся смайлика и фотография спящей Летти. Хорошо, хоть одежду с неё не сняла. Хотя, чего душой кривить? Было бы здорово.
«СЕЙЧАС Я ЕЁ РАЗДЕНУ!!!», и затем смайлики с демонической рожицей.
«ДАВАЙ!!!»
«Секунду… Оп-ля! Ну, как тебе?»
Пожалуй, сохраню в личную коллекцию фотографий.
Спустя четыре с половиной часа наши первые одногруппники отправились представлять свои варианты говяжьих щёчек.
— Жестко. Неуд. — сухо произнес Раневский: — Следующий. Мясо хорошо. А пюре… Что это за клейстер⁈ Неуд.
Кстати, многие не любят картофельное пюре только из-за того, что дома его зачастую делали с комочками. Это серьёзно нарушает структуру! Всё же, в блюде важен не только вкус, но и ощущения от его употребления.
Поэтому, в дорогих ресторанах пюре обязательно протирают через сито. Или же пропускают через специальный аппарат, который внешне напоминает мясорубку.
Почему повара так редко пользуются блендером? Да, потому что большинство людей просто не знает, когда остановиться, превращая нежный гарнир в самый настоящий… клейстер.
— О… Ну, это неплохо. — Майский жук похвалил Наташу и Настю: — Обе — хорошо! Умницы.
— Ура! — девчонки явно переживали за первую пару в году.
Кстати, Серегу и Валентина тоже оценили хорошо. Дальше пошли, в основном неуды.
Лишь Госпожа Спешилова приготовила блюдо на высший балл.
— Думаю, надо посетить ярмарку. — произнёс я, выкладывая кусок щеки на подушечку из картофельного пюре: — А-то у нас вечно, какие-то внезапные дела…
— Она будет идти до двадцатого сентября включительно. Так что, можно не торопиться.
— Ага… Знаешь присказку, что чем больше оттягиваешь дело, тем больше шанс не сделать его вовсе? Вот тут также! Поэтому сейчас уделываем Майского жука и идём смотреть, что там предлагают местные сообщества. Уверен на сто процентов, что там есть блюда и поинтереснее вареников.
— Всё-таки, решил вступить?
— Буду отталкиваться от того, что найду. Вообще, меня интересует японская кухня. Лера утверждает, что к ней тут готовят хуже всего. Не хочется вылететь, как те ребята…
— Кстати, хороший вариант.
— Ты готов? — я украсил говядину с пюре идеально ровными колечками зелёного лука.
— Готов. — кивнул Колян, накрыв поднос блестящим клошем — той красивой крышкой, как в дорогих ресторанах.
Как только мы направились презентовать наши блюда, Раневский нахмурился. Его усы недовольно распушились, как у уличного кота, который увидел соперника, вылезающего из подворотни.
— Наши многоуважаемые болтуны. — заключил он и скрестил руки на груди: — Я смотрю, вы даже не притронулись к моему демигласу. Не уверен, что за это время можно было сделать хороший соус. Показывайте, что у вас там получилось? Ты будешь первым, Цареградцев.
— Прошу! — я открыл клош и поставил дымящуюся тарелку перед Раневским.
Севу всегда преследовало чувство непреодолимой тоски и раздражения, когда речь заходила про простолюдинов, которые изо всех сил пытались прорваться на вершину кулинарного Олимпа.
Дерзость. Сила. И крепкий дух, который невозможно сломать.
Когда-то и сам Раневский был таким же. Парнишка из простой семьи, которому выпал великий шанс стать лучшим поваром Империи. Из гадкого утёнка превратиться в прекрасного лебедя, который воспарит над всей пищевой индустрией.
Став шефом, а затем и преподавателем в Харитоновке, Сева сперва искренне верил, что таких, как он — много. И что простолюдинов надо поддерживать, ведь у них гораздо меньше возможностей, ресурсов и связей. В отличии от наследников крутых аристократических родов, эти ребята были абсолютным нулём. Никем. И ничем.
Однако, вместо благодарности, Раневский всё чаще видел, как искреннее любопытство превращается в рутину. Жажда знаний деградирует в нужду, потому что без неё никак. А внутренний огонь затухает, из-за того, что каждый студент ВСЕГДА сравнивает себя с ДРУГИМИ.
В итоге, будущий талант гаснет. Разочаровывается, а затем злится на весь окружающий мир. Начинает работать не на любопытстве с воодушевлением, а просто загонять себя, пока в один прекрасный момент не срывается.
Некогда прекрасная и очень перспективная звезда навсегда потухает и падает с небосвода пищевой индустрии.
Поэтому, Раневский всегда относился к простолюдинам с предвзятостью. Мол, а вы уверены в своём выборе? Вы точно хотите быть обычным карасиком в пруду с золотыми рыбками? Точно уверены, что выдержите конкуренцию там, где вы — ничто?
И Цареградцев вместе со Смирновым были точно такими же… Это жертвы, которых Рубен принёс во имя Харитоновки. Возможно, две яркие звезды, которые вот-вот перегорят.
Придвинув тарелку, Сева вдохнул прекрасный и очень знакомый аромат.