Страница 8 из 85
Глава 3
— Итак, у нас есть пять вариантов приготовления говяжьих щёк с пюре. — я указал на нарезанные куски говядины.
— Но два из них мы сразу отметаем, поскольку это су-вид. — Колян уже во всю нарезал лук и морковь.
— Ещё один отметаем, поскольку у нас нет пароварки. И остаётся… «Питерский ударник» и «Уральский лесник». Какой выбираешь ты? — я вытащил бутылку с вустерширским соусом. Кстати, очень крутая и полезная штука. Кисло-сладкий, но при этом терпкий — он придаёт любому блюду из мяса уникальный привкус! Идеально подходит, как для стейков, так и для тартара.
— «Уральского лесника», конечно же.
— Щёки с утончённым и мягким вкусом… Да ещё и уютным послевкусием. Ну, кто бы сомневался? — я поставил на стол три вида пасты: — Значит, «Питерский ударник» достается мне. Ладно! Думаю, Майский жук будет удовлетворён.
— А я не понял. — Раневский вдруг обратил внимание на нас: — Цареградцев! Смирнов! Кто вам разрешал любезничать во время приготовления блюда?
— Так… мы же одногруппники. Разве советоваться запрещено? — уточнил Колян.
— Начнём с того, что щека — это мышца, которой корова работает практически двадцать четыре на семь. То есть, она какая? Жёсткая! А что нужно делать с жесткой говядиной, чтобы она превратилась в адекватное блюдо? Ну?
— Томить?
— Верно, Смирнов! Ну, что за гений, мать твою⁈ Приготовили соус, в котором щёчки будут томиться. Разгребли в разные стороны овощи. ПОЛОЖИЛИ ЩЕКУ ЖИЛКОЙ ВНИЗ!!! И вперёд. Вам, конечно, очень повезло. У вас высококачественное мясо, которому хватит и трёх часов. Однако — ВРЕМЯ УЖЕ ИДЁТ! А болтовня только отвлекает. Вам понятно⁈
— Да, Шеф!
— Поэтому проговорил ещё раз! Повар может делать, что ему вздумается в нерабочее время. А когда вам за ПЯТЬ ЧАСОВ надо успеть приготовить говядину — необходимо заткнуть рот и РАБОТАТЬ! Вам понятно⁈
— Да, Шеф!
Некоторым однокурсникам уж очень понравилось, что Раневский придрался именно к нам, и они тут же весело захихикали. Кстати, зря. Ведь я запомнил их лица.
— И ещё… — Майский жук поднялся со своего кресла и внимательно оглядел аудиторию: — Я знаю, какие мысли крутятся у вас в головах. Да, что этот пузан себе позволяет? Да, как он с нами обращается? А я вам скажу. У меня на паре вы будете оцениваться вне зависимости от вашего титула или положения в обществе. Можете хихикать сколько влезет! Но если Цареградцев и Смирнов напихают вам сегодня — хихикать буду уже я! Да, что там? Я буду гоготать на всю аудиторию. Потому что, в первую очередь вы — ПОВАРА, а уже потом студенты. Понятно?
— Да, Шеф!
— Отлично. По поводу вот этого… — Раневский подошёл к пластиковой доске и трижды постучал по ней: — Я учу вас в первую очередь работать головой. Но даже самый умный далеко не сразу всё запомнит. А писать конспекты после пар на память — занятие не благородное. Хочу сказать следующее — вы можете взять свои коннекторы и спокойно записывать мои лекции на диктофон. И даже снимать на видео! Но если я узнаю… что кто-нибудь из вас, паразитов, выложил хоть одну мою лекцию в сеть — своими собственными руками удавлю. Никто, кроме вас не достоин этих знаний! Вы — будущее пищевой индустрии. И простым смертным нельзя прикасаться к тому, чему вы здесь обучаетесь. Усекли?
— Да, Шеф!
— Вопросы?
— Простите… Шеф! — наша Наташа из «Полярной совы» подняла руку.
— Слушаю.
— Вы сказали, что щёчки можно приготовить по своему рецепту. Но… я бы хотела сделать, как у вас. То есть, с соусом демиглас. Однако, чтобы его приготовить, мне понадобиться около тридцати часов.
— Умница. — Майский жук щёлкнул пальцами, и спустя мгновение в аудиторию вновь въехали официанты. Но на этот раз они были верхом на погрузочных рохлях, на которых стояло несколько больших металлических кастрюль: — Можете не париться на счёт соуса. Он уже есть. Ваша задача — правильно приготовить мясо и пюре. Это важно!
— Да, Шеф!
Пускай Раневский и облегчил задачу, но мы с Коляном решили, что будем идти по своему пути.
А вот большая часть студентов всё же спускалась к кастрюлям и под задумчивые взгляды Майского жука, накладывала соус в глубокие тарелки.
Вообще, говяжьи щёчки с пюре и соусом демиглас можно было смело назвать классикой. Их подают практически в каждом среднестатистическом ресторанчике.
Помню, даже в «Шашлычке» было нечто подобное.
Но Раневский явно хотел увидеть нестандартный подход. Некую изюминку, которая будет выделять каждого повара в своём блюде.
В этом суть настоящего шефа.
Помню, Валерон как-то рассказывал, что во время трудоустройства в хороший ресторан, руководство в крайне редких случаях заставляет претендента готовить. Зачастую с ним просто проводят собеседование, чтобы понять, насколько шеф талантлив. А главное — насколько развито его воображение.
Поэтому, исключительно «Питерский ударник» и «Уральский лесник».
Пока все готовили, в аудиторию то и дело заглядывали самые разные личности. Однако завидев Майского жука — они тут же удалялись восвояси. У меня сложилось впечатление, что его здесь не очень любят.
Но один из гостей всё же зашёл несмотря ни на что.
Высокий мужчина в тёмно-синем дорогущем костюме. Его волосы были забавно зализаны назад, как у мафиози из старых американских сериалов. Взгляд, несмотря на относительную доброту — блестел, как у хищника.
Незнакомец внимательно оглядывал аудиторию, словно выбирал для себя жертву.
— О! Господин Симонов! — Майский жук тут же поднялся со своего кресла и с уважением поздоровался с незнакомцем за руку.
Симонов? Неужто наш ректор?
— Всеволод Владимирович. Рад вас видеть на рабочем месте.
— Ой, а я-то как рад? Вы себе представить не можете. — от уважения не осталось и следа. Раневский смотрел на гостя с очень злобной ухмылкой, словно встретил старого врага: — Чего же так долго? Я уж думал — вы никогда не передумаете.
— Да, как-то со временем беда, Всеволод Владимирович. — скромно улыбнулся Симонов: — Вы же знаете — торжественные приёмы, документы, открытия заведений, работа в Харитоновке. Вот… Нашлось окошко — и я сразу к вам.
— М-м-м… Понятно. А я вот уже размышляю, куда пойду сегодня вечером. — ухмылка не сходила с лица Раневского. Интересно, чего же такого страшного Симонов ему сделал? Хотя, вспоминая дочерей нашего ректора — явно ничего хорошего.