Новая раса

— Добрый день, — поприветствовал его якзан этим своим странным механическим голосом. Да почему же они оба не разговаривают по-человечески⁈ — Его высочество АльНилам желает вас видеть.

— Э… а когда?

— Сейчас.

— Но зачем?

— Его высочество не уведомил меня о своих целях.

— Минуту! — Тедди нырнул обратно в купе, накинул пиджак и сунул в карман диктофон. Нельзя упускать такой шанс!

Один из солдат СБ, к великой досаде журналиста, потащился следом за ними. А ведь это была такая шикарная возможность порасспрашивать якзана в отсутствие его, э… работодателя? начальника? Слово «господин» Россу не нравилось, но он подозревал, что оно гораздо точнее передает суть.

«И это сейчас, в начале третьего века новой эры!» — подумал он, сидя в лифте в компании ан-Файяза и солдата.

— Как вы стали якзаном? — наконец не выдержал Росс и тайком щелкнул кнопкой диктофона.

— Его высочество выбрал меня на Тар Якзан.

— Давно?

— Двадцать два года назад.

Тедди поперхнулся. Это же почти сколько же, сколько вся его жизнь!

— Вы все это время работаете на принца? На АльНилама?

— Да.

— Наверное, нужна многолетняя подготовка, чтобы охранять такую ценность.

Мурад молча улыбнулся в усы, что тоже изрядно удивило журналиста. Телохранители, которых он повидал в избытке, ничего подобного себе не позволяли. Даже солдат СБ стоял, как каменный, с безучастным выражением лица. На вид якзан был похож на большого добродушного пса, и хотя на руке у Росса до сих пор оставались синяки от его хватки, он рискнул задать самый волнующий его вопрос:

— Почему вы так разговариваете?

— Как именно — так? — уточнил Мурад. У Тедди перехватило дух. Он готов был поклясться, что губы телохранителя даже не шевельнулись! Значит, это еще один из Сай Ашерон! В него тоже вживлены какие-то биомеханоиды, а может и то, что вообще запрещено — киберустройства! Тедди о них читал разве что в учебниках истории, но кто знает, чем Корпорация занимается за закрытыми дверями, в каких-нибудь тайных лабораториях?

«Но тогда почему принц сказал, что ему ничего неизвестно про Сай Ашерон? Наверняка соврал!» — внутри все затрепетало от охотничьего азарта. Здесь должна быть какая-то история — такая, от которой у султана настолько припекает, что он прячет все, что может о своем сыне! Правда, непонятно, почему тогда сам-то принц гуляет на свободе…

Вопросов по-прежнему было больше, чем ответов, и Тедди уже прикидывал, какие из этих вопросов стоит задать вад-принцу. В сопровождении якзана и солдата он вышел из лифта в приватный холл, в который выходило всего две двери от купе. Ан-Файаз открыл одну и жестом пригласил Росса войти. Солдат остался снаружи.

«Наверное, это и есть утомительная роскошь», — подумал журналист, оглядывая прихожую, которая напоминала приемный зал в каком-нибудь дворце. На столике ближе к гостиной стоял большой горшок с необычным красивым растением. Едва Росс приблизился, как куст развернул к нему все ветви и листья и зашелестел.

— Что это⁈ — вскрикнул журналист, отпрянув от столика.

— Это представитель флорофауны с Тар Мариат, — невозмутимо ответил Мурад. — Он совершенно безобиден, можете его погладить.

— Нет, спасибо, я воздержусь, — пробормотал Тедди. Ему показалось, что в глубине куста поблескивает пара сотен глаз. А там, где есть глаза, и до клыков недалеко…

Вад-принц поджидал своего гостя, сидя в кресле перед столиком, на котором стояли вазочки со сладостями и поднос с большими стеклянными чашами, графином и соусником.

— Добрый день. Садитесь, — сказал его высочество. Он был без своего необъятного халата, в светлых шароварах и чем-то вроде блейзера, подхваченного ажурным ремнем. В глубоком вырезе виднелась белая сорочка. Лицо и голова, как всегда, закрыты платком. Хоть бы он был чуть-чуть прозрачней там, где лицо! Неужели эта тряпка не цепляется за его усы и бороду?

— Извините, — сказал Тедди, усаживаясь напротив АльНилама. Тот поднял бровь. — Я забыл вас поблагодарить. Если бы не вы, Авилес меня застрелил бы. Спасибо.

— На здоровье, — добродушно произнес принц. — Но больше так не делайте. Нас может не оказаться рядом, как и вашего кондитера.

Тедди заерзал в кресле. Голос вад-принца звучал почти ласково, и взгляд тоже не казался злым или сердитым. Его высочество смотрел на журналиста внимательно, но вроде бы вполне дружелюбно.

— Мурад, подай напитки.

Якзан поставил перед Россом круглую стеклянную чашу с двумя ручками и такую же принес принцу, только с трубочкой. Затем Мурад наполнил чаши прозрачным красным напитком и поверх него стал лить из соусника жидкий мед — до тех пор, пока он не сравнялся с краем чаши.

— Угощайтесь, — велел его высочество, размешивая трубочкой мед. Тедди смутно помнил из университетского курса про фахтийский этикет, что отказаться от еды и питья — значит, оскорбить хозяев. Но он понятия не имел, как донести до рта заполненную по самый краешек чашу и не превратиться в брызжущий гейзер.

Журналист украдкой бросил взгляд на принца — тот управился с чашей без малейших проблем, при чем одной рукой, потому что другой чуть приподнял край платка и сунул под него трубочку. Росс вытянул шею — ему показалось, что на миг под платком мелькнул узкий, совершенно гладкий подбородок.

«Так это все-таки она⁈»

— Мурад, дай нашему гостю трубочку, — смилостивился АльНилам. Якзан погрузил трубочку в чашу, сам аккуратно размешал мед и так пристально уставился на журналиста, что тот поспешил припасть к напитку.

— Вкусно?

— Да, ваше высочество, — выдавил Тедди и под немигающим взглядом якзана сделал еще несколько больших глотков, пока не опустошил чашу наполовину. — Сп… спасибо.

После этого наступило молчание. АльНилам потягивал напиток через трубочку, разглядывая журналиста из-под полуопущенных ресниц; а Тедди оставалось только гадать, зачем его позвали. Он выпил еще отвара и решился задать вопрос:

— Почему вы сказали, что ничего не знаете о Сай Ашерон?

— Потому что я не знаю.

— Не знаете, что ваш телохранитель — один из них, существо с биомеханическим устройством?

Вад-принц поперхнулся отваром, а у якзана вырвался громкий квохчущий звук.

— Мурад, — с упреком воскликнул АльНилам, — как ты мог скрывать это от меня двадцать с лишним лет!

— Виноват, эфенди, — отозвался якзан. — Больше не буду.

— Ну что ж, раз теперь я знаю шокирующую правду, то перейдем к более насущным вопросам. Как вы познакомились с вашим кондитером?