Страница 35 из 73
Глава 11
Всадников было двое, и на одного из них я едва взглянула. И так понятно, что это замотанное в кучу слоев одежды тело может принадлежать только графу Бордену. Даже его лошадь, казалось, вовсе не хотела ко мне приближаться — гнедая кобыла уныло повесила уши и отставала от белоснежного товарища на несколько метров.
Жеребец же герцога Нордена уверенно нес своего могучего всадника через метель, по цвету сливаясь со снегом, словно сам из него и состоял. Развевалась на ветру грива, сильные ноги словно не замечали сугробов, и герцог сам казался сказочным существом, верхом на таком красавце. Мистер Зима. Дед Мороз.
Вот зря я об этом подумала, особенно вспомнив праздничного старца. В результате герцога встретила ухмыляющаяся ведьма, что окончательно привело его в отвратительное настроение. Улыбку я спрятала очень быстро, но Его Светлость оказался очень глазастым.
— Вы решили умереть сегодня, леди Нойр? Я недостаточно ясно объяснил вам, что жители моих земель неприкосновенны?
— Жители ваших земель оставляют умирать жителей моих земель, не оказывая медицинск…лекарскую помощь.
— Здесь нет ничего вашего, эта земля находится на территории моего герцогства и издавна принадлежит нашему роду.
— Неужели? А я вот чувствую, что ваш род здесь не жалуют.
Чудище согласно взвыло пронизывающим порывом ветра, взметнув в воздух половину ближайших сугробов, отчего Шерман Норден на пару мгновений просто исчез из вида, а мне в тот же миг захотелось, чтобы старалось Чудище поменьше. Холодно, а я тут давно уже торчу. Что-то не слишком торопился герцог спасать жителей своих земель.
Староста Дагур же при приближении важных особ мгновенно растворился в снежной дымке, лишний раз доказывая, что быть ему старостой Лесной еще много лет, потому что ну где они еще найдут человека с таким тонким чувством момента.
— У нас болеет ребенок. Мне нужен тот, кто его вылечит. И я получу это так или иначе. — Окоченевшие ноги в старых сапогах, которые Арда сторговала для меня на рынке за пару рыбин, так и требовали говорить кратко и по делу.
— Вы не в том положении, чтобы угрожать или что-то требовать.
— Почему вы в этом так уверены?
— Да как вы смеете разговаривать с Его Светлостью в подобном тоне⁈ — подал голос наконец достигший нас граф Борден. — Вы ни на что больше не способны, вы пустышка, и живете только благодаря милости…
Как он бесил. Не меня, Чудище. Если бы я уже не знала, что они с герцогом какие-то там дальние родственники, я поняла бы это прямо сейчас. Похоже Чудище ненавидело каждого, в ком текла хотя бы капля крови этого рода.
Дальше все произошло очень быстро. Я стояла у самой границы, облезлыми носками сапог упираясь в невидимую линию. Обычно невидимую. А прямо сейчас воздух вдруг потемнел и замельтешил, словно на нас высыпали гору пепла, и на миг границу увидели все.
«Аааа!» — распахнул рот в крике граф Борден, а серая стена взяла и передвинулась вперед ровно на шаг.
Шаг, который я тут же сделала.
Первый раз за все время выйдя за прежние границы своей тюрьмы.
И мы дружно застыли на месте. Граф Борден так и не закрыл рот, и теперь смотрел на меня круглыми глазами, в которых плескался ужас. Глаза герцога Нордена превратились в серые щелки, почти скрывшись за ресницами. Я же думала, что, наверное, все же отморозила себе мозги, раз зачем-то добровольно выдвинулась со своей территории навстречу этой глыбе льда. Вот протянет сейчас руку и дернет на себя. И что? И конец!
Но отступать было поздно и сдать назад я уже не могла. Я это чувствовала всем существом — если сейчас проявлю слабость, мечта графа Бордена меня где-нибудь прирыть быстро осуществится.
От напряжения заболела голова, но я не отрывала взгляда от Его Светлости. Смотрела и смотрела, про себя отсчитывая секунды. Раз, два… десять. Ну скажи же что-нибудь. Ну хотя бы пошевелись.
Когда Шерман Норден шевельнулся, я лишь усилием воли не упала навзничь как по команде воздух. Я и забыла, какой он стремительный. Только что сидел неподвижно, и вдруг резкое и почти невидимое движение в сторону графа Бордена, и вот уже граф скинут с лошади одним мощным ударом и катается по снегу, держась лицо и подвывая: «Я же не знал, прости, не знал, что так получится, что она сумеет!..»
Сумеет что?
— Давно эта земля приняла вас как свою ведьму, леди Нойр?
А? Это так называется? Я прислушалась к Чудищу, сейчас очень довольному — эмоции герцога Нордена явно доставляли Чудищу большое удовольствие. «Ты думаешь, я твоя ведьма?», — спросила я, впрочем, сама уже понимая, что сейчас услышу. «Моя! Наша!» — в ответе Чудища звенело торжество, — «Так долго ждали!»
Спорить с Чудищем и доказывать, что я не ведьма, я и не подумала. Приняла земля и хорошо. Может, выбью нам какие-нибудь поблажки. Главное, чтобы не разочаровалось со временем, не получив желаемого. Что будет с нами, если Чудище решит, что ведьма ему досталась бракованная? Нужно будет выяснить потихоньку, чего именно ждут от своей ведьмы, и попытаться хотя бы что-то изобразить и хотя бы минимально соответствовать.
— Это имеет значение? — спросила я у герцога Нордена, так и не разрывая зрительный контакт. Мне казалось, если я моргну, он точно успеет на меня броситься.
— Я бы хотел знать, мог ли я это предотвратить.
«Надо было убить тебя раньше», — так и повисло в воздухе. Какие кровожадные люди в этой семье.
— Не могли, — сказала я скорее для того, чтобы утвердить в его голове мысль: поздно, дело сделано, а если они попробуют причинить мне вред сейчас, последствия будут непредсказуемыми.
Похоже то, что меня приняла Проклятая земля, давало мне неожиданное преимущество. Вон как трясется от страха граф Борден. И как дрожат от гнева крылья красивого прямого герцогского носа. Забавно, я так старалась всех убедить, что я не ведьма и совсем не опасна, а вышло, что это именно то, что меня защищает. Мой единственный шанс уцелеть.
— И если со мною что-нибудь случится… — Я многозначительно посмотрела на руку герцога, лежащую на рукояти меча. Нехорошо она там лежала. Пусть из-за перчаток этого не видно, но наверняка там костяшки побелели от напряжения, так вцепился. — Скажу прямо: то, что у Проклятых земель есть граница, это скорее жест доброй воли, а не отсутствие выбора.