Мышеловка

– Послушай, сладкая, так или иначе, я проведу и тесты, и осмотр. Мне помогут, – она кивнула на охранниц. – Хочешь, чтобы я связала тебя? Вот то-то же.

Фарид не видел, только слышал и мог догадываться о том, что происходило за ширмой. Какая-то возня; металлические и стеклянные звуки; вскрики и охи девушки. А потом и голос самой Тамары:

– Уверен, что не хочешь посмотреть?

– Уверен.

– Тогда слушай. Не знаю, на кого ты работаешь, но можешь удвоить цену. Этот товар высшей категории.

– Высшей?

Фарид переспросил. Они с Тамарой давно разработали свою шкалу оценки. Конечно, девственницы ценились особо. Но зная, что свою девственность можно выгодно продать, многие до того, как попасть в «Белую крепость», не чурались анального секса. Таких Фарид и Тамара относили к первому сорту с литерой «А». Те, у кого был опыт только вагинального секса, приравнивались к литере «В». И да, все они обязаны были обладать геном покорности. Под властным голосом и строгим взглядом Тамары или смотрителей, их сердца начинали учащенно биться. Они опускали глаза в пол и послушно выполняли все указания.

– Да, ты не ослышался. Девственна. Везде. Покорится, но не сломается. Так что…

– Я понял тебя, душа моя. При других обстоятельствах непременно бы воспользовался этим.

– Но имей в виду, у девчонки сильное нервное истощение. Ей нужен отдых, крепкий сон и хорошая пища. Синяки сойдут полностью недели через три. В остальном… Можешь одеваться, – Тамара обратилась к Мари, а сама вышла к Фариду. – Она же пришла к тебе не по своей воле?

– Тамара, ты много болтаешь.

– Так заставь меня замолчать, – она хищно улыбнулась, – еще одним ноликом к сумме моего гонорара.

Фарид отвернулся, коротко кивая Татьяне, когда та, сопровождая Мари, вышла из-за ширмы. Дождался, когда они скроются за дверью, и только потом вернулся к Тамаре. Ставки в этой игре были слишком высоки. Рисковать он не собирался. Да, жаль, с Тамарой они сработались, но…

– Хорошо, дорогая. Как только я передам товар в руки заказчика, мы с тобой вернемся к этой теме. А пока не выпить ли нам кофе?

– С удовольствием.

Он галантно пропустил Тамару вперёд, думая кем её можно будет заменить. Для Фарида судьба женщины уже была решена, он даже знал причину её смерти. И знал, когда именно это произойдёт. Не сегодня и не завтра, а скажем, недели через две. Да, вполне достаточный срок, чтобы усыпить бдительность и отвести от себя все подозрения.

А позже он позвонил Осману и услышал в его голосе не поддельное удивление:

– Девственница?

– Да. Стоит ли мне заняться её, эм, обучением? Только теоретическим, разумеется.

– Спасибо, но нет. Я уже говорил вам, что уверен в том, что мой господин сам захочет восполнить этот пробел, – Фарид слышал в трубке добрую усмешку, – в образовании вашей подопечной. Придерживайтесь только тех пунктов, что мы оговорили ранее.

– Хорошо, господин Осман.

Но разве он мог предположить, что шейх, обеспокоенный состоянием девушки, решит приехать в «Белую крепость» сам, да ещё и так быстро? В планы Фарида это не входило, но… Но заказчик всегда прав хотя бы потому, что он платит за качественно выполненную услугу. Ну и контролирует весь процесс. Впрочем, эта встреча оказалась весьма полезной. Получить столько информации Фарид и не рассчитывал. Главное, в будущем использовать её с умом.

Королева

…

И вот сейчас Фарид стоял перед дверью в спальню девушки, не решаясь войти. И это в собственном доме. Он не видел Мари с того первого дня, когда сам привёз её в «Белую крепость». Тряхнув головой, хозяин поместья усмехнулся и вежливости ради постучал костяшками пальцев по деревянной поверхности.

От стука в дверь Мари вздрогнула и, стискивая в кулачках гладкую ткань простыни, прижала руки к груди. Её протест ничего не решит, она была уверена в этом. Кто бы не стоял там за дверью, он всё равно войдёт. Так имел ли смысл её ответ?

Несколько дней назад, после унизительного осмотра, её привели в эту комнату. Если бы она не была так угнетена и подавлена, то по достоинству бы оценила сказочный интерьер в восточном стиле. Темно сиреневую отделку стен с золотым растительным орнаментом. Резные тумбы около кровати и матовые светильники на них. Кресла и низкий диван со множеством подушек. Здесь всё говорило о роскоши и богатстве. Но это заботило Мари меньше всего.

С ней никто не разговаривал. Женщины в строгих мужских костюмах, молча, выполняли распоряжения Татьяны. Им было наплевать на протесты и мольбы Мари, на её брыкания и просьбы о помощи. Они действовали как бездушные машины – усадили её в кресло, разобрали кровать и, молча, покинули комнату.

– Сейчас тебе принесут ужин, – Татьяна с усмешкой посмотрела на неё. – Советую поесть, а потом лечь спать. И не пытайся завести разговор с прислугой, они всё равно не говорят по-английски.

– Вы называете меня «товаром», – впервые за весь долгий день Мари решилась взглянуть на свои руки. Синяки на запястьях напоминали отпечатки мужских пальцев, – но я не товар.

– В таком виде, точно нет, – и снова презрительная усмешка приподняла уголки ярких алых губ. – Фарид-бей позаботится о тебе и полной предпродажной подготовке.

Мари старалась не обращать внимания на эти слова, произнесённые со злобой и сарказмом. Как и старалась не думать о том, почему эта молодая красивая женщина столь бессердечна. Она с трудом подавила в себе желание съязвить в ответ. Хотя, если этот Фарид-бей считал её «ценным товаром», то вряд ли её накажут физически за несколько грязных ругательств в адрес своей надзирательницы. Сделать так ужасно хотелось, хотя бы ради того, чтобы выплеснуть на кого-то всю свою злость и обиду. Вот только в дверь так не вовремя постучали.

Несколько женщин, одна из которых годилась Мари в матери, вошли в спальню с подносами в руках. Но готовые блюда были только на одном. Неодобрительно поцокав языком и качая головой, женщина рукой показала на огромный, обезображивающий лицо синяк и что-то залепетала на своём языке.

– Сначала ей надо поесть, – Татьяна выглядела непреклонной. – А потом можете делать все эти свои примочки.