Страница 68 из 76
Здание с беломраморными колоннами вот уже полвека возвышалось над деловым центром столицы. Построил его дед нынешнего владельца. Ныне же во главе стоял молодой аристократ, холостяк и самый завидный жених империи.
— Да ты издеваешься, – протянул Мик, глядя на высокие стрельчатые кона. – Ты бы еще к дворцу Владыки нас привел..
— Умник мохнатый, – фыркнул дух. – Знаешь ли ты, что самое тяжелое в преступном ремесле?
— Я-то хотя бы при теле, хоть и пушистом. А ты вообще без него! – фыркнул братец в усы. – А про тяжелое.. Так дураку понятно, что украсть!
— Ха! Ограбить – легко. Куда труднее доказать короне, что это – твое честно нажитое. А тут.. сами боги велели вписать мутный доход в прозрачную, как стекло, финансовую отчетность!
Я слушала разговор братца с духом и думала, что торговый дом – это последнее место, о котором бы я подумала, разыскивая родителей. А ведь здание-то большое, и подвалы у него наверняка..
— Ты уверен? – обрывая перебранку призрака и хомячелло, спросил у духа рассветный.
Вопрос был не праздный. Одно дело – штурмовать полуразрушенную хибару в трущобах, и другое – нашпигованное охранными амулетами здание одного из влиятельнейших людей столицы.
— Абсолютно, могу поклясться развоплощением, – гордо ответил Винсент.
— А проверить сможешь? – меж тем деловито поинтересовался братец.
— Я бы с радостью, но меня разделили. И я привязан к ловцу. Вот если вы откроете..
— Угу, держи крышку гроба шире, – фыркнул Мик и уже было спрыгнул с вулвера со словами: – Придется самому, ваши-то сканирующие заклинания мигом засекут..
Но тут к черному входу, рядом с которым мы затаились в кустах, подошел тип в черном плаще. Тот самый, который был на боях големов. Выглядел он куда потрепанее, чем при нашей с ним последней встрече.
Вулвер при виде своей недогрызенной добычи обнажил клыки и хотел было зарычать, но Хард опередил псину – просто обхватил ладонью ее сжатые челюсти. От такого произвола бестия оторопела и даже забыла, как дышать.
Ренегат же, оглянувшись по сторонам, приложил к двери какую-то пластину и уже готов был шагнуть внутрь, как Хард, тенью скользнувший из кустов, очутился у ренегата за спиной и коротким ударом в основание шеи вырубил его.
А затем быстро проверил карманы ренегата, накинул на того стазис и оттащил в кусты.
— Так, ваша задача – охранять, – глядя на меня, Мика и вулвера, приказал страж. – А я попытаюсь найти заложников и тихо вывести их до начала зачистки.
И после этих слов страж сотворил вестника, чтобы вызвать подкрепление. Глядя на выпорхнувшую из его рук полупрозрачную пичугу, я не могла не задать вопрос:
— А как же тот осведомитель из отдела? Он же предупредит бандитов! – порывисто выдохнул Мик.
— Обязательно, – согласился Хард. – И на твой взгляд, как он это сделает? В условиях нехватки времени? Зная, что место, куда едет штурмовая группа, – это логово клана, а не какая-то наводка-пустышка? И если банду накроют, то его либо сдадут арестованные подельники, либо убьют как предателя?
— Вестник! – выдохнули мы с братом.
— И эту-то пташку мы здесь и подождем. Конечно, Войрис наверняка сам отловит послание еще на моменте отправки, но подстраховка никогда не бывает лишней..
— А тебя кто будет страховать там, внутри? – Я кивнула на приоткрытую дверь.
— Я пойду один, – понимая, куда я клоню, ответил Хард тоном, не терпящим возражений.
— Конечно, – согласилась я и добавила: – Но я при этом постою у тебя за спиной. Так, на всякий случай.
— Од!
— Хард!
— Я сказал – нет! – прорычал рассветный и, судя по интонации, выругался: – Ercom more!
— А я твоего «нет» не услышала. И вообще. Или я иду с тобой..
— Или? – вкрадчиво поинтересовался Хард.
— Я иду с тобой, но без тебя! – выпалила, не задумываясь.
Там были мои родители. И я не могла вот так просто ждать, надеясь на чудо. Хватит! Я не смогу сидеть в кустах, считая мгновения, которые накручиваются друг на друга, как нить из кудели на веретено, изматывая тебя хуже самой бешеной гонки.
— И я с вами! – встрял Мик.
На этот раз наше с Хардом «нет» было таким слаженным, будто мы репетировали.
— Ну попытаться-то можно было, – фыркнул в усы хомяк.
А рассветный, кажется, почувствовав мое состояние готового вот-вот рвануть разрывного проклятия, неожиданно произнес:
— Ладно, Од, пошли. Но держись за моей спиной и не высовывайся.
Я согласно кивнула и не удержалась от вопроса:
— Почему ты передумал?
— Потому что, насколько я успел узнать тебя, ты все равно отправишься следом, только одна..
«А так хотя бы будешь под присмотром», – страж не сказал, но так выразительно подумал, что даже песель все понял.
— Как-то ты слишком хорошо успел ее узнать, – произнес Мик тоном, какой может быть только у бдительного старшего брата.
— Такая работа, – усмехнулся Хард.
— Ну-ну.. – протянул хомячелло и, растопырив два коготка – средний и указательный – в рогулину, ткнул ей сначала себе в глаза, потом в сторону рассветного. – Учти, белобрысый, я за тобой слежу.
— Лучше пока последи за связанным, – отозвался Хард и, уже обратившись ко мне, добавил: – Готова?
Я не была готова ни разу, но выдохнула:
— Абсолютно!
И мы нырнули в приоткрытую дверь черного хода. Тусклый свет факелов освещал коридор, в углах которого притаились чернильные тени. Звуки, доносившиеся эхом откуда-то снизу, отражались от стен.
Хард жестами указал мне на широкую лестницу с высокими сводами, которая, похоже, вела в подвалы. Когда я начала спускаться, то в нос ударил запах окалины, смешанный с душком плесени и сыростью. А еще смогла различить обрывки фраз:
— ..цатка..
— Бью трол..
— Проиграл..
Хард тихо приоткрыл дверь. Не знаю, что он там увидел, но одними губами прошептал мне:
— Стой тут.
А затем рассветный нырнул внутрь. И тут же я услышала приглушенные звуки ударов, чей-то быстро оборвавшийся стон. В щель меж косяком и дверью ударила яркая вспышка заклинания, а затем раздался голос Харда:
— Заходи!
Я шагнула за порог, чтобы увидеть перевернутый стол, сломанные стулья, разбитый шкаф и осколки посуды, а посреди этого погрома – пятерых типов. Трое – скованных заклинанием стазиса. Четвертого размазало арканом по стене, а пятый лежал, в страхе глядя на рану в собственной груди и прижимая к той ладонь. Навряд ли бандит боялся вида крови в целом, скорее его ужасал тот факт, что кровь его собственная. Но, так или иначе, спустя несколько мгновений тип отключился.