Страница 22 из 43
В общем, меня попросили на выход из созданного мною же фонда. И я пошла. Ибо сделать предстояло еще больше. И вот странность: я не спала больше суток, но мыслей о постели не было. Только голова кружилась, а в теле была слабость, но это сущая ерунда. Зато инвесторов в два раза больше, ибо в глазах тоже двоилось!
Правда, на деле оказалось, что юные аристократы привыкли скорее не вкладывать, а получать. Как минимум комфорт. И за него некоторые даже были готовы платить членские взносы.
Стоило ловить волну, пока интерес у сиятельных был, так что я опрометчиво анонсировала дату открытия на эту субботу.
Когда Патруша за ужином об этом узнал, едва не взвыл.
— С ума сошла! Одно дело ремонт. Другое — все убрать, подготовить. И последнее не только помещения касается, но и слуг, целителей, и мастеров по заботе о фамильярах.. Надо было хотя бы заложить пару недель. Ты сумасшедшая, Анита!
— Может быть, — не стала отрицать, как и уточнять, что через эту пару недель у папы суд. Я не могла так рисковать.
Зато была и положительная новость: Патрик решил, раз он попечитель и будет следить за тратами фонда, хорошо бы от оного получать и прибыль как инвестор.
Все же Патруша, хоть и создавал образ парня, витавшего в облаках, на деле крепко стоял на земле и выгоду видеть умел. Как и Адриан. Тот, не иначе, поразмыслил: раз упустил чужую идею целиком, не стоит терять хотя бы часть дохода от оной. Пока другие не подсуетились и не заняли его место. Вход в число инвесторов ведь ограничен..
И хоть брюнета я недолюбливала, но бизнес есть бизнес, тут личное стоит отметать, если хочешь чего-то добиться. И я таки добилась! К чеку в тысячу золотых завтра, после подписания документов, добавятся еще два, и даже на чуть большую, чем у первого инвестора, сумму. Итого у меня уже почти было пять тысяч!
Ух! Дела завертелись! Теперь бы еще проверить, как они идут во флигеле. Туда я отправилась уже ближе к ночи. Правда, одна: Патруша озадачился текстилем для фонда. От штор и ковров до обивки мебели. Найриша взяла на себя подбор персонала. А мне осталась самая малость — все остальное. И в первую очередь — ремонт.
Здание будущего фонда, к слову, преобразилось. Стены оказались заштукатурены, местами уже покрашены в теплые, светлые тона, а лепнина на потолках засверкала белизной. Пол еще был в извести, стояли стремянки, валялись строительные леса — но в этом хаосе уже рождался ФПМ — фонд помощи фамильярам.
Я обошла первый этаж, заглянула на второй. Тишина. Рабочие уже ушли, только магические светильники горели на стенах, разгоняя сумерки. И в этот миг я ощутила уже ставший привычным зуд: затылок снова зачесался.
— Да чтоб тебя, — выдохнула я и запустила в волосы пятерню, не отказывая себе в этом маленьком удовольствии. Раз уж большое и темное мне не доступно.
Так, Анита! Не сметь думать о малефике! Не сейчас, когда от тебя столько всего зависит!
Но, кажется, один проклятийник был с этим решительно не согласен. И появился словно из ниоткуда, когда я вновь спустилась на первый этаж.
Вот помяни темного, пусть даже в мыслях, он и появится! И как только всегда так точно меня находит?
Себ стоял, облитый молочным лунным светом, рядом с одним из высоких стрельчатых окон. Под его ногами кошкой ластилась тьма.
Рубашка с закатанными рукавами, знакомая жилетка, собранные в хвост волосы и седая прядь у виска.. Как же я по всему этому скучала. Но признаться? Даже самой себе — ни за что!
— Что ты здесь делаешь? — голос подвел, отчего-то враз охрипнув.
— Хотел посмотреть на твой фонд и.. на тебя, — Себ был предельно честным. Ну насколько это может человек, у которого самого есть что скрывать. — Знаешь, два дня назад я был уверен, что смогу принять твое «нет». Два дня назад я думал, что смирю свои чувства, как делал это всегда: возьму все под контроль. И знаешь, что вышло?
— Что? — выдохнула я, сама не заметив, как оказалась рядом с Себом в этом молочно-лунном мареве.
Он усмехнулся.
— Я впервые сам себе проиграл. И не жалею об этом.
— Еще будешь, — уверенно возразила я и, желая уйти, пока есть силы, шагнула прочь из светлого пятна к темной стене. И тут ощутила, как мое запястье обхватила мужская ладонь.
Дернулась скорее из чистого упрямства, чем действительно того желая, развернулась. Не рассчитала и.. оказалась прижата спиной к стене, рядом с откосом окна.
— Наверняка буду.. Но не сейчас. Ты сводишь меня с ума. А мою тьму — уже свела.. она тянется к тебе помимо моей воли. Дай мне шанс.. Нам обоим шанс.
И в этот миг я совершила роковую ошибку: посмотрела малефику в глаза..