Страница 17 из 43
Глава 14
М-да, чтобы заставить сплетника говорить о тебе хорошо, нужны насилие, принуждение, величайшая аккуратность и мужество. Много мужества. А, ну еще и сам сплетник. Найти эту последнюю составляющую обычно тяжелее всего, но, кажется, я справилась.. Что ж, приступим к карательной терапии с выгодой для непострадавших! То есть для меня. Но пока стоило все хорошенько обдумать и выдохнуть.
Глубоко и с чувством выполненного долга.
— Получилось, — прошептала я, сжав кулон на груди. — Демоны подери, у нас получилось.
И тут же из него раздалось:
— Полегче, внученька. Ты меня задушишь..
— Ты же мертвая!
— А вот это нехорошо — указывать человеку на его маленькие недостатки. Тем более, когда он хочет похвалить твои большие достоинства и тобой погордиться.
От такого заявления я аж растерялась. Впрочем, ба была бы не ба, если бы сказала: умница, Анита, так держать.. Хотя про «держать» тоже было, но к этому глаголу еще шли такие слова, как «за горло», «тварина» и «показать всем тут хвыбову мать!».
Под сей боевой настрой мы с Бру и добрались до общежития. Там-то я и смогла с чувством перевести дух, а заодно и тело в горизонтально-кроватное положение. Правда, едва я пала на подушки, как взгляд мазнул по столу, на котором лежала книга, украденная из библиотеки.
М-да.. Нехорошо получилось. В отличие от платьев, предложенных в пользование добровольно, фолиант мне никто за так не отдавал.
— Надо вернуть, — сказала я вслух и встала с постели: не время разлеживаться. Мне нужно теперь договориться с попечителями, инвесторами, предложить членство, начать ремонт.. благо на то ректор разрешил использовать трудовые големно-студенческие ресурсы и вызвать несколько магов-строителей..
В общем, дел столько, что не то что учиться, тут жить как бы успевать! И, подхватив сумку с фолиантом, я выскочила из общежития. Творить, вытворять, вербовать..
Улица встретила меня весной. Полной, буйной, вязкой, сладкой до дурмана. Каштаны у главного корпуса распустили свои белые «свечки», которые были такими пышными, белыми, точно на праздничной храмовой службе в честь всех богов. Синие, лиловые, почти черные ирисы на клумбах раскрыли свои лепестки навстречу солнцу, которое прорвалось сквозь тучи ректорского гнева. И чего, спрашивается, мужик так бушевал? Я же хорошую вещь ему предложила? Ну потопталась при этом на мужском самолюбии и задела раны гордости.. так без этого его ректорейшество меня бы просто не дослушало бы.
А вот желтевшим повсюду одуванчикам не было дела до настроения сиятельного лорда. Они просто радовались весне. Везде. На газонах, в трещинах между камнями, даже на крыше одного из ангаров. Казалось, они лезли даже туда, куда по логике невозможно и нельзя, точно любопытные студенты туда, куда запрещено уставом.
Воздух был теплым, густым, пахнущим черемухой и нагретой землей. Где-то в дендрарии вороны перекрикивались, устроив птичий базар. Кажется, даже матерились, судя по интонациям. Но точно не скажешь. Лингвистика, при всей ее глубине, в познаниях языков пернатых со времен сотворения мира не сильно-то и продвинулась. Так и топталась на пороге открытий. А весна меж тем брала свое, ей, в отличие от меня, не нужно было ректорское разрешение, чтоб учинить свой порядок в академии.
А я шла по аллее и дышала весной полной грудью. Вот только, несмотря на обилие света и тепла, вдруг поймала себя на мысли: мне не хватает тьмы. Ее обволакивающего уюта, спокойствия, надежности. Или не самого мрака, а того, кто носит его в себе?.. Себастьяна, рядом с которым быть — слишком рискованно. Он чересчур внимателен, проницателен.. И, кажется, уже начал что-то подозревать. Да и сам — не без скелета в склепе.
Так что нет, я все сделала правильно. И в дальнейшем приближаться к малефику не стоит. Лучше — к намеченной цели. И, сжав ремень сумки, я поднялась на первую ступень мраморной лестницы библиотеки, до которой наконец дошла.
Меня вновь встретили широкие коридоры с высокими потолками, которые, как и в столовой, были расписаны фресками. Стрельчатые окна с цветными витражами и неизменный аксакал этого книгохранилища — господин Кроу, с которым я действовала по отработанной схеме: мило поприветствовать, пройти в отдел магического права, а оттуда — куда надо. Что ж, в моем случае поговорка «через законы открываются не только многие запреты, но и многие пути» звучала весьма буквально.
Пара проходов меж книжными лабиринтами — и вот отдел некромантии. Но маленькая загвоздка — в оном обнаружился свидетель! Эйлар Сандерс! Он стоял ровно на том месте, где я пару дней назад, и изучал пресловутые «заклинания порабощения сущностей высших порядков», которые я забраковала. С интересом так изучал. Я бы даже сказала, профессиональным. Сейчас этот жгучий брюнет отчего-то показался мне старше, чем при разговоре в столовой, когда мы обсуждали гибель фамильяров. А еще — куда опытнее.. одним словом — явно не первокурсник, которого здесь, кстати, быть не должно. Как и меня..
И что мне с этим опытным теперь делать? М-да.. вот уж не думала, что подбросить фолиант по ритуалистике будет сложнее, чем его спереть. Лучше прийти в другой раз.
Но только я начала отступать, как меня заметили: Эйлар вскинул голову и поспешил закрыть книгу. Не иначе чтоб я не догадалась о его интересе. Поздно.
— Какая встреча, — парень улыбнулся: открыто, по-мальчишески, стирая наваждение о приписанных ему годах и профессиональном опыте. — Я думал, ты интересуешься только фамильярами.
— Когда выросла в семье экзорциста, интересуешься всем, — хмыкнула я и поставила-таки на полку фолиант, из-за которого теперь приходилось не лгать, но слегка искажать правду. — А что до фамов — мне показалось, или у тебя в глазах появляется какой-то особый блеск при упоминании магозверей.
— Вообще-то, предпочитаю больше бестий, — хмыкнул Эйлар и уточнил: — И я не про тех, что в юбке, а про нормальных, милых..
— Таких, которые хотят тебя сожрать, — подхватила я.
Маг согласно усмехнулся и продолжил:
— Впрочем, и тема фамов мне не чужда, как и идея фонда. Ведь, как я понял, это не только благое, но и дело..
Произнес Эйлар произнести так, что сразу стало ясно: он это словосочетание четко разделяет на два понятия: милосердие и.. Бизнес.
— А дело часто нуждается в инвесторах. Хотя, как я понял, ты и сама можешь обеспечить фонду стартовый капитал, но, если что, я бы поучаствовал.
Ого. Я лишь завтра хотела сделать ему предложение войти в попечительский совет. А он уже, оказывается, готов..