Страница 27 из 68
Лестница была крутой, ступени скользкими от вековой пыли и плесени. Я молилась всем богам, чтобы никто не подвернул ногу. Вонак, несмотря на свою массу, двигался удивительно бесшумно. Брун и вовсе казался тенью.
Ступени кончились внезапно. Мы вывалились в подвал — большое, сводчатое помещение с каменными стенами, уставленное гниющими бочками и рассыпающимися ящиками.
— Где выход? — спросил Стеш, оглядываясь.
Алан подошел к дальней стене, провел рукой по кладке. Камни дрогнули, и между ними проступил едва заметный контур.
— Здесь, — он надавил, и часть стены бесшумно ушла в сторону, открывая темный провал.
Из провала пахнуло холодом и чем-то древним. Запахло подземельем, тем самым, что помнит кровь и страхи столетий.
— Катакомбы, — выдохнул Стеш. — Я слышал о них. Под всем Мардроком сеть ходов. Говорят, там можно заблудиться насмерть.
— Насмерть мы не хотим, — сказала я, шагая в темноту. — Но плутать придется.
Алан осветил путь. Своды оказались высокими, метров пять в высоту, стены сложены из грубого камня, кое-где подпертые деревянными балками, прогнившими насквозь. Пол был земляным, утоптанным до состояния бетона.
— Куда идем? — спросил Вонак.
Я прислушалась. Сзади, со стороны подвала, уже слышались голоса — солдаты спускались по лестнице. Впереди мертвая, звенящая тишина.
— Прямо, — сказала я. — И надеемся, что не в тупик.
Мы пошли.
Коридор тянулся бесконечно. Широкий, метров пять в ширину, с ответвлениями через каждые двадцать-тридцать шагов. Я насчитала уже шесть, прежде чем спросила:
— Алан, ты хоть примерно понимаешь, куда мы идем?
— В сторону реки, — ответил он, не оборачиваясь. — Там есть выход на набережную. Я видел в голове у одного из слуг.
— Далеко?
— Не знаю. Он там не был.
Я выругалась сквозь зубы.
Сзади послышался топот — солдаты нашли наш след. Несколько десятков человек, судя по звуку. И они не собирались отставать.
— Быстрее! — скомандовала я.
Мы свернули в первое попавшееся ответвление. Оно оказалось уже, чем основной ход, но достаточно просторным, чтобы идти в полный рост. Стены здесь были влажными, с них сочилась вода, пахло гнилью и еще чем-то — чем-то живым, что не должно было находиться под землей.
— Чуете? — тихо спросил Вонак.
Я кивнула. Оборотень чувствовал то же, что и я — присутствие. Кого-то или чего-то, кто обитал в этих катакомбах задолго до того, как над ними построили город.
— Не останавливаться, — сказала я.
Мы свернули еще раз. Потом еще. Я перестала считать повороты, сосредоточившись только на беге. Ноги гудели, легкие горели. Три перехода за день — даже для Идущей это слишком много. Организм требовал отдыха, но отдыха не будет.
Голоса солдат то отдалялись, то приближались. Они тоже плутали в этих лабиринтах, но их было много — они могли разделиться и прочесывать ходы.
— Араш, — Стеш схватил меня за руку, заставляя остановиться. — Посмотри.
Он указал на стену. На камне был вырезан знак — не руна, не письмена, а что-то среднее между ними. Иероглиф, которого я не знала, но который заставлял магию внутри меня откликаться.
— Что это? — спросил Брун, подходя ближе.
— Не знаю, — честно ответила я. — Но это древнее. Очень древнее. И очень сильное.
— Может, не надо его трогать? — осторожно предложил Алан.
Слишком поздно. Брун успел коснуться знака, прежде чем я успела его остановить. Мужчина прикоснулся к камню пальцем, и мир взорвался. Свет. Звук. Магия.
Знак засветился фиолетовым, таким же, как мой дар, и стена позади него бесшумно ушла в сторону, открывая новое ответвление.
— Вот же… — выдохнул Стеш.
— Бежим! — рявкнула я. — Быстро!
Мы нырнули в проход. Каменная плита встала на место за нашими спинами с глухим, утробным гулом, отрезая от преследователей. Но надолго ли?
Новый коридор был другим. Здесь не пахло сыростью и гнилью. Здесь пахло… магией. Чистой, древней, не тронутой веками магией. Она струилась по стенам, пульсировала в воздухе, заставляла мои клинки светиться в ответ.
— Араш…
— Что? — спросила я, оборачиваясь.
Вонак смотрел на меня. В его глазах был страх. Настоящий, животный страх, который я никогда не видела у высших оборотней.
— Здесь кто-то есть, — сказал он. — Не люди. Не твари. Кто-то… древнее.
Я замерла. Прислушалась. Тишина. Но не та, что бывает в пустых помещениях. А та, что бывает перед тем, как на тебя прыгнет хищник. Напряженная, звенящая, полная обещания смерти.
— Идем дальше, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — У нас нет выбора.
Мы пошли. И с каждым шагом магия становилась гуще, плотнее, словно мы приближались к сердцу чего-то огромного и непостижимого. Сзади, где-то далеко, снова послышались крики — солдаты нашли проход. Нашли или пробили.
— Быстрее, — сказала я.
И мы побежали. В неизвестность. В темноту. В самое сердце катакомб, где нас ждало нечто, чему не должно было быть места в этом мире.
А может, и в любом другом.