Страница 26 из 68
Глава 8
Я лежала на кровати Лейлы и смотрела в потолок.
Третий час.
Сон не шел, мысли роились, как потревоженный улей, а где-то под ложечкой разрасталось то самое нехорошее предчувствие, которое за годы работы в Управлении я научилась распознавать с закрытыми глазами.
Рядом тихо посапывала Лейла. Девушка вымоталась за день так, что отключилась мгновенно, едва ее голова коснулась подушки. А я вот — нет. Даже дар Наследницы, даже многолетние тренировки в Храме Хаоса не могли усыпить чутье, которое орало благим матом — что-то пойдет не так.
Переброска армии завтра. Или уже сегодня, если считать по местному времени. Сотни воинов, десятки Идущих, мой отец, который будет ждать на Тартосе, и я, открывающая портал в самом сердце вражеской территории.
План был хорош. В теории. А на деле…
Я вспомнила лицо Первого Советника, когда он ворвался к нам в комнату. Бледный, взвинченный, с глазами безумца. Он что-то знал. Или догадывался. И его визит — не просто проверка. Он искал подтверждение.
Нашел ли?
Дети сидели в соседней комнате, запертые на два амулета скрытия, которые я нацепила на них, как только Советник ушел. Мальчишки и девчонка, которых я вытащила с костра, спали в обнимку на моей кровати, укрытые теплым одеялом.
Наследники императора. Вот так подарочек.
Легарт Лендор Терман будет доволен. Или взбешен. С моей-то способностью влипать в истории, которые потом приходится расхлебывать всем Управлением.
— Араш? — раздался тихий шепот с соседней кровати.
— Спи, Лейла.
— Ты не спишь.
— Наблюдательный у нас отряд, — фыркнула я. — Спи, я сказала. Завтра тяжелый день.
— А у тебя бывают легкие? — спросила она, и в голосе прозвучала такая искренняя наивность, что я невольно улыбнулась.
— Бывают. Раз в год. В день, когда я никуда не выхожу из дома и никого не спасаю.
— И часто такой день выпадает?
— Ни разу за последние девять лет, — честно призналась я.
Лейла тихо вздохнула и, кажется, наконец-то уснула. А я продолжила смотреть в потолок и думать.
* * *
— Лейла, — позвала я, открывая глаза после двухчасового забытья, которое даже сном назвать было сложно. Скорее, кратковременным отключением сознания, чтобы перезагрузить мозги. — Собирай детей. Отправляю вас на Тартос.
Магичка, дремавшая в кресле с книгой на коленях, встрепенулась:
— Прямо сейчас?
— Прямо сейчас. Не нравится мне вся эта ситуация. Слишком тихо после визита Советника. Слишком…
Я не договорила. Чувство опасности, которое не покидало меня с самого утра, вдруг стало острым, как лезвие моего клинка. Воздух в комнате сгустился, наполнился едва уловимым запахом железа и пота.
— Просыпайтесь! — рявкнула я, вскакивая с кровати. — Все подъем!
Герт и Горт открыли глаза мгновенно, как солдаты, привыкшие просыпаться по первому сигналу. Маленькая Гела захныкала, но старший брат прижал палец к губам, и девочка затихла, только всхлипнула тихонько.
— Что происходит? — спросил Герт, слезая с кровати и помогая брату. В его голосе не было страха. Только холодная, взрослая сосредоточенность.
— Уходим, — коротко ответила я, уже чертя руны на полу. — Лейла, вставай в центр. Детей к себе.
Магичка не спорила. Схватила малышку на руки, прижала к груди. Герт и Горт встали по бокам, вцепившись в юбку Лейлы мертвой хваткой.
Портал открылся тяжело. Магия в этом мире была свободна, она никогда ранее сопротивлялась, словно не хотела подчиняться. Я выжала из себя остатки сил, чувствуя, как кровь стучит в висках, как темнеет в глазах. Кто-то блокирует силы или использует мощный артефакт.
— Живо! — скомандовала я.
Лейла шагнула в марево. За ней последовали близнецы, волоча за собой перепуганную сестру. Девочка заплакала, но звук оборвался, как только портал схлопнулся за последним ребенком.
Я выдохнула. Всё. Они в безопасности.
— Араш! — Стеш ворвался в комнату, не постучав. Его лицо было белым. — Солдаты! Весь дом окружен. Робинс…
— Знаю, — перебила я, выхватывая клинки. — Долго они ждали. Что с нашими?
— Вонак и Брун уже в коридоре. Алан прикрывает лестницу. Дакка…
Договорить он не успел. Дверь слетела с петель.
Первый солдат влетел внутрь, размахивая мечом. Я встретила его ударом снизу — дамарийская сталь вошла под ключицу, и он рухнул замертво, даже не успев вскрикнуть.
— Назад! — крикнула я, отступая к окну.
Но отступать было некуда. Второй этаж, внизу двор, полный солдат. Третий этаж — крыша, с которой можно только прыгать в объятия смерти.
Оставался только коридор.
— За мной! — рявкнула я и вылетела в дверной проем.
Коридор кишел черными фигурами. Я насчитала не меньше дюжины, и это только те, кого видела. Вонак уже работал в центре, разбрасывая тела, как тряпичные куклы. Брун прикрывал его с фланга, работая короткими, экономными движениями — чисто, профессионально, без лишних телодвижений.
Алан стоял у лестницы, и его лицо было неестественно спокойным. Слишком спокойным для человека, которого сейчас убьют.
— Вниз нельзя! — крикнул он, когда я попыталась прорваться к ступеням. — Там их в три раза больше!
— Тогда где?
Вместо ответа менталист указал головой на дальний конец коридора. Там, за поворотом, виднелась неприметная дверь. Та самая, которую я приняла за чулан, когда мы только заселялись.
— Туда, — сказал он.
Я не стала спрашивать, откуда он знает. В конце концов, мог считать у кого-то из слуг.
— Вонак! Брун! Отходим! — скомандовала я.
Оборотень рубанул последнего солдата, отбросил тело ногой и, не оглядываясь, побежал к нам. Брун прикрывал его, на ходу перерезая горло еще одному, слишком шустрому бойцу.
Мы влетели в дверь, и я захлопнула ее за собой, на мгновение задвинув засов.
Темнота. Пыль. Запах сырости и запустения.
— Свет! — выдохнула я.
Алан щелкнул пальцами, и над его ладонью вспыхнул голубоватый огонек. Освещение было скудным, но достаточным, чтобы разглядеть узкую лестницу, уходящую вниз.
— Это старые ходы, — сказал он, первым ступая на ступени. — Под всем поместьем. Я смотрел в голове у управляющего.
— И молчал? — Стеш зашел следом, придерживая раненую руку. Кровь сочилась сквозь пальцы, но он не жаловался.
— А смысл? — Алан пожал плечами. — Мы бы сюда все равно не полезли, если бы не прижало.
Сзади грохнуло — солдаты выбивали дверь.
— Бежим! — рявкнула я.