Страница 74 из 111
— Красивая.
— Спасибо, пап.
— Данил пожалеет.
Я замираю на последней ступеньке.
— О чём?
Папа переводит взгляд на маму.
— Я не то сказал?
Она прикрывает глаза ладонью.
— Андрей.
— Что? — Он искренне не понимает. — Они же поссорились.
— Мы не поссорились, — отвечаю я, надевая пальто. — И Данилу не о чем жалеть.
— Тогда отлично.
Папа открывает входную дверь, решив вопрос. Мужчины умеют попадать в больное место и сразу идти прогревать машину.
До ресторана едем сорок минут. В центре пробки, вдоль дороги горят вывески, на тротуарах много людей. Мама рассказывает о новой рекламной съёмке, папа жалуется на подрядчика, который третий раз переносит сроки. Я поддерживаю разговор в нужных местах и смотрю в окно.
Центральный ресторан Власовых занимает первый этаж старого здания возле набережной. Над входом светится золотая вывеска, у дверей дежурит администратор в чёрном костюме. В обычный вечер здесь трудно получить столик без брони, но сегодня второй зал закрыт для гостей.
Папа отдаёт ключи парковщику. Мы поднимаемся по широким ступеням и входим внутрь.
В холле тепло, пахнет деревом, кофе и свежей выпечкой. Стены после ремонта стали светлее, возле гардероба появились высокие зеркала, а за стеклянной перегородкой виден основной зал с мягкими креслами и золотистыми светильниками.
Нас встречает Олег Петрович. Он обнимает папу, целует маму в щёку и улыбается мне.
— Кристиночка, наконец-то. Марина уже решила, что вы передумали.
— Добрый вечер, Олег Петрович. Простите, в центре пробки.
— Главное, добрались. Проходите, все уже собрались.
Все.
Пальцы крепче сжимают ремешок сумки.
Мы следуем за ним через основной зал. За столиками разговаривают гости, официанты бесшумно двигаются между креслами, на небольшой сцене играет пианист. Дальше находится раздвижная перегородка, за которой открывается обновлённый зал.
Он действительно красивый. Светлые стены, тёмное дерево, длинные диваны цвета вина и большие окна с видом на набережную. В центре накрыт круглый стол на семь человек. Горят свечи, возле каждой тарелки лежит карточка с именем.
Данил сидит спиной к окну.
Лика — рядом.
При нашем появлении он встаёт. На нём чёрный костюм и белая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей. Волосы уложены небрежно, часы блестят под светом ламп.
Его взгляд останавливается на мне.
Медленно проходит по платью, открытым коленям, волосам и возвращается к лицу.
Я чувствую этот взгляд кожей.
— Добрый вечер, — говорю я всем сразу.
Марина Викторовна подходит первой. Она обнимает меня, целует в обе щёки и поправляет прядь у виска.
— Крис, какая ты красавица. Давно не надевала платья.
— Спасибо, Марина Викторовна.
— Садись рядом со мной.
Она берёт меня за руку и ведёт к столу. По карточкам моё место оказывается напротив Данила. Мама садится справа, Марина Викторовна — слева. Лика остаётся между Данилом и Олегом Петровичем.
Удобнее расположить нас было невозможно.
— Мы с Ликой уже познакомились, — говорю я, когда мама здоровается с ней.
— В университете, — подтверждает Лика. — Но я рада увидеться ещё раз.
Сегодня на ней бордовое платье с длинными рукавами. Каштановые волосы распущены, на губах спокойная тёмно-розовая помада. Она выглядит уверенно, но пальцы слегка сжимают ножку бокала.
Знакомство с родителями парня — тоже испытание. Особенно если за столом сидит девушка, которую обе семьи много лет считали подходящей парой для этого парня.
Мне неожиданно становится её жаль.
— Очень приятно, Анжелика, — тепло произносит мама. — Данил мало рассказывал о личной жизни.
— Можно Лика.
— Тогда и вы зовите меня Еленой.
Марина Викторовна усмехается.
— Лена, дай девушке хотя бы поесть до начала интервью.
— Я просто знакомлюсь.
— У тебя профессиональная привычка задавать вопросы.
Лика улыбается, напряжение в её плечах уменьшается. Данил поворачивается к ней и тихо спрашивает, налить ли воды. Она кивает. Он берёт бутылку, наполняет её бокал, потом машинально тянется к моему.
На середине движения останавливается.
Я смотрю на бутылку в его руке.
Данил переводит взгляд на пустой бокал передо мной.
— Налить?
Обычный вопрос.
Слово, которого раньше между нами не требовалось.
— Да, пожалуйста.
Он наполняет бокал и ставит бутылку на стол.
— Спасибо.
— Не за что.
Мама на секунду смотрит на нас, но ничего не говорит.
Официанты начинают выносить блюда. Сегодня Олег Петрович решил показать новое меню: небольшие порции, чтобы все успели попробовать. Первой появляется закуска с лососем и авокадо, затем салат с грушей, горячий хлеб и несколько видов соусов.
Разговор быстро переходит к ремонту. Папа спрашивает о вентиляции, мама хвалит освещение, Марина Викторовна рассказывает, как три недели спорила с дизайнером из-за цвета диванов.
Я ем, киваю и стараюсь не смотреть напротив.
Получается плохо.
Данил сидит слишком близко к Лике. Их плечи иногда соприкасаются. Когда официант ставит между ними тарелку с горячей закуской, Данил передвигает её дальше от края, чтобы Лика не обожглась. Она тихо благодарит и кладёт ладонь ему на предплечье.
Нормальные жесты нормальной пары.
Я режу кусочек салата с такой силой, что нож скрипит по тарелке.
Данил поднимает глаза.
— Там грибы, — говорит он.
Все за столом замолкают.
Я смотрю на вилку. На ней действительно лежит тонкий ломтик шампиньона.
— Вижу.
— Ты их не ешь.
— Сегодня ем.
— С каких пор?
— С этих.
Данил хмурится.
— Тебе станет плохо.
— У меня нет аллергии. Я просто не люблю грибы.
— Тогда зачем…
Лика касается его руки.
— Данил, Крис сама разберётся.
Она произносит это мягко, без упрёка.
Слова всё равно попадают точно в цель.
Он переводит взгляд на Лику и замолкает.
Я откладываю вилку.
— Спасибо за заботу. Я действительно сама разберусь.
Марина Викторовна бросает быстрый взгляд на сына. Мама берёт бокал с водой. Олег Петрович начинает рассказывать папе о поставщике продуктов, возвращая разговор в безопасное русло.
Щёки горят.
Данил больше не смотрит на мою тарелку.