Страница 79 из 137
Глава 16
Глава 16
Глава 16
Одна. Без телефона. До полудня. Иначе Крылов умрёт.
Я смотрю на фотографию Антона, пока строки не начинают расплываться перед глазами.
Он сидит на бетонном полу, прислонившись спиной к стене. Руки связаны за спиной, на белой рубашке засыхают пятна крови после драки в кафе. Свежая кровь выступает на разбитой губе. Рядом с его лицом кто-то держит сложенный выпуск университетской газеты.
Снимок сделан сегодня.
Антон жив.
Пока.
— Мира? — зовёт Настя из телефона. — Ты куда пропала?
Я заставляю себя вдохнуть.
— Мне прислали сообщение.
— От кого?
— С номера Антона.
— Что там?
Я не отвечаю сразу.
Если рассказать Насте, она позвонит в полицию, Максу или Роману Сергеевичу. Данил проснётся, увидит адрес и поедет туда, даже не выслушав план.
Корсаков именно этого и добивается.
Он не хочет получить меня. Я — дорога к Данилу.
— Мира, — голос Насти становится жёстче. — Говори.
Я делаю снимок экрана и сохраняю его в отдельную папку.
— Антона похитили.
В трубке наступает тишина.
— Что значит похитили?
— Он связан. Мне прислали адрес и велели приехать одной до полудня.
— Ты никуда не поедешь.
— Они его убьют.
— Позвони Данилу.
Я смотрю на закрытую дверь гостевой.
За стеной, в спальне, Данил спит после седативного. Врач предупреждает, что препарат подействует минимум на шесть часов. Проходит меньше двух.
Метка на плече сохраняет ровное тепло. Я чувствую Данила даже через коридор: тяжёлый, приглушённый пульс и тянущее спокойствие сна.
— Если он узнает, сразу поедет туда, — говорю я.
— И правильно сделает. У него охрана, оружие и люди, которые разбираются в похищениях гораздо лучше нас.
— Корсаков ждёт именно его.
— Тогда пусть Данил едет подготовленным.
— Он только что вышел из гона. У него свежие швы и седативное в крови.
— Это не твоя ответственность.
— Антон оказался там из-за меня.
— Он оказался там из-за Корсакова.
Я прикрываю глаза.
Настя говорит правильно. Только правильные слова не меняют фотографию на экране.
— Пришли мне сообщение, — требует она.
— Я пришлю.
— Сейчас.
— Сначала хочу проверить, действительно ли номер у них.
Я завершаю разговор раньше, чем она успевает возразить, и нажимаю кнопку вызова.
Гудок звучит один раз.
Отвечает незнакомый мужчина:
— Умная девочка.
— Дайте поговорить с Антоном.
— Приедешь — поговоришь.
— Мне нужно убедиться, что он жив.
— Фотографии недостаточно?
— Газету можно подложить рядом с телом.
На другом конце несколько секунд молчат.
— Тихоня Громова оказалась с характером.
От прозвища в чужом голосе становится холодно.
— Я Белова.
— Уже нет. От тебя за квартал пахнет его меткой.
Значит, Корсаков знает.
Я сильнее сжимаю телефон.
— Антон.
Слышится шорох, затем глухой удар.
Через несколько секунд в трубке раздаётся голос:
— Мира, не приезжай.
Я узнаю его сразу.
Антон говорит хрипло, но ясно.
— Ты ранен?
— Нормально. Не слушай их.
— Сколько человек рядом?
— Мира…
Его голос обрывается. Мужчина снова забирает телефон.
— Ещё вопросы?
— Если я приеду, вы отпустите его.
— Когда Громов появится.
— Вы велели приехать одной.
— Ты приедешь одна. А он всё равно найдёт.
Я медленно сажусь на кровать.
— Тогда зачем требовать оставить телефон?
— Хочу посмотреть, сколько времени ему понадобится без привычных игрушек.
— Если вы хотите Данила, Антон вам больше не нужен.
— Он понадобится, чтобы ты не передумала по дороге.
— Дайте точный адрес.
— Уже отправил.
— Там несколько корпусов.
— Северный склад. Ворота со стёртой цифрой семь. Зайдёшь через боковую дверь. Телефон оставишь дома. Если увижу охрану, первым умрёт Крылов.
— До полудня?
— В одиннадцать тридцать. Опоздаешь на минуту — пришлю новую фотографию.
Связь обрывается.
Я смотрю на время.
Два часа сорок семь минут.
До назначенной встречи остаётся меньше девяти часов.
Сейчас бежать бессмысленно. Ночью пустые улицы просматриваются лучше, а охрана на этаже остановит меня у двери. К утру начнутся анализы, в квартиру приедут врачи и люди Романа Сергеевича.
Мне нужен выход, который не покажется побегом.
И путь, по которому Данил сумеет пройти следом.
Я открываю почту и создаю два письма. Первое адресует Насте, второе — Роману Сергеевичу. Вкладываю снимок Антона, скриншот сообщения и карту с отмеченным северным складом возле старого речного порта.
В тексте пишу:
Антон у Корсакова. Я еду одна, потому что иначе он грозит убить его. Не приезжайте раньше одиннадцати тридцати. Корсаков ждёт Данила и следит за подъездами. Северный склад, боковая дверь со стороны реки. Если письмо отправляется, значит, я не могу его отменить.
Ставлю отложенную отправку на десять тридцать.
Этого времени хватит, чтобы я вошла внутрь и убедилась, что Антон действительно там. Данил получит адрес за час до встречи и не успеет ворваться раньше, чем Корсаков покажется.
По крайней мере, я надеюсь, что он сначала прочитает.
Для надёжности переписываю адрес на лист из тетради и добавляю номер, с которого пришли сообщения. Складываю бумагу вчетверо и прохожу к спальне.
Дверь приоткрыта.
После ухода врача я закрываю её. Значит, Данил либо просыпается, либо не позволяет замку защёлкнуться до конца.
Я осторожно заглядываю внутрь.
Он лежит на спине поверх простыни. Левая рука вытянута вдоль тела, правая находится на подушке рядом с головой. Тёмные волосы растрёпываются, лицо остаётся бледным после потери крови и гона. На плече белеет новая повязка.
Телефон лежит на тумбочке.
Я бесшумно подхожу и кладу записку под упаковку антибиотика, который он должен принять утром. Край бумаги оставляет видимым.
Данил тяжело вдыхает.
Я замираю.
Метка на плече отзывается тёплым толчком.
Его пальцы едва заметно сжимаются на простыне, но глаза остаются закрытыми.
Я смотрю на него несколько секунд.
Вчера он заставил меня, используя Антона.
Сегодня я собираюсь идти к Корсакову ради того же человека.
Разница в том, что теперь решение принимает сама.