Страница 37 из 65
Через полчаса у фургона выстроилась километровая, ревущая очередь. Земной фастфуд моментально покорил приграничный город. Мира едва успевала переворачивать котлеты на сковороде и вынимать порции готового хрустеня из масла. Её кулинарный дар работал без остановки, делая еду идеальной. Тем временем Мия укладывала котлеты в булки и готовила лимонад, Люцик собирал комплексную подачу, а Прошка резво принимал монеты, еле успевая заносить прибыль в свою амбарную тетрадь. Рыся, сидя на крыше победно стрекотала, карауля порядок, а мантикора сыто урчала под стойкой, уплетая мясные обрезки.
Спрятав приметные серебряные волосы под глубокий холщовый чепец, а лицо до самых глаз замотав плотным платком от печной гари, Люцик крутился на раздаче, виртуозно собирая один поднос за другим. Из-за большого количества посетителей он старался не привлекать к себе лишнего внимания, поэтому сейчас выглядел как обычный кухонный подмастерье. Эльф намеренно сутулился, пряча высокую фигуру, и выдавал заказы молча, не поднимая головы. Курьер из столицы, только что прибывший в Кром, даже не взглянул на безликого слугу. Весь его высокомерный взгляд был прикован к сочному бургеру, а тяжелый кожаный планшет небрежно лежал на скамье рядом с ним.
Эльф незаметно наклонился к Прошке, который как раз пересчитывал выручку за стойкой, и тихо шепнул:
— Слышь, пушистый. У этого пижона в сумке точно есть что-то интересное. Нам бы очень не помешало в ней покопаться. Придумаешь что-нибудь?
Прошка мгновенно прекратил звенеть монетами. Его серые усы заговорщицки дернулись, а карие глаза хитро блеснули. Шушак быстро оценил обстановку, воровато огляделся и подозвал сидевшую на люстре Рысю. Коротко пошептавшись с ней, Прошка кивнул головой. Маленькая мантикора Мурза, мирно грызущая косточку под столом, тоже лениво подняла голову и согласно фыркнула, включаясь в игру.
В тот же момент Рыся, огненной молнией спрыгнула с потолочной балки прямо на грудь обедающему курьеру. От неожиданности тот поперхнулся бургером, а наглая белка виртуозно цапнула лапками блестящий жетон, приколотый к куртке. Зверек победно застрекотал и пулей бросился вглубь коридора.
— Ах ты тварь лесная! Стоять! — взвыл курьер. Он вскочил, напрочь позабыв про свой планшет на скамье, и бросился в погоню за воровкой.
Рыся технично заманила разъяренного мужчину в тесную каморку со швабрами в конце коридора. Едва тот влетел внутрь, белка ловко выскочила через верхнюю щель. А вот выйти обратно несчастный курьер уже не смог. Прямо на пороге каморки выросла Мурза. Маленькая мантикора расправила свои кожистые крылья, зловеще подняла скорпионье жало и издала такое утробное, грозное рычание, что высокомерный пижон мгновенно побледнел и вжался спиной в ведра, не решаясь сделать и шаг навстречу монстру.
Тем временем в зале Люцик пулей метнулся к оставленному стулу, схватил планшет и заскочил в кладовую. Они с Прошкой лихорадочно, дрожащими руками принялись перебирать его содержимое. На самом дне планшета они наткнулись на плотный, тяжелый пергамент с фиолетовой сургучной печатью.
— Нашел! — выдохнул Люцик, вытягивая пергамент.
Прошка молниеносно сунул ему взамен стопку старых накладных, перевязанных бечевкой. Вложив из на место пергамента, Люцик застегнул планшет, выскочил в зал и вернул сумку на скамью в точности так, как она лежала.
Прошка громко, на всю таверну свистнул. Рыся послушно бросила золоченый жетон прямо на пол к ногам гонца и бесшумно удрала, уводя за собой фыркающую Мурзу.
Дверь каморки наконец распахнулась. Потрепанный, злой как черт курьер вышел в зал, бережно оттирая жетон платком и гневно поглядывая на потолок. Планшет на скамье лежал нетронутым. Никто в зале ничего не понял. Прошка, расплывшись в приторной улыбке, тут же выставил перед гостем дополнительную порцию «Ураганного перекуса» и большой стакан лимонада за счет заведения — в качестве компенсации за «диких лесных зверей». Пижон быстро сменил гнев на милость, усаживаясь обратно за стол. Все были довольны, а важный документ уже надежно покоился в тайнике Прошки.
Поздно ночью, когда ярмарочный гул поутих, а уставшие сестры ушли спать, в темной кладовой фургона зажглась тусклая масляная лампа. Люцик и Прошка заперлись изнутри, подперев дверь шваброй.
Эльф аккуратно выложил украденный пергамент на бочку из-под эля. Прошка спешно нацепил на нос маленькие очки, развернул свиток и принялся внимательно изучать сухие строчки цифр. Сначала шушак недовольно ворчал под нос, но по мере чтения его серые усы начали мелко дрожать.
Прошка побледнел, его кожаный нос испуганно дернулся. Завхоз растерянно поднял глаза на Люцика.
— Ушам моим не верить, заговорам не скрываться... — испуганно прошептал шушак, судорожно сжимая перо. — Люцик, тут такое... Здесь черным по белому записано. Герцог Эдуард тайно, через подставных купцов скупает тонны сушеного мяса, зерна и тысячи стальных мечей на северном направлении. Объемы огромные. Столько провианта нужно, чтобы прокормить целую регулярную армию.
Люцик хмуро кивнул, его зеленые глаза потемнели:
— Я подозревал, что герцог специально перекрыл наши северные Тракты блокпостами Инквизиции, обвинив во всем мой народ. Он не просто морит эльфов голодом. Он тайно формирует базы в каньонах и закупает оружие для штурма столицы. Эдуард готовит переворот, а Райана использует вслепую как палача.
Прошка судорожно сглотнул, быстро пряча пергамент в потайной уголок, о котором знал только он.
— Заговор герцога подтверждается цифрами, Люцик. Если Райан увидит эти бумаги, он многое поймет. Но нам нужно быть очень осторожными. Если герцог поймет, что мы знаем его тайну, он нас всех на костре сожжет.
Ночные заговорщики притихли. За деревянными стенами фургона мерно шумел ночной Кром, солдаты отряда инквизиции несли караул, а кладовке таверны шушак и эльф только что сделали первый шаг к разоблачению великого предательства.