Страница 38 из 65
Глава 17
Глава 17. Дым из трубы, огонь в глазах
Мира с силой бахнула тяжелым ковшом по чугунной плите. На кухне таверны с самого утра всё шло кувырком. Вода в кастрюле никак не хотела закипать, нож валился из рук, а полотенце трижды падало на пол.
Внутри у старшей сестры бушевала настоящая, дикая паника. Осознание того, что она по уши влюбилась в этого невыносимого маршала Райана, пугало её до чертиков. Мира злилась на себя, на свои внезапные чувства, на этот проклятый Тракт и на весь мир. Как она, взрослая, рассудительная женщина, умудрилась потерять голову от сурового вояки, который только и умеет, что хмурить брови и отдавать приказы? Ей безумно хотелось выкинуть его серые глаза из головы, но они упрямо стояли перед взором.
Пытаясь скрыть внутренний шторм, Мира ожесточенно гремела посудой, ругалась на плиту и двигалась в два раза быстрее обычного.
Её новая сила мгновенно среагировала на этот хаос эмоций. Воздух вокруг печи начал густеть, а камни печи налились таким жаром, что стоять рядом стало невозможно.
Демонические Кошмары тут же уловили панику своей хозяйки и внезапно взбесились. Снаружи раздалось такое дикое ржание, что задрожали стекла в окнах. Кони с силой сорвались с места, обрывая кожаные поводья, которыми были привязаны к фургону. В слепой ярости они неслись по торговым рядам, переворачивая купеческие телеги с сеном, топча палатки и пугая лошадей. На площади поднялся крик, солдаты патруля в панике бросились ловить демонических гигантов.
Райан, только что закончивший утренний обход заставы, лично бросился усмирять жеребцов. Мужчине стоило огромных усилий перехватить Буяна за узду и жестко прижать коня к забору, силой заставляя его успокоиться. Злой, запыхавшийся, в грязном от дорожной пыли мундире, маршал решительным шагом направился прямо в таверну. Он был взвинчен до предела и намеревался устроить строптивой поварихе самый жесткий разбор полетов за её сумасшедший транспорт.
Маршал инквизиции ураганом взлетел на крыльцо, рванул на себя дубовую дверь обеденного зала и шагнул в проход, ведущий к кухне. К его удивлению, кухня оказалась пустой – Мира выскочила из нее минутой ранее через заднюю дверь, услышав шаги Райана в зале. Однако он не пошел её искать. Внимание маршала привлекло нечто иное.
Из-за приоткрытой двери кладовой доносились тихие, но очень эмоциональные голоса шушака и эльфа. Райан рефлекторно замер за углом, притаившись в тени коридора.
Он отчетливо услышал свое имя, но как ни старался, хорошо разобрать весь разговор не получалось. Из кладовой доносилось лишь невнятное, взволнованное бормотание Прошки и отдельные, обрывочные фразы Люцика, которые он произносил слишком громко и нервно.
— Райан никогда не пойдет против Короны! — донесся до ушей маршала резкий, приглушенный голос Люциана. — Ты с ума сошел, Проша? Ему бесполезно объяснять... Он все равно ничего не поймет! Он доложит герцогу при первой же возможности!
— Люцик, ушам моим не верить, но надо рискнуть! — тихо, но настойчиво бурчал шушак, шурша усами. — Маршал честный! Маршал... он не такой, как эти штабные пижоны. Если мы не расскажем ему правду сейчас, потом может быть поздно
— Да он нас на костер отправит, как только увидит эти бумаги! — оборвал его Люцик. Парень нервно мерил шагами тесную кладовую, рана на боку заставляла его болезненно шипеть. — Мы для него просто преступники. Райан слепо верит уставу. Твой план — самоубийство.
Маршал Райан замер, стараясь не выдать себя тяжелым дыханием. Серые глаза военного опасно сузились, а широкая ладонь сама собой медленно легла на рукоять меча. Они говорили о нем. Говорили о каком-то предательстве, о тайных бумагах и о том, что он чего-то не поймет. В его голове медленно начали складываться звенья цепочки: вчерашний визит штабного офицера, странное поведение эльфа на раздаче и теперь этот разговор в кладовой. Эльф и шушак что-то замышляли и Райану это очень не нравилось.
Он сделал резкий шаг вперед, с грохотом вышиб дверь кладовой и вошел внутрь. Люцик и Прошка от неожиданности подпрыгнули на месте. Шушак испуганно пискнул и пулей забился под пустую бочку из-под эля, прижав уши. Эльф мгновенно побледнел, рефлекторно отпрянул назад и уперся спиной в бревенчатую стену.
Маршал Райан не стал тратить время на расспросы. Он с тихим щелчком захлопнул тяжелую дверь кладовой и задвинул железный засов, отрезая их от зала. Нависая над Люциком всей своей огромной фигурой, он протянул руку и стальной хваткой схватил эльфа за воротник камзола. Меч он вытаскивать не стал, но его ледяной, яростный взгляд обещал быструю расправу.
— Ну, а теперь поговорим, контрабандист, — ледяным, глухим тоном процедил Маршал, глядя Люцику прямо в глаза. — Рассказывай. Что я должен понять, о каких бумагах вы тут шептались и почему я, по-твоему, обязан доложить герцогу? Выкладывай всё, ушастый. Живо. Или этот засов откроется только тогда, когда тебя понесут на плаху.
Люцик тяжело дышал, чувствуя, как кулак Райана давит на грудь. Парень скользнул взглядом по запертой двери, затем посмотрел на дрожащие усы Прошки под бочкой и вдруг успокоился. Его вечная дерзкая ухмылка исчезла, уступив место мрачной, холодной решимости. Терять ему было больше нечего.
— Хорошо, маршал, — тихо, но отчетливо произнес Люцик, не отводя взгляда от инквизитора. — Ты хочешь правду? Ты её получишь. Только руку убери. Мне нужно достать вещь, из-за которой мы все здесь рискуем жизнями.
Райан медленно, не ослабляя бдительности, разжал пальцы и сделал полшага назад, внимательно следя за каждым движением эльфа.
Люцик повернулся к бочке, кивнул притихшему завхозу:
— Проша, достань документы. Пусть наш принципиальный маршал сам посмотрит, кому он на самом деле служит.
Старый шушак, дрожа всем телом, аккуратно высунулся из-под бочки. Он открыл свой тайничок и бережно извлек оттуда плотный, тяжелый пергамент с фиолетовой сургучной печатью и с тихим вздохом положил его на крышку деревянного ящика прямо перед Райаном.