Страница 14 из 65
— В этом вареве не было алхимических лечебных зелий, я бы почуял. Но у меня полностью ушла лихорадка, которую я подхватил в низинах. И... где след от твоего удара?
Мира быстро справилась с удивлением, иронично прищурилась и, скрестив руки на груди, уверенно оперлась о барную стойку. Кулинарные баффы? Отлично, запишем в графу «уникальные торговые предложения».
— Это называется профессионализм, — усмехнулась она, не выдавая своего шока. — Земная кулинария творит чудеса. Так что, арест отменяется? Или мне выписать королевской Инквизиции счет за скорую медицинскую помощь? С вас, кстати, три серебряных за обед на весь отряд. Проша, запиши в амбарную книгу.
Солдаты в зале, сытые, довольные, с порозовевшими щеками, испуганно притихли. Они с благоговейным ужасом смотрели на строптивую девку в странной одежде, которая посмела требовать деньги с исполнительной власти пограничья.
Райан долго, внимательно буравил взглядом лицо Миры. Его серые глаза сузились. В них промелькнула странная, оценивающая и уважительная искра. Маршал не разозлился на дерзость. Он залез в кожаный подсумок на поясе, достал тяжелый кошель и со звоном опустил его на деревянную столешницу.
— Здесь пять золотых. Это за обед. И за постой моего отряда в этом зале до завтрашнего утра.
— Чего? — Мира нахмурилась, убирая улыбку с лица. — Какой еще постой? У меня таверна на колесах, а не придорожный мотель. Нам ехать надо. Я сестру младшую ищу, она где-то на Тракте одна осталась!
Райан сделал шаг к окну раздачи, зыркнул на Тракт, где уже стремительно сгущались плотные, фиолетовые сумерки, а затем резко повернулся к ней.
— Тракт закрыт на два перегона вперед. Мои люди выставили заставы и завалили просеки бревнами. Из-за портальной вспышки из лесов и болот лезет нечисть, а где-то рядом, по донесениям лазутчиков, петляет банда контрабандиста Люциана. Ни один фургон не двинется с места без моего личного приказа. Вы остаетесь здесь. До самого рассвета. Это не обсуждается.
Мужчина развернулся на каблуках и тяжелым шагом направился к выходу, чтобы распределить ночные караулы среди своих бойцов.
Мира осталась стоять у стойки, зло сжимая в кулаке мешочек с монетами. За окном таверны раздался странный, протяжный и пронзительный свист, совершенно не похожий на крик ночной птицы. Кони испуганно переступили копытами, выбив сноп фиолетовых искр, а Прошка за спиной Миры судорожно сжал пальцами край её толстовки. На Опасный Тракт опускалась темная ночь, полная шорохов и тайн.