Страница 20 из 29
Он наклонился и коснулся губами её лба. Так легко, что сердце тут же сделало что-то совершенно неразумное.
— Спокойной ночи, moglie. — прошептал Маттео.
— Спокойной ночи. — прошептала она в ответ.
Элен вдруг поняла — следующий день будет гораздо тяжелее, чем ей хочется признавать.
Утро наступило слишком быстро.
Элен открыла глаза ещё до звонка будильника и несколько секунд просто лежала, глядя в потолок.
В номере было тихо, солнце уже проникало сквозь шторы, рисуя на полу золотые полосы света.
Последнее утро в Венеции…
Мысль неприятно кольнула где-то под рёбрами.
Она медленно села на кровати и посмотрела на собранный чемодан, купленный еще пару дней назад. Вещи были аккуратно сложены ещё с вечера. Паспорт, билет. Всё готово.
Кроме неё самой.
Элен вздохнула и потерла лицо ладонями.
Это смешно.
По-настоящему смешно.
Она приехала сюда разбитой женщиной, которая собиралась провести пару недель в одиночестве, пить вино и жалеть себя.
Вместо этого обзавелась итальянской семьёй, которая кормила её до состояния счастливой капитуляции, лучшей подругой по имени София и мужчиной, при мысли о котором сердце начинало вести себя совершенно неподобающим для взрослой женщины образом.
Телефон завибрировал.
Сообщение было от Маттео.
"Ты уже проснулась?"
Через несколько секунд пришло второе.
"Я внизу."
— Господи, — пробормотала она.
Этот мужчина был невозможен.
Совершенно невозможен.
До аэропорта они ехали молча.
Не потому что нечего было сказать. Наоборот.
Слишком хотелось слишком многое.
Маттео держал одну руку на руле, другой касался её пальцев, не выпуская их ни на секунду.
Элен смотрела в окно. На город, который успел стать ей родным за такое короткое время. В какой-то момент она поймала своё отражение в стекле и поняла, что выглядит совсем иначе, чем женщина, прилетевшая сюда две недели назад.
Глаза снова светились.
Плечи расправились.
Улыбка появлялась сама собой.
Господи…
Неужели это правда была она? Такая разница за пару дней? Италия и правда была способна залечить душевные раны?
Маттео словно почувствовал её взгляд.
— О чём думаешь?
— О том, что ты виноват.
— В чём именно? — Маттео рассмеялся.
— Во всём.
Он тихо хмыкнул, не отрывая глаз от дороги.
— Очень удобно, moglie.
— Согласна.
— Я принимаю обвинение.
Элен покачала головой и неожиданно ощутила, как к горлу подступает ком.
Нет…
Только не сейчас.
Пожалуйста…
Аэропорт оказался слишком ярким, шумным и что хуже всего — от был реальным. Это место вдруг решило напомнить, что сказка заканчивается.
Люди спешили с чемоданами.
По громкоговорителю объявляли рейсы. Звенели телефоны. Кто-то смеялся, кто-то рыдал, а кто-то тихо прощался.
Маттео катил её чемодан через терминал с таким видом, словно был готов лично отменить международные перелёты. По нему было явно заметно, что он недоволен разлукой так же, как и Элен.
Она заметила это и улыбнулась.
— Не смотри так, будто собираешься захватить аэропорт.
— Я рассматриваю варианты.
Она рассмеялась.
Смех вышел немного дрожащим, Маттео сразу это заметил.
Они остановились возле зоны контроля, дальше пройти он уже не мог.
И именно тогда всё стало по-настоящему. До этого момента оставалось ощущение, что впереди ещё есть время.
Несколько часов. Ещё один совместный завтрак. Ещё одна прогулка только вдвоем. Ещё один вечер…
Теперь, времени не осталось.
Совсем.
Маттео смотрел на неё молча.
Элен тоже.
Внезапно все слова показались бессмысленными. Что вообще говорят людям в такие моменты? Увидимся? Скучай по мне? Береги себя? Слишком глупо.
— Ты будешь отвечать на мои сообщения.
Это прозвучало почти как приказ.
Элен фыркнула.
— Это ты так спрашиваешь?
— Нет.
— А если не буду?
— Тогда я прилечу раньше.
— Угрожаешь?
— Ага.
Она покачала головой. И вдруг поняла, что улыбается сквозь слёзы.
Чёрт…
Когда они успели появиться?
Маттео заметил это мгновенно, улыбка исчезла с его лица.
— Эй.
Голос стал мягче. Тише.
Элен быстро вытерла щёку.
— Всё нормально.
— Лгунья, moglie, какая же ты врушка...
— Прекрати.
Он сделал шаг ближе и осторожно взял её лицо в ладони. Как что-то очень ценное.
Очень хрупкое.
Элен зажмурилась, потому что иначе точно расплачется. Окончательно, по-настоящему и навзрыд.
— Я приеду.
Тихо сказал Маттео.
Она открыла глаза.
Его взгляд был таким серьёзным, что сердце болезненно сжалось.
— Через месяц. Я уже купит билет.
— Маттео...
— Нет.
Теперь он перебил её, впервые за всё время их общения, так нетерпеливо и нагло.
— Не начинай придумывать причины, почему это невозможно. Я приеду.
Элен смотрела на него несколько секунд.
Потом кивнула, потому что верила. Безоговорочно верила.
Маттео улыбнулся очень грустно. Она впервые увидела эту его улыбку, от неё стало ещё тяжелее.
— Вот так лучше.
— Ты ужасный человек.
— Знаю.
— Самовлюблённый.
— Да.
— Невыносимый.
— Да, moglie.
— Красивый…
Маттео моргнул.
Элен тоже.
Господи… она действительно сказала это вслух?
На его лице появилось совершенно мальчишеское выражение.
— Повтори.
— Нет.
— Элен.
— Ни за что.
Он рассмеялся. И именно этот смех окончательно её добил.
Потому что через месяц она сможет услышать его снова. Через целый месяц, это ведь целая вечность! А сегодня, придётся уехать.
Элен шагнула вперёд и крепко обняла его.
Сильнее, чем собиралась. Маттео обнял её в ответ так же крепко и отчаянно.
И на одно короткое мгновение весь аэропорт исчез.
Остались только они.
Его руки.
Его сердце под ладонью.
Его дыхание возле её волос.
— Один месяц.
Тихо сказал он.
— Один месяц.
Повторила Элен.
Она заставила себя отступить первой, потому что иначе не ушла бы никогда.