Страница 103 из 122
Рядом находился заместитель председателя Совета, лорд Марен Лейр. Пожилой черный дракон выглядел плохо. Кожа на лице стала землистой, пальцы дрожали, однако он держался прямо.
— Герцог Аркхарт, — произнес он. — Вы опоздали к предварительному обсуждению.
— Заседание еще не началось.
— Главы домов уже ознакомились с предложением магистра Реваля.
— Тогда ознакомятся и с доказательствами против него.
Кассиан посмотрел на нас.
Его взгляд остановился на защитной коробке Ивары, затем на моей руке.
— Госпожа Морвейн. Рад, что вы решили прийти лично.
— Вы рассчитывали, что после архива я не смогу?
— Я не знал о запуске защитного механизма до получения отчета.
— Только вы и начальник архива имели доступ к внешнему пульту.
— Начальник находится на больничном.
— Значит, круг подозреваемых стал уже.
По залу прошел шепот.
Кассиан не изменился в лице.
— Механизм мог сработать из-за нарушения печатей герцогом Аркхартом.
— Не мог, — сказала Ивара. — Проверка Гильдии установила внешний приказ на уничтожение фонда. Запись времени и сигнатура управляющего ключа сохранены.
— Сигнатура?
Кассиан впервые посмотрел на нее внимательнее.
— Красный контур запомнил печать, которая активировала команду, — продолжила Ивара. — Полное заключение будет представлено следствию. Пока вы не имеете права покидать город без разрешения.
Лорд Лейр ударил ладонью по столу.
— Мы собрались не для разбирательства Гильдии. Защитная система угасает. Четыре дома не способны поддерживать купол. Магистр Реваль предложил временное восстановление огня.
— Каким способом? — спросила я.
— Очищением родовых связей через Центральную печь, — ответил Кассиан.
— Составом, который вы держите в жезле?
Он поднял стеклянный катализатор.
Внутри находился белый минерал.
Но не чистый.
По сердцевине шли тонкие серые прожилки.
— Улучшенная основа, — сказал Кассиан. — Она временно стабилизирует источники и возвращает телу способность принимать огонь.
— Р-17 тоже обещала поддержку.
— Р-17 создавалась для другого этапа лечения.
— Для подавления связи магии с телом.
— Для снятия нагрузки с поврежденных каналов.
— Тогда почему в закрытом архиве хранятся опыты на здоровых женщинах?
В зале стало тише.
Леона открыла папку.
— Прошу официально начать заседание и внести представленные материалы в протокол.
Председатель Совета отсутствовал. Его место занимал лорд Лейр.
Он явно не хотел превращать собрание в трибунал, но отказаться при свидетелях и представителе Гильдии не мог.
Секретарь ударил молотком.
— Чрезвычайное заседание Совета драконов объявляется открытым. Первый вопрос — состояние городской защиты. Второй — законность применения состава Королевской лечебной коллегии.
— Порядок следует изменить, — сказала Леона. — Нельзя обсуждать применение состава до рассмотрения доказательств его опасности.
Лорд Лейр с раздражением кивнул.
— Представляйте.
Мы не рассказывали историю целиком.
Не пытались убедить эмоциями.
Леона выстроила документы по времени.
Сначала назначения Р-17.
Прямые поставки в дома Аркхарт и Верт.
Городские настои.
Белые препараты для женского источника.
Потом случаи болезни.
Финн.
Ранд.
Селин.
Северин.
Мое обследование.
Каждый факт сопровождался документом, свидетелем или образцом.
Ивара поставила на стол защитную коробку и открыла ее.
Внутри лежали три флакона.
Темный «Рекорд-четыре».
Белый препарат Селин.
Городской укрепляющий настой.
— Разные названия, — сказала я. — Разная цена. Разные пациенты. Одна производственная основа.
— Это не доказывает вред, — возразил Кассиан.
— Поэтому мы принесли лабораторные результаты.
Тея осталась в аптеке, но ее записи были со мной.
Я показала три диагностические пластины.
На первой магия свободно соединялась с живой тканью.
На второй препарат Р-17 удерживал ее снаружи.
На третьей после удаления серого пепла связь восстанавливалась.
— Опыты проведены в лаборатории с ограниченным допуском, — сказал Кассиан.
— При свидетелях Гильдии, — ответила Ивара. — Методика проверена Эдитой Норн.
— Эдита не специалист по драконьему огню.
— Зато специалист по женскому контуру, который вы объявили необратимо разрушенным, — сказала Леона.
Она передала комиссии мое заключение.
Потом заключение Селин.
— Две женщины, — произнесла она. — Обе принимали препараты коллегии. Обе признаны неспособными выполнить ожидаемую семейную функцию. У обеих обнаружен серый пепел. После прекращения курса связь начала восстанавливаться.
Лорд Верт сидел неподвижно.
Селин встала.
— Я хочу дать показания.
Отец резко повернулся.
— Ты не имеешь права говорить от имени дома.
— Я говорю от собственного имени.
Секретарь внес ее данные.
Селин рассказала о слабости, неудачных превращениях, увеличении дозы и требовании Кассиана подписать ложное заявление против меня.
Она положила на стол копию письма.
— Магистр Реваль написал моему отцу, что уничтоженный отчет Беатрисы не содержал достаточных доказательств. Значит, он знал о содержании отчета и его уничтожении.
Кассиан даже не взглянул на письмо.
— Формулировка вырвана из контекста.
— Какой контекст делает уничтожение медицинского отчета законным? — спросила Леона.
— Речь шла о копии, поврежденной при пожаре.
— Вы написали «уничтоженный», а не «поврежденный».
— Переписка была частной.
— Частная переписка не позволяет готовить ложные показания.
Селин продолжила:
— Вы также писали, что после брака с Северином получите доступ к моему источнику для завершения настройки.
— Обычная лечебная подготовка.
— Нет, — сказала я. — Брачный контур не требует предварительного вмешательства лекаря.
— В союзе двух сильных домов требуется.
— Покажите правило или формулу.
Кассиан улыбнулся.
Не широко.
Почти устало.
— Вы требуете раскрыть защищенные методики перед Советом, который десятилетиями считал ведьм обслуживающим персоналом, а потом удивляетесь, что специалисты не доверяют вам полные сведения.