Страница 58 из 203
— Вижу, ты перфекционистка. В этом вы с Джаспером похожи. — Поймав мой выразительный взгляд, добавляет: — Невозможно неправильно перевернуть чашку, дорогая. Будем читать?
Киваю, подаваясь вперед.
Дотянувшись через чайный сервиз, она берет чашку с блюдца. Ее изрезанный глубокими морщинами лоб хмурится, когда она щурится за толстыми стеклами. На моих глазах женщина медленно поворачивает чашку то в одну, то в другую сторону, непрерывно бормоча.
Я наклоняюсь ближе, опираясь локтями на стол.
— Что Вы видите?
— Хм-м, как я и думала. — Горти указывает внутрь чашки. — Здесь у тебя змея, дорогая. Ясно как день. Знак того, что ты идешь трудным путем. Но новолуние — это хорошее предзнаменование новых начинаний. А еще тут есть крючок.
— Что значит крючок?
Она смотрит на меня поверх чашки, в глазах пляшут озорные искорки.
— Это значит, что кто-то недавно запал тебе в душу. Наверняка новый возлюбленный?
Ненавижу себя за то, что вздрогнула. И еще больше — за то, что сразу же представила резкую линию подбородка Джаспера и его пронзительный серый взгляд.
Гортензия ухмыляется.
— Осторожнее, дорогая. Интерес может быстро перерасти в одержимость. Но я вижу здесь и стену. — Она снова указывает внутрь, слегка наклоняя чашку. — Ты возводишь барьеры, которые не так-то легко преодолеть. Не пускаешь мир внутрь, но какой в этом смысл, если эти стены заодно отгораживают и тебя, м-м?
Фыркнув, тянусь через стол за чашкой.
— Не можете Вы всё это там увидеть.
Горти со смехом протягивает ее мне.
— Убедись сама.
Кручу чашку влево-вправо. Дно и стенки усеяны мокрыми чаинками, но они не складываются ни в какие узоры стен, лун или змей. Ладно, есть какая-то закорючка, отдаленно напоминающая крючок.
— Расскажи, что видишь ты.
Ставлю чашку на стол, осторожно отодвигая от себя.
— Ага, больше я на это не куплюсь.
— На что не купишься?
— Джаспер играл со мной в эту игру на днях с колодой таро.
Ее брови ползут вверх.
— Он позволил тебе сделать для него расклад?
— Это было не столько гадание, сколько неловкое бормотание. Я вытащила карту Смерти и сказала, что его преследуют собственные обязательства. А сегодня на него напали, так что...
Ее губы подрагивают.
— Вряд ли эти две вещи как-то связаны. Просто скажи мне, что ты видишь.
Вздыхая, снова беру чашку.
— Я вообще не понимаю, что делаю.
— Глубокие познания в тассеомантии тебе и не нужны. У меня их предостаточно. Я лишь проверяю твои инстинкты. Читай по чашке, дорогая.
Слегка наклоняю чашку вперед, затем назад.
— Тут есть... — Указываю на небольшую кучку листьев. — Это может быть собака.
Горти кивает.
— Продолжай. — Пиклз пытается запрыгнуть на стол, нацелившись на блюдце с молоком, но она отгоняет его. Кот с шипением убегает.
— Думаю, крючок я всё-таки вижу, — признаюсь. — Вот здесь, ближе к краю, верно? Ни стены, ни змеи не наблюдаю, но вот тут, на дне... — Снова наклоняю чашку, слегка поворачивая. — Немного похоже на... может, гриб? Это имеет значение?
Она сияет, протягивая руку за чашкой.
— Что всё это значит?
— Собака — символ преданности и верности, — объясняет она. — Говорит о том, что когда ты отдаешь свое сердце, то делаешь это полностью и без лукавства.
Волоски на руках встают дыбом. Новолуние — к новым начинаниям. Крючок — интерес, граничащий с одержимостью. Собака — верность. Стена — барьеры, которые никто не может пробить.
— А гриб?
Она улыбается.
— Думаю, гриб, возможно, предназначался мне. Знак того, что нужно не совать свой бородавчатый старый нос в чужие дела сердечные.
Не могу сдержать смеха.
— Это почему?
— Гриб говорит о любви, которая растет медленно. Ее нельзя торопить или принуждать... как бы сильно этого ни хотелось.
— Значит ли это, что Вы отложите свои планы по сводничеству?
Горти мычит себе под нос, отставляя мою чашку ради кусочка чайного кекса.
— Возможно.
Между нами повисает комфортная тишина.
— Можно задать еще один вопрос? — наконец произношу.
— Конечно, дорогая.
— Вы не обязаны отвечать, если это слишком личное, но... почему Джаспер так ненавидит тассеомантию?
Она пожимает плечами, отламывая вилкой лимонный кекс.
— Просто расстраивается, потому что я всегда вижу в его листьях только одно.
Не знаю, почему сердце вдруг начинает биться быстрее.
— И что же Вы видите?
— Лебедя, — отвечает Горти с набитым ртом. — Всегда лебедя. И только лебедя. Вот почему он больше не позволяет мне ему гадать.
— И... что символизирует лебедь?
В ее глазах пляшут искорки, когда она улыбается мне.
— Лебеди выбирают пару на всю жизнь, Берди. В тассеомантии лебедь символизирует великую любовь, родную душу.
Моя улыбка меркнет, бросаю взгляд через плечо на заднюю дверь.
— И, полагаю, Джаспер не хочет родную душу?
Ее улыбка становится грустной.
— Нет. Не хочет. Но листья не могут лгать, Берди. Она у него будет, хочет он того или нет. Где-то там плывет лебедь Джаспера, ищет его. И когда они найдут друг друга, от судьбы не уйти... им обоим.