Страница 85 из 266
— Не имел права, — кивнул ему Манн, отобрав у Смолева мокрое полотенце и осторожно прикладывая его к затылку пострадавшего. — В интересах следствия. Хотя теперь уже куда деваться! Хотел по дороге все объяснить! Говорил же тебе: вместе пойдем! Куда тебя понесло? Ребята здесь по моему приглашению, у нас совместная операция, но об этом позже. Сначала одно дело надо доделать! Вот так и держи! — Виктор развернулся к израильтянам, стоявшим у стены в ожидании. — Вот что, бойцы. Нужна ваша помощь! Кто из вас снайпер и где винтовка?
Еще через полчаса план кампании был уже ясен Смолеву в общих чертах.
Стрелка, которым оказался один из рядовых — Моше Коэн, вооруженного снайперской винтовкой с оптическим прицелом, решили разместить на хозяйской башенке — самой высокой точке виллы, откуда прекрасно просматривались и двор с длинной галереей, и обе террасы, входная калитка и даже часть улицы. Со своего поста снайпер полностью мог контролировать все происходящее внизу.
Двух своих агентов, охранявших Пиани, генерал поставил у входа в густых зарослях олеандра. Их задачей было пропустить всех непрошеных гостей внутрь, а потом по-команде захлопнуть «мышеловку».
Левин и Меламед взяли на себя охрану периметра гостиницы: «гости» могли появиться откуда угодно. «Старайтесь работать тихо! Стрелять только в самом крайнем случае! Не спугните остальных!» — приказал им генерал.
Смолев с Манном займут оборону в тамбуре у восьмого номера. Именно сюда придут визитеры: Буджардини, как выяснилось, назвал им и номер комнаты. Здесь же будет и японец — Алекс решил, что ему будет так спокойнее.
Самого Пиани, приставив к нему Софью, к вящему ее неудовольствию, генерал отправил в подвал, куда вела потайная лестница из восьмого номера. В подвале их подстраховывал старый десантник Христос. Генерал вручил Соне один из своих пистолетов и показал, как с ним обращаться. Та быстро разобралась.
Садовник от оружия отказался, улыбнувшись и отрицательно помотав головой. Он знакомым жестом показал генералу свои обе руки, мощные и жилистые, словно корни какого-то старого дерева. «Справимся и так, парень!»
Час назад немец Штаубе, спокойно выслушав Манна, похлопал генерала по плечу. «Вся ясно, герр Манн. Я никуда не пойду, буду в своем номере. Дверь закрою на ключ, мешать не буду. Я бывший военный врач, и что-то мне подсказывает, что после того, как все закончится, кому-то может понадобиться моя помощь. Я буду рядом!» После чего хладнокровно отправился на ужин, а после ужина, как и обещал, закрылся у себя в номере.
Поставив всем задачи, генерал скомандовал: «По местам!». И потянулось долгое и томительное ожидание.
Легче всего его переносил мастер Ямада. Постелив тростниковую циновку на галерее, рядом с тамбуром восьмого номера, старый японец сел, положил рядом с собой короткий меч — танто в черных лакированных ножнах и ушел в медитацию.
Прошел час. Затем второй. В конце каждого часа генерал проводил заранее оговоренную перекличку постов по рации. Подошел к концу третий час. Только Манн поднес к губам радио, как входная калитка скрипнула, послышались шаги. Просидевший неподвижно все это время японец осторожно шевельнулся.
«Внимание!» — успел шепнуть в рацию глава Интерпола. Смолев взглянул на часы: без трех минут полночь.
Шаги слышались явственно: кто-то поднимался по основной лестнице к ресепшн.
Странно, подумал Алекс, визитер совершенно не скрывается. Он сопит так, что я его здесь слышу! Японец вполоборота повернулся к Смолеву, посмотрел на него и, улыбнувшись, отрицательно покачал головой. Затем снова принял позу для медитации и закрыл глаза.
Неизвестный, по-видимому, не найдя никого на ресепшен, потоптался перед стойкой администратора пару минут и стал спускаться обратно.
— А, чтоб его черти драли! — в сердцах тихо воскликнул генерал. — Это же наш ароматный друг — старший инспектор! Теодорос Антонидис, собственной персоной! Какого дьявола он здесь делает? Ты его приглашал?
— Нет, — Смолев отрицательно качнул головой. — В первом часу ночи? Что ему здесь делать в первом часу? Я думал, что он уже дома спит! Ну что? Может, я к нему выйду?
— Нет, постой! Здесь что-то не так. Подожди, посмотрим. Он теперь у калитки топчется. Похоже, не знает, что ему делать. Зачем он пришел? Не нравятся мне такие неожиданные визиты: очень все подозрительно, а в совпадения я не верю… Слышишь? Он с кем-то говорит по телефону?
Старший инспектор Антонидис и в самом деле, набрав чей-то номер, негромко что-то говорил в трубку по-гречески. Было далеко, и деталей разговора Смолев разобрать не смог.
Антонидис уже закончил разговор, но все еще не уходил. Топтался на пятачке между входом и лестницей, держа в руках мобильный телефон и большой конверт. Прошло еще добрых полчаса.
Внезапно ожила рация генерала. Стрелок-наблюдатель сообщил: «Вижу движение на улице: две машины припарковались в пятидесяти метрах от виллы! Пять человек бегут к входу. Все в масках и вооружены! Еще пятеро скрылись в переулке!»
— А, черт! — воскликнул генерал. — Убирать его оттуда немедленно! Что за балбес!
Но было уже поздно, пятеро вооруженных человек в масках ворвались на виллу через калитку.
Началось, подумал Алекс. Наконец-то! Томительное ожидание закончилось, теперь настало время действовать.
Словно услышав его мысли, старый японец одним бесшумным движением поднялся на ноги и подхватил меч.
Рация снова ожила: «Подъехала еще одна машина, стекла тонированы, фары выключены, никто не выходит!»
Нападавшие скрутили несчастного инспектора моментально. Ему заломили руки за спину, сунули в рот кляп — так, что он мог лишь мычать, и бросили его на колени.
Один из нападавших приставил к затылку полицейского пистолет.
— Послушайте, — произнес мужчина с пистолетом звучным голосом по-английски. — Я знаю, что вы меня слышите. И я знаю, что вы нас ждали. Наше предложение простое: вы отдаете нам бухгалтера, мы возвращаем вам вашего инспектора живым и невредимым. Только такие условия. Никаких торгов, никаких вариантов. У вас на размышление три минуты. Потом я его застрелю. Затем мы убьем всех остальных. Я знаю, что вас мало. Вилла окружена, сопротивление бесполезно!
Манн словно его не слышал. Он снова включил рацию на передачу и произнес: «Следите за периметром! По-возможности, брать живыми сукиных детей! Стрелку — огонь по команде! Всем группам полная боевая готовность!»
Он напряженно повернулся к Алексу и сказал: