Страница 239 из 266
Теодорос Антонидис мучительно покраснел. Совершенно невозможно было рассказать генералу и всем присутствовавшим, что, отправив сержанта и трех экспертов осматривать улицы в радиусе пятисот метров от виллы «Афродита», сам старший инспектор решил пройти чуть выше, чтобы поискать возможные следы преступления, — так он объяснил своим подчиненным. Но, как в последнее время случалось с ним все чаще и чаще, задумался о жизни, о привлекательной вдове, что живет в долине и о собственном постылом одиночестве, — потому и не сразу смог среагировать на вылетевший из-за поворота «Мерседес» — такси белого цвета, которое едва его не сбило.
Желая сделать замечание водителю, он подошел ближе и с удивлением обнаружил, что за рулем сидит не Йоргос, а совершенно незнакомый ему человек, которого никогда раньше на острове он не видел.
Водитель вышел из машины, но не успел Антонидис открыть рот, как удар сзади оглушил его и он упал прямо на руки стоявшего перед ним незнакомца.
Дальше он помнит лишь, что очнулся в багажнике с кляпом во рту из собственного платка, с замотанными скотчем руками и ногами. Очнулся он от удара и хруста рассыпавшейся фары, — видимо, разворачиваясь, «Мерседес» натолкнулся на одну из стен. Виртуозно водить машины по узким улочкам Хоры, не задевая за стены домов, умели только местные греки. Хорошо еще, что ни оружия, ни телефона с ним не оказалось, — отобрали бы мерзавцы!
Но рассказывать было нужно, все за столом смотрели на него с ожиданием.
— Ну же, Теодорос, — подбодрил его Смолев. — Не тяните, мы ждем!
Антонидис собрался с духом и рассказал в деталях, что с ним произошло, опустив лишь момент со вдовой и собственными переживаниями. Да и в самом деле, решил он, какое это отношение имеет к расследованию!
— Ясно, — сказал генерал Интерпола, — что ничего пока не ясно! Ну что же, дорогой профессор, — обратился он к немедленно поднявшемуся из-за стола Адамантиадису. — Вот и настал момент истины! Вам и карты в руки! Вот за соседним столом вам будет удобнее, я думаю: здесь хорошее освещение и мощная настольная лампа.
— Да, благодарю вас! — ответил профессор. — Только прошу, господа, не стойте у меня за спиной, пока я провожу экспертизу: это меня отвлекает! Я сообщу вам результаты немедленно, как только буду в них уверен.
Эксперта посадили за угловой стол, поставили перед ним блюдце с камнем. Он раскрыл свой саквояж и начал доставать из него инструменты, увеличительные стекла, большой герметичный футляр, похожий на цилиндр, какие-то маркеры, баночки с неизвестными составами и другие, незнакомые Смолеву приборы.
Убедившись, что у профессора все в порядке, Алекс и Виктор Манн вернулись за овальный стол, где в печальном одиночестве сиротливо сидел старший инспектор.
— Не грустите, Антонидис, — дружески подмигнув захандрившему полицейскому, произнес Манн. — Все, что ни делается, все к лучшему! Что намереваетесь предпринять? Камень — камнем, а убийство Холландера произошло на Наксосе, и это компетенция местной полиции. Тут у вас лавры детектива никто не отнимет, да и возвращение сокровища Музею без вас не состоялось бы: ведь вы, проявив похвальную предусмотрительность, принесли его Смолеву, — и оно не пропало! Так что планируете делать, Теодорос?
Подобные вопросы от генерала Интерпола всегда заставляли старшего инспектора взбодриться, взять себя в руки и настроиться на деловой тон.
— Считаю, что необходимо дождаться результатов экспертизы по похитителям, — немного подумав, ответил Антонидис, чертя вилкой на скатерти замысловатые узоры. — После того, как сможем идентифицировать их личности, будем проверять их контакты на острове с момента прибытия. Допросим владельца «Мерседеса», выясним, при каких обстоятельствах произошел угон. Продолжим искать орудие убийства, опросим жителей соседних улиц, возможно, кто-то что-то мог заметить. Будем искать свидетелей, работать с населением.
— Это правильно, — поддержал его генерал. — Со своей стороны обещаю полное содействие! Я-то, скорее всего, завтра с утра уже вылечу с камнем в Афины, а оттуда — в Лион…
К овальному столу молча подошел профессор Адамантиадис. Он аккуратно вернул на место блюдце с камнем, туда, где оно стояло, практически по центру стола. Сел на свое место, снял очки и устало помассировал переносицу.
— Профессор? Уже? — возбужденно произнес Манн, выбивая пальцами нетерпеливую дробь по скатерти. — Что скажете? Вам удалось прийти к однозначному выводу?
— Безусловно, — кивнул геммолог и снова водрузил свои старомодные очки с толстыми линзами на переносицу. — Обычно это занимает больше времени, но здесь все очевидно. Есть много различных тестов: оптический тест, проверка на удельную массу, определение твердости по шкале Мооса, термический тест, тесты на коэффициент отражения, ультрафиолет и электропроводность… Но я выбрал один, чтобы ответить на вопрос, имеем ли мы дело с алмазом Хоупа.
Все слушали профессора внимательно, никто не перебивал.
— Видите ли, генерал, — повернулся ученый к Манну, — алмаз Хоупа — это очень известный алмаз. Я как эксперт-геммолог с пятидесятилетним стажем не могу не знать его особенностей. Дело в том, господа, что алмаз Хоупа, в каком-то смысле, единственный в своем роде: после облучения в ультрафиолетовом спектре он какое-то время светится ярко-красным, кровавым светом. Такова особенность этого уникального алмаза. Я подверг ваш камень ультрафиолетовому облучению и поместил в темный контейнер.
— И? — не выдержал Антонидис. — Он светится?
— Увы, господа! — покачал головой геммолог. — Нет. Совершенно точно, что бы это ни было, но это не алмаз Хоупа.
— Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! — расстроенно произнес Манн по-русски, хлопнув ладонью по столу. — А я-то уже, дурень, обрадовался!.. Дело начинает запутываться! Похоже, Саша, я тут у вас задержусь! — и снова перешел на английский: — Это точно, профессор? Ошибка исключена?
— Исключена, — подтвердил эксперт-геммолог.
— Ясно, — произнес Смолев задумчиво. — Хорошо, профессор, тогда что это? Муассанит, о котором говорил Холландер?
— По ряду признаков — не исключено, — кивнув, ответил Адамантиадис. — Но для более точного определения природы данного камня мне необходимо провести ряд тех самых тестов, о которых я вам и сказал.
— Если ваша экспертиза докажет, что это именно муассанит, — сказал Смолев, — я думаю, что есть смысл отправить запрос американцам, пусть тряхнут производителей муассанитов, как их там, старший инспектор?