Страница 196 из 266
— Нет, нет, я обещал… Впрочем, почему нет? Это может быть не просто совпадением… Да, я поеду, запишите меня, — сказал он, — значит, завтра?
— Ну да, — удивленная его непонятливостью, подтвердила Катерина. — Выезд в семь часов утра. В семь уже автобус отходит! Завтракать будете уже в Данакосе, там Петрос обо всем договорился. Пишу вас в список? Не проспите? Вас будить или вы сами?
— Да, да, конечно, сам, — снова невпопад подтвердил полицейский, утирая платком пот со лба и разворачиваясь, чтобы идти дальше. — Спасибо!
— Странный он какой-то в последние два дня, — глядя вслед Антонидису, отправившемуся нетвердой походкой в сторону хозяйской половины, заметила Катерина. — Мне-то что, запишу, пусть едет! Проветрится! Все равно не понимаю: кому нужны копии бриллиантов? И еще я не поняла: так все-таки будить его или нет?
— Буди, буди, — уверенно кивнула управляющая. — С этим вопросом все ясно, пусть едут. Бог с ними, с бриллиантами. Давай, Катюша, разбираться, что у нас с оставшимися двумя номерами, которые все еще свободны, а это — непорядок! Так мы на бассейн до конца сезона не заработаем… От туроператоров нет заявок? Что у нас в почте?
И они обе низко склонились над компьютером, оживленно переговариваясь вполголоса.
Когда старший инспектор Теодорос Антонидис, робко постучав, вошел в дверь гостиной хозяйского дома и замер у стены, робко переминаясь с ноги на ногу, завтрак уже был в полном разгаре.
Смолев пил вторую чашку кофе с молоком; Манн густо намазывал абрикосовым джемом один из трех горячих круассанов, что лежали перед ним на тарелке в ожидании своей участи; эксперт-геммолог Адамантиадис с удовольствием съел рисовую кашу на молоке и, отставив тарелку, что-то рассказывал увлеченно слушавшим его собеседникам.
— Ба! Старший инспектор! Доброе утро, — перебил профессора генерал Манн, заметив скромно жавшегося у стеночки полицейского. — Где вы ходите? Садитесь уже скорее за стол! Ксенофон как раз переходит к самому интересному: истории происхождения нашего камушка. Вам это будет очень интересно!
— Доброе утро, Теодорос, — поздоровался с инспектором и Смолев, внимательно наблюдая за полицейским.
Тот по прежнему выглядел не лучшим образом: был бледен, расстроен, постоянно тер покрасневшие глаза. Видимо, еще одна бессонная ночь далась ему тяжело.
— Проходите, присаживайтесь, я налью вам кофе.
Старший инспектор лишь молча и благодарно кивнул, сел на стул рядом с Алексом, оказавшись напротив Манна и профессора минералогии. Смолев налил полицейскому кофе в большую кружку.
— Кстати, старший инспектор, — проговорил генерал Интерпола, доставая из кармана небольшой пакет с голубым камнем внутри, — возвращаю вам «вещественное доказательство», можете приобщить его со спокойной душой к делу об убийстве несчастного Холландера.
Генерал достал искрящийся голубой камень из пакета, покрутил его короткими сильными пальцами и, хмыкнув, положил на блюдце, а блюдце придвинул ближе к Антонидису.
— Как явствует из подробного заключения нашего уважаемого эксперта, — Манн легким кивком указал в сторону профессора минералогии, и тот с достоинством вернул ему поклон, — этот кристалл, как мы и подозревали, действительно муассанит. Не бойтесь брать его в руки, старший инспектор. Свойства поверхности его граней таковы, что на нем не остается отпечатков пальцев! Никаких жирных пятен, ничего! Что, кстати, тоже отличает его от алмаза…
— Очень интересно! — пробормотал Смолев, внимательно рассматривая грани кристалла.
— Подробное заключение я подготовил в письменном виде, — подтвердил Ксенофон Адамантиадис, поправляя очки на переносице. — Это, безусловно, муассанит. Ошибка исключена.
— Но! — подхватил генерал, — тем не менее, он крайне интересен для нас в первую очередь тем, что это точнейшая копия бриллианта Хоупа. Не случайно похожий камень, а, подчеркиваю, абсолютно идентичная копия! До миллиметра каждой грани, до цветового оттенка! Положи рядом с оригиналом — не отличить! Возникает вопрос: кому понадобилось заказывать копию знаменитого бриллианта из Смитсоновского института, кому и с какой целью?
— А что говорят американцы? — поинтересовался Смолев. — Есть ответ на запрос Интерпола от производителей муассанитов?
Генерал не без сожаления отодвинул от себя тарелку с круассанами, достал из внутреннего кармана вдвое сложенный печатный лист, развернул его на скатерти и разгладил руками.
— Здесь сказано, что еще полтора года назад одна солидная бельгийская фирма, имеющая представительства в крупнейших «столицах» мировой алмазной индустрии и специализирующаяся на организации и проведении рекламных кампаний для алмазной отрасли, заказала большую партию копий знаменитых во всем мире алмазов и бриллиантов. Для чего? По официальной версии — для «популяризации в массах ювелирного искусства и сбережения мирового культурного наследия». Вот так, ни больше, ни меньше! Среди заказанных копий: алмазы Шах, Регент, Великий Могол, Кохинур и Дерианур, бриллианты Орлов, Санси, Хоуп и другие. Это был очень крупный заказ, ведь даже муассанит стоит около пятисот евро за карат! Так что найденный в желудке Холландера камень потянет на двадцать с лишним тысяч евро, если не больше.
— И что они собирались с ними делать? — поинтересовался Смолев. — С копиями?
— Организовать музейные экспозиции в Антверпене, Тель-Авиве, Лондоне, Нью-Йорке и Амстердаме, — ответил Манн, пожимая плечами. Передав Смолеву документ на изучение, он снова придвинал к себе тарелку с круассанами.
— Думаешь, это они заварили кашу?
— Черт их знает! На жуликов они не похожи, фирме больше ста пятидесяти лет, серьезные люди. Уже не первый раз делают что-то подобное. До этого они устраивали выставки копий африканских алмазов, в этот раз — индийских… Я успел вчера пообщаться по скайпу с их Исполнительным директором и Руководителем службы безопасности. От первого толку было никакого: он только возмущенно шевелил усами и фыркал, как разгоряченный жеребец на водопое. Мол, высокая репутация компании не позволяет ему даже подумать! И так далее… Кстати, подумать никогда не вредно, я пытался ему это втолковать, но боюсь, что он меня не услышал. А вот второй… Второй сказал очень интересную вещь! Оказывается, они не просто заказали копии, а заказали каждую копию в нескольких экземплярах!
— Естественно, — немедленно отреагировал Смолев, — как минимум, в пяти! По количеству запланированных экспозиций!