Страница 95 из 108
— Мы тебя и похоронили! – Су Ен вскочила с кровати, перепрыгнув Мун Хи. В считаные мгновения она очутилась в дальнем углу комнаты, откуда смотреть на Мун Хи было, как казалось, безопаснее всего.
Запах лаванды отныне вызывал у Су Ен только отвращение и приступы тошноты. Хотелось расцарапать собственное горло, чтобы больше не чувствовать привкуса сладких духов.
— Мы похоронили тебя! А ты?! Ты все это время водилась с лисами! С теми, кто истязал твою дочь! – Голос сорвался на крик, граничащий с животным рычанием. Су Ен так давно не испытывала столь оглушительной боли в висках, что была готова на все, лишь бы она прекратилась.
И единственный выход, который видела Кан Су Ен, – обратиться.
Волчица откликнулась в ту же секунду, когда дверь в подсознании приоткрылась.
Запах лаванды ударил по носу зверя с особой жестокостью. Почти так же больно, как если бы кто-то хлестнул его кнутом.
— Ты не понимаешь, – тяжело выдохнула женщина.
Для волчицы она была просто какой-то Женщиной. Ее не волновало родство и общая кровь. Точно не тогда, когда Женщина была готова пожертвовать собственным ребенком ради.. ради чего? Зверь оскалился, прочерчивая когтями глубокие борозды в полу. Он был настолько взбешен, как если бы внезапно увидел всех тех, кто заставил голову разрываться от сотен имен. Женщина будто олицетворяла их всех.
— Ты могла бы помочь всем нам, всем оборотням найти свое счастье. – Умоляющий тон почти разжалобил зверя.
«Но ты от своего отказалась», – зашипело подсознание Су Ен.
Волчица выписывала дуги перед Женщиной, то и дело припадая к земле, когда та двигалась. Женщина представляла собой живую угрозу, алым пятном вытанцовывающей перед зверем.
— Ты не осознаешь своей власти.
«А ты не знаешь, сколько боли эта треклятая власть приносит!» – Су Ен плевать хотела, что Мун Хи не слышала того, о чем она думала. Дать волю волчице было правильным решением. Здесь она не чувствовала головной боли и тошноты, которую порождала сила.
— Просто вернись и выслушай меня! – Улыбка Женщины сменилась гневом. И эта ошибка могла стоить ей жизни.
Волчица, не раздумывая, бросилась вперед, сбивая напольное зеркало, а после – невысокую фигуру Кан Мун Хи. Сейчас ей бы не составило труда перегрызть тонкую шею Женщины, которая наконец-то смотрела на зверя Су Ен с неподдельным ужасом.
Юн Хо мог бы гордиться своей парой.
Волчица лишь повела ушами, когда за ее спиной разбилось зеркало. Она была настолько обозлена, что не видела ничего, кроме перепуганного лица Женщины перед собой. Ничего не чувствовала, кроме сладкого запаха духов и лаванды. Ничего не хотела, кроме того, чтобы отомстить за прошлое и за отца, который постарел от переживаний.
Слюна из разинутой пасти зверя закапала на шею затаившей дыхание Женщины. Она зажмурилась, вызывая у волчицы больше азарта и торжества.
Радостный гул воем вырвался из глотки волчицы.
Зверь опустил морду еще ниже, вдыхая запах страха, когда за его спиной с грохотом отворилась дверь.
— Ты должна была послушаться меня! – Незнакомый голос стал раздражающей мухой для слуха волчицы. Она недовольно повела ушами, но внимание ее оставалось приковано к Женщине.
Раздался щелчок.
Звук выстрела испугал волчицу сильнее, чем хлопок двери о стену. Нечто осой впилось в заднюю ногу, заставляя волчицу отскочить в сторону и развернуться. Яркое оперение дротика взбесило.
Зверь заревел, выдергивая зубами очередную дозу транквилизатора. Это было худшей идеей похитителей, однако мысли.. они уже путались в голове Су Ен.
Картинка перед глазами подернулась, как на старом сломанном телевизоре. Все нещадно рябило.
— Я думала, она поймет. – Женщина поднялась с пола, трясущимися руками вытирая шею. По взгляду волчица поняла, что Женщина шокирована и оскорблена. Но запах ее ужаса еще долго будет витать в этой маленькой комнате, напоминая и зверю, и Су Ен о том, что они были на волоске от победы.
— Если бы я не пришла, она бы разорвала тебя. – Вторая женщина была раздражена, будто Кан Мун Хи едва не помешала ее планам.
Волчица наконец перевела взгляд на незнакомку, которая держала в руках ружье. От нее приятно пахло миндалем и, неприятно, – лисицей. Кумихо. Зверь ощетинился, хоть уже шатался и не мог твердо стоять на лапах. Снотворное подействует с минуты на минуту. Это знала Су Ен, но не ее волчица, которая была готова до последнего вздоха бороться за свободу.
— Я ее мать, такого не случилось бы. – Они двинулись к двери, ни на мгновение не поворачиваясь к Су Ен спиной, и внимательно смотрели за тем, как тело переставало ее слушаться.
— Тебя не было в ее жизни слишком долго. Так что ты для ее волчицы такая же незнакомка, как и я, – резонно отозвалась лиса, опуская ствол ружья, явно больше не собираясь стрелять.
Она выглядела злой, будто ее планы чуть не рухнули, словно карточный домик. Обычно так выглядели дети, у которых не получалось собрать конструктор.
«Я не так страшна для вас, как Юн Хо», – мысленно ухмыльнулась Су Ен, из последних сил сражаясь с сонливостью.
Она хотела услышать каждое слово, произнесенное женщинами. Это могло хоть немного приоткрыть завесу недосказанности, которая повисла в воздухе. Су Ен ни черта не понимала кроме того, что лисы и ее мама снова хотели использовать дар той, кто слышит в своих целях. И что-то подсказывало Су Ен, что Мун Хи сама не знала истинных причин кумихо. Ей вешали лапшу на уши.
— Уже вечером к нам приедут первые гости, – сообщила лиса, пахнущая миндалем и уверенностью. Ее тон не понравился волчице, отчего она клацнула зубами. Силы окончательно покидали ее. Зверь осел на пол, но все еще упорно держался на передних лапах. – И нам нужно сделать все, чтобы твоя дочь не убила их.
— Я попробую поговорить с ней еще раз, – покорно отозвалась Мун Хи.
Су Ен увидела, с какой ласковой надеждой на нее посмотрела Мун Хи перед тем, как за ними закрылась дверь. Су Ен погрузилась в сон без сновидений. Он был липким и настолько омерзительным, что даже в его темноте Кан Су Ен чувствовала пульсацию боли в висках и тошнотворный комок в горле.
Су Ен проснулась, когда правую руку свело судорогой. Такое случалось частенько, когда Су Ен ночью клала руку под голову. Потом она долго пыталась разогнать кровь.
Но на этот раз все было не как обычно.