Страница 28 из 81
Что касается жемчужин госпожи Манаи и Хитрых Глазок, они сейчас были на сохранении у матушки Уйми. После того, как её сын выберет себе невесту, матушка планировала вернуть жемчужину победительнице, а вторую выбросить в колодец, что ведет в страну Девяти Источников.
Во-вторых, даже с заветной жемчужиной, госпожа Манаи не имела возможности покинуть дворец, потому, что только в нём действовало заклятие богини реки, позволяя телам девушек дышать под водой, как на суше. Стоило беглянкам покинуть дворец, как они тут же лишились бы своих жемчужин, захлебнувшись.
Но получив столь ценную союзницу, знающую дворец, как пять своих плавников, госпожа Манаи не сдавалась, выведывая все подряд: сколько слуг, в какое время подают обед, кто охраняет ворота и все в таком духе. И в конце концов у неё созрел отчаянный и рискованный план.
Ударил гонг, возвещающий о том, что дракон Рюдзи прибыл во дворец. Слуги вывели девушек в большую залу, где проводились обряды и церемонии. Госпожа Манаи стала по правую руку от матушки Уйми, Хитрые Глазки по левую. Речная богиня держала в руке весы, на чашах которых лежали Жемчужины Жизни. Чаши слегка колебались, но ни одна из жемчужин пока не имела решающего перевеса. Рюдзи, приняв свой истинный драконий облик, кружил вокруг девушек. От его взгляда не могло укрыться ничего, он словно видел их тела сквозь одежду. К счастью для обеих утопленниц, дракон не мог прочесть мысли и их истинные намерения, иначе бы испытание закончилось, не начавшись. Сначала Рюдзи остановился возле госпожи Манаи. Она уже несколько лет, как вступила в пору цветения, и была прекрасна, совмещая в себе красоту обеих своих матерей и огненный нрав тенгуя. Дракон стоял, глядя на неё, не в силах оторвать глаз, словно от прекрасной нефритовой статуэтки. Весы в руках матушки Уйми закачались, жемчужина Ни стала явно легче. Ведь, согласно правилам испытания, более тяжелая жемчужина должна будет сорваться вниз и сгинуть в бездне. Дракон желал остановиться на госпоже Манаи, но справедливости ради решил посмотреть и вторую девушку.
Лиса в человеческом облике не была столь красива и утонченна, как Ни. Это может звучать странно, для непосвященного, ведь, как известно, лисы весьма искусны при создании человеческого облика. Но Некомон, чей труд я уже здесь не раз упоминал, утверждает, что умение создавать чужой облик сродни написанию картины или вырезанию фигурки. Чем тоньше чувство прекрасного у мастера, тем прекраснее и утонченнее будет его работа. Так же и с лисьей магией, Хитрые Глазки была слишком ленива и глуха к истинной красоте. Потому она принимала облик молодой, приятной на вид деревенской простушки. Более тонкого облика она была не в состоянии создать, в силу указанных мной обстоятельств. В сравнении с госпожой Манаи, у лисы не было ни единого шанса. Но, как вы уже знаете, Хитрые Глазки сумела выведать у Сейры секрет, как привлечь к себе дракона. Она намазала тело особым составом из смеси водорослей, чернил осьминога и полупереваренной рыбьей плоти, которую она отрыгнула назад. Нам, людям, запах это показался бы ужасным. Даже мне, хоть я и люблю вино из гаоры, известное своим запахом, валящим непривычного человека с ног.
Но для дракона этот резкий запах подобен сильнейшему афродизиаку. Рюдзи широко раздул ноздри, словно пытаясь затянуть лису в себя, и понял, что не может от неё оторваться. Он готов вечно вдыхать её аромат, сплетаться с ней телом, называть тысячью ласковых слов, покрывать её тело тысячью поцелуев. Весы в руках матушки резко качнулись, жемчужина Хитрых Глазок резко взлетела вверх, жемчужина госпожи Манаи сорвалась вниз. Однако девушка была готова к этому. Резко бросилась она и подхватила свою жемчужину, не дав ей упасть. Затем побежала прочь что есть сил, пока богиня с сыном и челядь пребывали в растерянности. За пазухой у госпожи Манаи пряталась несчастная рыба Сейра, которая подсказывала ей дорогу. Ни требовала от неё, чтобы та указывала ей путь к Западным вратам. На что рыба с ужасом отвечала, что там их точно ждёт верная смерть, поскольку ворота сторожит самый страшный из стражей, огромный сом по имени господин Бездонная Глотка. Неужели госпожа забыла её вчерашний рассказ об устройстве дворца? Этот ужасный сом, в случае если дракон Рюдзи выступал с военным походом, возглавлял его рыбное войско. В свободное время господин Бездонная Глотка развлекался тем, что намеренно попадался в сети или на удочку рыбаков, утягивая на дно рыбацкие лодки, а то и целые корабли, которые он проглатывал. До сих пор, когда я путешествую вдоль берега Уйми, мне доводится слышать страшные легенды о встрече с этим монстром, несмотря на то, что его давно нет в живых.
Однако госпожа Манаи не испугалась, а наоборот стала настаивать на том, чтобы Сейра вела их именно туда. И бедная женщина, превращенная в рыбу, подчинилась воле волшебницы. Тем более, что самым заветным желанием Сейры, было обрести вечный покой. Рассудив своими рыбьими мозгами, что юная девушка зачем-то желает того же, Бесконечная рыба помогла ей добраться до Западных ворот.
Сом, вооруженный могучей алебардой-гуандой, заслышав шум во дворце, давно был готов сорваться со своего поста. Но его удерживал страх нарушить приказ речного дракона, единственного существа в мире, которого он боялся и уважал. Потому он стоял на посту, искренне надеясь, что беглецы попробуют сбежать именно через его ворота. Прочие ворота охраняли щука, окунь и свинорылая черепаха. Господин Бездонная Глотка очень переживал, что все заслуги по поимке достанутся им.
И какова его радость, когда он увидел перед собой юную беглянку. Такую маленькую и аппетитную. Ни не успела ничего сделать, как сом открыл свою жуткую пасть и в мгновение проглотил госпожу Манаи. Когда к воротам выбежала встревоженная матушка Уйми, он доложил, что беглянка поймана, довольно похлопав себя по животу. Матушка опечалилась, не такой страшной участи, она желала юной девушке, что так ей приглянулась. Но Ни Тенгуй сама выбрала свою судьбу. Дай она упасть жемчужине, смерть её была бы легкой и безболезненной. Впрочем, на что она могла рассчитывать, даже если бы ей удалось обмануть стража, она бы неизбежно захлебнулась бы под водой. Повздыхав и пустив слезу, матушка вернулась во дворец, где радостный Рюдзи уже готовился к свадьбе с юной невестой.