Страница 63 из 178
— Доброе утро, Бьенэма, — важно изрекла мадам Салвин и вплыла в офис, не дожидаясь словесного приглашения. — Если ты не очень занята, я бы хотела с тобой побеседовать.
— Доброе утро, мадам, — Бьен закрыла дверь и вернулась за стол. — У меня как раз выдалась свободная минутка. Прошу, присаживайтесь.
Насчёт свободной минутки девушка чуточку лукавила, подпустив малюсенькую не-
Правду
; но сейчас отказать мадам Салвин в беседе значило нарваться на домыслы опытной сплетницы, — которая уже заприметила, что веритарчесса сидит в одиночестве (а значит, наверняка бездельничает!).
— Какая-то ты сегодня бледненькая и грустная, моя дорогая, и глазки покраснели. У вас что-то случилось? Ты одна в кабинетике, как я погляжу, — с фальшивой заботой просюсюкала старуха, усаживаясь в кресло.
Она была облачена в длинное серо-зелёное пальто и старомодную шляпу, в руках сжимала облезлый ридикюль, — что внушило Бьен надежду на непродолжительность разговора.
— Не беспокойтесь, мадам, ничего не случилось. Я всего лишь засиделась вчера допоздна с… иголками, — на миг запнувшись, нашлась веритарчесса. Один разок сплутовала, и довольно, нечего попусту дразнить
Правду
; иголки ведь и
Вправду
были — у Клэффи. — Рэм сейчас занят в жандармерии вместе с Орестом, но, надеюсь, скоро вернётся. Так о чём вы хотели со мной поговорить?
Мадам Салвин недовольно закряхтела, что ей не позволили вызнать лишние утренние подробности жизни соседей, но сдалась и спросила:
— Этот вчерашний ситуайен, наш новый сосед… как там его… давно ль вы с ним знакомы?
— Не очень, — Бьен, слегка удивившись, подобрала самую размытую формулировку из всех возможных и
Правдивых
ответов. — Уверяю вас, он официальный представитель Сантуара, опасаться нечего.
— Тебе, разумеется, виднее, но я бы на твоём месте не была так уверена. Я как следует обдумала вчерашний разговор и поняла, что очень уж этот ситуайен подозрительный, — мадам Салвин выпятила нижнюю губу. — У него на лице написано, что он — первейший волокита! И колдун, все они в Сантуаре колдуны! Язык шёлковый, так и стелет, так и стелет — моргнуть не успеешь, одурачит и окрутит! Бьенэма, признаюсь, что я зашла пораньше, надеясь застать тебя одну. Моя цель — предупредить тебя. Будь осмотрительна, опасайся этого субчика! Не оставайся с ним наедине! Ты хоть и Правидица, и веритарчесса, а в первую очередь — молодая девушка. И братья твои ещё слишком молоды, жизненного опыта не накопили, чтоб в людях разбираться, когда спохватятся уберегать твою честь, поздно будет! Конечно, ты и сама можешь поймать колдуна на слове, но их всех в Сантуре учат искусно врать! Ты вчера тоже слышала, что он тут про Мэг рассказывал! — старуха сделала паузу, шумно переводя дух. Лицо у неё раскраснелось. — И ведь не стыдно ему было вслух произносить такие вещи!
Кто бы мог подумать, что Густав Круадевер, элегантный и обходительный, вызовет у падкой на лесть мадам Салвин почти такое же недоверие, как и у самой Бьен, и более того — получит ярлык враля и волокиты?!
Ах, знала бы старушка, что «этот субчик»
Правдиво
объявил Бьен своей невестой и уже несколько раз оставался с ней наедине, а ещё при первой встрече они оказались в одной постели…
Нет уж, лучше пусть мадам Салвин как можно дольше пребывает в неведении относительно положения веритарчерских дел (и веритарчерской личной жизни).
— Благодарю вас за предупреждение, — поспешно проговорила Бьен, не зная, плакать или смеяться.
— Нет, Бьенэма, — вдруг заупрямилась старуха. — Это не просто предупреждение! Пообещай мне,
Правдиво
пообещай, что будешь держаться от этого колдуна подальше!
Бьен в один миг расхотелось забавляться.
— Мадам, не поймите меня неправильно, но я не могу дать такое обещание, — она старалась говорить спокойно и внушительно. — С
Правдой
нельзя шутить, осознанных клятвопреступлений она не прощает, никогда и никому. Ситуайен Круадевер, как вы и сами сейчас сказали, — наш сосед. Я при всём желании не смогу не пересекаться с ним. И даже если я пообещала бы держаться от него подальше и безвылазно засела в четырёх стенах, всего в нескольких шагах от него… Скажу так: проще сразу броситься с крыши, чтобы уж доподлинно лишить любого колдуна возможности посягнуть на мою честь.
Мадам Салвин поджала губы, избегая смотреть на Бьен. Девушка начала подозревать, что эта просьба об обещании, больше смахивающая на требование, прозвучала неспроста.
— Мадам, я ценю ваше стремление уберечь меня…
Бьен не договорила — старуха мгновенно оказалась на ногах и перебила:
— Ну, моё дело маленькое — упредить молодёжь! А дальше своим умом действуй, он у тебя светлый,
Правду
издалека чует. Доброго тебе денёчка, Бьенэма!
— И вам… — растерянно сказала Бьен уже захлопнувшейся двери.
Мадам Салвин умчалась с завидной прытью… но чего она испугалась?
Того, что пришлось бы
Правдиво
отвечать на вопросы.
Бьен метнулась к окну и увидела, как соседка выскочила на улицу и быстрым шагом, едва не срываясь на бег, бросилась за угол.
Странное поведение мадам Салвин не могло не вызывать вопросов.
Подумав, Бьен достала из ящика стола коробочку с крупной солью и бросила несколько кристаллов на пол возле кресла; вопреки ожиданиям, они сохранили чистоту — если бы присутствовал след недавнего колдовства, они бы почернели. Впрочем, веритарчесса не обольщалась — колдун, оказавший влияние на мадам Салвин, мог действовать настолько искусно, чтобы не наследить… Настолько же искусно, как аксиомант с
Правдивой
лицензией. А один такой проживал в их доме в настоящее время.
Бьен длинно выдохнула и прикрыла глаза.
Мысль о получении
Правдивого
обещания, подброшенная кем-то мадам Салвин, была рассчитана либо на рассеянность Бьен, либо на её предвзятость по отношению к соседке — мол, девушка поддакнула бы, лишь бы старуха отвязалась, а там от
Правды
уже было бы не отвертеться.
Но зачем Густаву Круадеверу морочить голову старой сплетнице? Конечно, если это сделал именно он. Да и вообще — зачем кому-либо желать, чтобы веритарчесса Ландышевого Переулка никак не общалась с аксиомантом из Сантуара?
По всей видимости, затем, чтобы они не обменивались сведениями.
Следующая догадка поразила Бьен будто молнией.