Страница 61 из 178
. Бьен подумала о том, во что это выльется лично ей. — Напротив, я должна вас поблагодарить. А вы… — мадам Катрина посмотрела на Медею.
— Мэд. Мэд Эскро́, очень приятно, мадам! — та очаровательно улыбнулась.
Что самое удивительное, сказанное ею было
Правдой
.
— Мэд у нас переночует, — вмешалась Бьен, рассудив, что уже нечего терять и необходимо поставить матушку перед фактом. А там будь что будет.
— Хорошо, — чуть-чуть замешкавшись, согласилась мадам Катрина. — Пожалуйста, проходите, ситуайена Эскро.
О том, что Медея тоже как бы замужняя женщина, все знающие деликатно умолчали.
— Ситуайен Круадевер, я вам очень благодарна…
— Не стоит, мадам Грандин, — он коснулся шляпы. — Однако уже и
Вправду
очень поздно. Моё дело сделано. Позвольте откланяться.
И он, действительно поклонившись ещё раз, удалился.
Мадам Катрина заперла за ним дверь изнутри и повернулась к полуночницам.
— Я так понимаю, это весь ваш багаж, ситуайена Эскро? Ничего страшного, мы сейчас вам что-нибудь подберём. Удачно, что вы с Бьен почти одного роста.
— Мам, что тут… — сонный взъерошенный Рэм выглянул в коридор и запнулся на полуслове, завидев гостью. — А вы…
— Ах, простите, что нарушили ваш сон, благородный заступник, — прощебетала Медея, не давая ему ляпнуть лишнего. — Ваша сестра протянула мне руку помощи.
— Рэм, отправляйся спать, утром поговорим, — велела мадам Катрина, и Рэм послушно отступил обратно в свою комнату. Однако дверь не захлопнул, а только притворил, оставив щёлочку. — Ситуайена Эскро…
— Прошу вас, зовите меня по имени.
— Мэд, вы голодны?
— Нет, мадам. Я с превеликим удовольствием сейчас бы умылась и легла спать. Мне, право, неловко стеснять вас…
— Никакого стеснения! Бьен, подготовь для Мэд всё необходимое, а я пока проверю воду в ванной, не остыла ли.
Матушка казалась благорасположенной, но Бьен чувствовала, что расслабляться рано — буря материнского недовольства ещё не миновала. А то, что буря разразилась, было яснее ясного.
И как только можно было подумать, что матушка одобрит одинокую прогулку по ночному Иннакарту и незваную вульгарную гостью?..
Комната Бьен, как и все остальные спальни в их квартире, была маленькой и тесноватой из-за мебели, — в частности, из-за небольшого диванчика, когда-то переехавшего сюда из гостиной. Когда-то было определено оставить его как дополнительное спальное место, если в таковом возникнет нужда. Сегодня его решила занять Бьен, уступив мадам Альфир свою кровать (и стойко отринув все возражения по этому поводу).
— Великая
Правда
, ты что, храмовая послушница? — Медея приложила к себе ночную рубашку и посмотрела в зеркало. — Или хочешь меня в неё превратить?
— А что не так? — слегка обиделась Бьен. — Если вам не нравится белая, могу предложить вот эту, розовую. Уж поверьте, они обе почти новые, чистые, отутюженные…
— Верю, дорогуша. Прости мне мою докучливость, просто я очень удивлена твоим выбором. Да, прекрасная ткань, но длинные рукава, подол в пол, да ещё и шея закрыта! И даже никаких вставочек? Девушка должна любить красивое бельё.
— У меня красивое бельё, — проворчала Бьен, подтащила к шкафу скамеечку для ног и встала на неё, чтобы дотянуться до верхней полки, где хранились полотенца. — Мне нравится. Мои ночные рубашки очень удобны.
— Сколько тебе лет? — внезапно спросила мадам Альфир.
— Двадцать три года.
— И ты выбираешь бельё по степени удобства?! У тебя хорошая фигура, всё на месте, и не подчеркнуть свои достоинства — самое настоящее преступление! Тем более, уже есть, кому их демонстрировать! — Медея по-дурацки хихикнула, но тему развивать не стала (и хвала
Правде
). — Удобная рубашка, не спорю, но чересчур скромная и простая — ни кружавчиков, ни рюшечек… Только перчаток и чепца не хватает для образа старой девы. У тебя столь строгая матушка? — Озорница Мэдди перешла на шёпот.
— Строгая. Но не в этом смысле. Хотя и в этом, конечно же, тоже… — Бьен смешалась и замолчала.
Как объяснить раскованной женщине, что дело не в излишней строгости, а в воспитании и осознании определённого статуса?..
Однако объяснения не потребовались: при всей своей показной легкомысленности пустоголовой куклой мадам Альфир не была.
— Понимаю, — вдумчиво протянула она. — Благодарю, белая прекрасно подойдёт.