Страница 40 из 44
Глава 21
«Это лучший заварной пирог, который я когда-либо пробовал», — сказал Алек, закрыв глаза от блаженства.
Я улыбнулась. Мне никогда не надоедало, когда люди хвалили мои пироги. «Спасибо. Я добавила в него побольше мускатного ореха. Моя бабушка научила меня этому маленькому секрету. Это подчеркивает вкус заварного крема».
«Что ж, твоя бабушка знала, что делала», — сказал он, откусывая еще один кусочек. Его черные волосы блестели в свете кухни. «Ты скучаешь по Алабаме?»
«Да. Меня удивляет, как даже спустя столько лет мое сердце все еще сжимается от боли, когда я об этом думаю. Я стараюсь бывать там хотя бы раз в год. Теперь, когда оба ребёнка учатся в колледже, я постараюсь ездить туда чаще. Мне очень не хватает моей мамы», — сказала я.
«Могу себе представить», — ответил он. «Всегда приятно вернуться домой, даже если домой меньше ста миль. Моя мама никогда не умела готовить, но заказывала пиццу лучше, чем кто-либо из моих знакомых».
Я хихикнула. «Ты же не серьёзно».
«О, а ведь серьёзно. Она время от времени пыталась, но это всегда заканчивалось полной катастрофой. Мне пришлось научиться готовить макароны с сыром, когда мне было шесть лет, просто чтобы выжить».
Я снова рассмеялась. «Ну, по крайней мере, она пыталась. Здорово, что ты можешь навещать её, когда захочешь. Мэн не так уж отличается от Алабамы. То есть, конечно, он отличается. Но жители маленьких городков очень похожи. Просто очень дружелюбные, понимаешь?»
Он кивнул. «Я слышал, что люди на Юге дружелюбные, и это, безусловно, относится и к Сэнди-Харбору». Он взглянул на мои кухонные часы. «Не хочу портить настроение, но завтра у меня ранний подъем».
«О», — сказала я, разочарованно. Было уже после одиннадцати, и я давно должна была лечь спать, но мне нравилось проводить время с ним. «Над чем ты будешь работать завтра?»
«О, не знаю. Уверен, найду кого-нибудь нового для разговора. Или для допроса. Или, может, снова поговорю с Эллен Аллен. Уверен, она будет в восторге, и мне кажется, что там должно быть что-то ещё», — сказал он, откладывая вилку.
«А как насчёт мужа Дианы? Кажется, он должен был бы испытывать больше чувств к своей покойной жене. И я знаю, мы уже об этом говорили, но кто разводится из-за того, что хочет стать профессиональной танцовщицей в столь позднем возрасте? «Здесь что-то не сходится», — сказала я, поднимая обе наши тарелки и направляясь к раковине.
«Это правда, её муж отнёсся к её смерти довольно равнодушно», — сказал он. «Но, как я уже говорил, с некоторыми людьми никогда не знаешь наверняка. Невозможно сказать, что скрывается под поверхностью».
«Можно было бы подумать, что он хотя бы притворится ради своих сыновей», — сказала я. «Думаю, нам стоит допросить его ещё раз».
Алек хмыкнул. «Наверное, я смогу притащить его и посадить под лампочки по двести ватт. „Где ты был в ночь смерти твоей жены?“»
«Вот это я понимаю», — сказал я, когда мы шли к двери. «Может, ты ему коленки разобьёшь?»
«Я сразу этим займусь», — сказал он. Мы остановились перед закрытой дверью и минуту смотрели друг на друга. «Мне пора».
«Хорошо», — ответила я. Он поцеловал меня, и я открыла дверь.
«Ладно, вы двое, не шевелитесь!»
Мы оба обернулись в сторону голоса. Мэри Пейн стояла на моем крыльце, направив на нас пистолет.
Я почувствовала, как Алек напрягся. «Послушайте, миссис Пейн, давайте не будем действовать поспешно. Почему бы вам не отдать мне этот пистолет, чтобы никто не пострадал?»
«Я никуда не спешу!» — сказала Мэри и слегка покачнулась. «Я не позволю вам двоим испортить репутацию моего сына и его будущее! У него есть потенциал. Однажды он станет губернатором штата Мэн!»
Я не понимал, почему она всё время говорила о его будущем в политике. Боб был консультантом по кредитам в банке. Он стал мэром только потому, что его соперник, Джон Савинс, умер во время предвыборной кампании. Никто больше не выдвинул свою кандидатуру, чтобы соперничать с ним, и так он стал мэром.
«Мэри, отдайте мне пистолет, пока никто не пострадал», — успокаивал Алек.
Если в ресторане Мэри была пьяна, то сейчас она была совершенно пьяна в стельку. Она шаталась на ногах, и рука, в которой она держала пистолет, дрожала. Я боялась, что он выстрелит, даже если она этого и не хотела.
«О, кому-то придётся пострадать», — пробормотала она невнятно. «Я знаю двоих, кому придётся пострадать. А теперь отойдите. Нам не нужна публика».
Я взглянула на Алека. Он оставался невозмутимым, сжав челюсти. «Мэри, я хочу, чтобы ты отдала мне этот пистолет», — повторил он. «Тебе не нужно этого делать. Я знаю, что ты не хочешь никому причинить вреда».
Она рассмеялась и издала хриплый звук. «Ты сумасшедший. Я не позволю тебе разрушить карьеру моего мальчика. Та сумасшедшая женщина шантажировала его. Её нужно было остановить, и я рада, что кто-то это сделал. Роберт ни в чём не виноват!»
«Это он её убил?» — спросила я. Я решила, что стоит попробовать. Мэри была настолько пьяна, что могла бы сдать своего мальчика.
Она повернулась ко мне, прищурив глаза. Свет с крыльца отразился от струйки слюны, стекавшей по её подбородку. «Нет!» — рявкнула она. «Мой мальчик — хороший мальчик! Он всегда был хорошим мальчиком! Он бы никого не убил. Во всем виновата та женщина. Если бы она не пыталась его шантажировать и не заставляла вступать в интимную связь, мы бы не оказались в такой ситуации».
Я кивнула ей. «Хорошо. Это действительно хорошо. И раз он невиновен, вам не о чем беспокоиться».
«Верно, миссис Пейн. Я с самого начала знал, что Боб невиновен. Мне просто нужно было получить от него информацию, чтобы поймать настоящего убийцу. Он очень помог мне, и я уверен, что благодаря помощи Боба мы поймаем настоящего убийцу уже в ближайшие дни», — спокойно сказал Алек. Он был ловким оратором, и я надеялась, что это подействует на неё. В противном случае мы рисковали оказаться пробитыми, как швейцарский сыр.
«Боб говорил не так. Он сказал, что вы практически обвинили его в убийстве той сумасшедшей женщины», — сказала Мэри, снова закачавшись.
«Он просто неправильно меня понял», — сказал Алек, пожимая плечами. «Я обязательно всё ему объясню первым делом утром. Извинюсь за любое недоразумение. Мне бы не хотелось, чтобы он думал, будто я его подозреваю».
Я заметила, как палец Мэри на спусковом крючке слегка сжался, и с трудом сглотнула. Нам нужна была помощь, и нужна была прямо сейчас, но было уже поздно, на улице было холодно, и никого не было видно.