Страница 45 из 77
Каан стоял не шевелясь, как каменная глыба, вросшая в землю. В свойственной ему бесстрастной манере он выжидал. Кили не видела его лица, но была уверена, что он встречает противника без тени страха или сомнения. Навстречу медленным шагом вышел командир противоположной стороны. Рот его исказился в зловещей улыбке. Он явно нашел именно то, что искал здесь. Того, кого искал. Не секунды не размышляя, он двинулся вперед. С каждым шагом движение его ускорялось, пока не перешло в бег. За ним в наступление перешла вся сотня, издававшая теперь ужасающий гул атаки.
Каан встряхнул рукоятью своего оружия, и на его конце загорелось лезвие топора, который, как Кили уже знала, рубил не хуже настоящего. Она готова была вскрикнуть и броситься бежать, но поражающее спокойствие Каана и его солдат заставляло ее оставаться на месте. Они продолжали стоять ровной стеной, как будто зная наверняка, что даже вдесятером смогут одолеть целую сотню так же легко, как накануне разобрались с контрабандистами.
Послышались выстрелы, они с грохотом врезались в защитные щиты, которые, впрочем, были совершенно бесполезны в ближнем бою. Серебряная сотня приближалась. Каан обхватил топор обеими руками в ожидании, когда противник достигнет достаточно близкого расстояния. Кили слышала много историй о силе Каана, о том, скольких врагов он мог повергнуть в одиночку. Говорили, что к нему не мог подобраться ни один воин настолько близко, чтобы нанести точный удар, что Каан всегда был на шаг впереди, как будто знал наперед все действия противника. Но проверять, так ли это на самом деле, ей хотелось меньше всего на свете.
Нет, сегодня на этой холодной планете больше никто не должен умирать.
Сделав решительный шаг вперед, Кили выскользнула из-за защищавшей ее стены спин навстречу бегущим. И в ту самую долю секунды, которая понадобилась Каану, чтобы перевести взгляд с противника на нее и осознать, где она находится, она сделала то единственное, что могло бы сейчас повернуть ход событий. Она выбросила руки вперед и крепко сжала кулаки перед собой, вытягивая энергию из промерзшей земли. Лед гулко затрещал. Как давно она не чувствовала этой силы, таящейся глубоко в недрах планет, не проводила через себя ее поток. Даже не пыталась. С самого детства уверенная в том, что это неправильно, опасно. Поток энергии нарастал и расходился по всему телу, наполняя собой каждую клеточку. И когда ее стало слишком много, чтобы удержаться внутри хрупкого человеческого существа, Кили отпустила ее обратно, со всей силы ударив правой ногой о лед и раскрыв ладони к земле.
По всей поверхности, по которой только что бежал противник и на которой стоял ее отряд, прошел импульс гигантской амплитуды. Как будто в самой глубине промерзшей толщи раздался взрыв на десятки метров в диаметре. Столбы раскрошившегося льда взметнулись вверх, а толстая ледяная корка пошла широкими трещинами.
Солдаты с обеих сторон повалились на землю от этого короткого толчка неимоверной силы. На ногах удалось устоять немногим. Возле нее все так же стоял Каан, и чуть позади – высокий молодой солдат с рыжей бородой. А из сотни перед ее глазами устояли лишь несколько человек, включая командира, который начинал атаку. Лед под ногами продолжал напряженно вибрировать, вызывая опасения новых толчков. Командир в светло-сером мундире замер в нерешительности, а позади него послышались возгласы:
– Хетикор!
– Сотрясающая землю!
– Она – Хетикор!
Окружавшие Кили солдаты Армады впились в нее ошеломленными взглядами, тоже не торопясь подниматься на ноги. Замешательство обеих сторон замерло безмолвием. Никто не решался сделать шаг или неверное движение. Командир сотни изменился в лице и, помедлив еще с минуту, склонил голову и опустился на одно колено. Его примеру последовали и остальные солдаты Хетикор.
Кили не двигалась, ровно держа голову, будто ей было не впервой одним движением руки останавливать атаку. Будто и раньше сотни людей падали перед ней на колени, как перед своей королевой. Перед ней, скрывавшейся в бегах и боявшейся когда-то собственной тени. Белоснежные длинные волосы развевались на ветру, подтверждая всем присутствующим ее принадлежность к королевской семье.
Каан развернулся к ней, оставив за спиной врагов, склонивших головы перед этой маленькой и хрупкой девушкой. Кили все еще держала ладони раскрытыми к земле. Он улыбался. Самой настоящей, светящейся улыбкой, как будто это совершенно обычное дело для него. Как будто не был готов несколько часов назад разорвать ее вместе с отцом на куски.
Кили не подавала вида, но ее смущала и одновременно радовала пьянящая улыбка светло-голубых глаз, в которых она уже давно тонула. Рыжебородый солдат, которому тоже удалось удержатся на ногах, прямо над ее ухом прогремел со смехом:
– А игрушка-то и впрямь хороша!
Каан громко рассмеялся, как можно смеяться только над шуткой друга. Затем, видя, что Кили начинает закипать, он немного посерьезнел, и выражение его лица стало более похожим на обычное, но горящий голубым пламенем взгляд все так же улыбался ей.
– Ты только на моем корабле не топай, Хетикор, – сказал он с усмешкой.
Рыжий командир прыснул со смеху, и все остальные разразились хохотом, совершенно не сдерживаясь. Кили было не до смеха, но небольшой смешок все же слетел с ее раскрасневшихся губ. За одни сутки она стала невольной причиной проявления двух самых противоположных сторон
его
души, которые скрывались за вечной невозмутимостью, – неистового гнева и искренней радости.
Каан же, быстро сменив улыбку на обычную сосредоточенность, одним жестом поднял отряд на ноги, чтобы продолжить путь. И Кили беспрепятственно провела их прямо сквозь толпу, отделявшую их от джета и только что намеревавшуюся убить их всех до единого. Сверкающая серебром сотня продолжала стоять на коленях с опущенными лицами в знак своей преданности тому, что олицетворяла для них династия Хетикор. И эта девушка.