Квантовый разлом

Я посмотрела на Воронова, ожидая, что он скажет что-то ещё. Но он, молча, наклонился над багажником и начал копаться в каком-то специальном углублении, которое я раньше не замечала.

Через несколько секунд он выпрямился и протянул мне что-то длинное и тяжёлое.

Я вздрогнула.

В его руках был большой, тяжёлый, с матовым металлическим стволом и деревянным прикладом карабин. На боку которого красовалась надпись: «Сайга-18».

— Это что?! — воскликнула я, отступая на шаг назад. — Откуда это здесь?!

Воронов спокойно положил карабин на капот и начал доставать остальное.

— Магазин на десять патронов, — он помахал в воздухе металлическим прямоугольником. — И две коробки патронов по десять штук в каждой. Двенадцатый калибр. Убойная сила достаточная для крупной дичи.

Я уставилась на него, не веря своим глазам.

— Как это оказалось в автомобиле?! — спросила я дрогнувшим голосом.

Воронов посмотрел на меня и пожал плечами.

— С некоторых пор это обязательно на Объекте для таких авто, как это, — сказал он спокойно. — Таков регламент.

Я уставилась на карабин. Он лежал на капоте, тёмный, зловещий, будто напоминая мне, что мы не в сказке. Мы в другой реальности. И мы не знаем, что здесь может быть.

Он похлопал по прикладу карабина, лежащего на капоте.

— Мы не знаем, кто или что ещё живёт в этом лесу.

Воронов внимательно окинул меня и Владимира взглядом. Его лицо было серьёзным, но в глазах читалась решимость, которая всегда раздражала меня, но сейчас казалась единственным, что удерживало нас от полного хаоса.

— Предлагаю осмотреться, — наконец, твердо, без тени сомнения сказал он. — Нужно понять, где мы находимся, и найти место для лагеря. Возможно, где-то поблизости есть источник воды или признаки цивилизации.

Я кивнула, не раздумывая. Оставаться у разбитого автомобиля было бессмысленно, мы не могли починить машину, не могли связаться с кем-либо, и сидеть там, ожидая спасения, казалось глупой идеей. Двигаться — вот что было нужно.

Лялькин скривился, гримаса на его лице выражала крайнюю степень недовольства.

— Осмотреться? — повторил он. — Вы серьёзно? Мы в лесу! В другой реальности! Кто знает, что здесь может быть! Может быть, там ходят какие-нибудь монстры! Или дикари! Или…

— Или ничего, — перебил его Воронов, с нетерпением в голосе. — Но сидеть на месте — значит умереть от жажды, когда вода в канистре закончится. Так что вставайте и идите за мной. Осторожно.

Лялькин открыл рот, чтобы возразить, но потом закрыл его. Он посмотрел на меня, потом на Воронова, и, видимо, понял, что спорить бесполезно. С тяжёлым вздохом он поднялся, собираясь следовать за нами.

Воронов тем временем взял карабин, который лежал на капоте, и начал заряжать его. Его движения были точными, отработанными. Он явно делал это не в первый раз. Арсений вставил патроны в магазин, щёлкнул затвором, проверил предохранитель, и повесил оружие на плечо. Карабин смотрелся на нём естественно, будто он носил его всю жизнь.

Потом он взял мачете и повернулся к лесу.

— Идём, — скомандовал он. — Я пойду первым. Алима, ты за мной. Владимир Андреевич, замыкаешь. И будьте наготове, это не прогулка.

Он направился примерно на север, в этой стороне было меньше кустарника, и можно было почти беспрепятственно идти. Воронов шёл уверенно, раздвигая ветки и иногда отсекая особенно назойливые побеги мачете. Его спина была прямой, плечи расправлены, он выглядел так, будто знал, куда идти.

Я последовала за ним, и тут же поняла, насколько это будет сложно. Мои туфли на каблуках, хоть и не очень высоких, но всё же, были совершенно неприспособленны для ходьбы по лесу. Каблуки постоянно проваливались в мягкую землю, застревали между корнями, цеплялись за траву. Каждый шаг давался с трудом, и через несколько минут я почувствовала, как ноги начинают болеть.

Ветки кустов цеплялись за мою одежду, за юбку, за белую водолазку и особенно за колготки. Нейлон, хоть и плотный, но не выдерживал острых шипов и веточек, и через полчаса пути колготки превратились в лохмотья, представляя собой сплошные дыры с рваными краями. Я чувствовала себя глупо, но делать было нечего.

И ещё было жарко. Солнце светило ярко, и хотя кроны деревьев давали некоторую тень, но воздух все равно был тёплым и влажным. Пот стекал по спине, волосы липли к шее, а водолазка стала влажной от пота. Я с тоской думала о прохладном кондиционере в жилом модуле «Объекта-312».

Замыкал наше шествие Лялькин. Он шёл медленно, почти волоча ноги, и постоянно оглядывался по сторонам. Его лицо бледнело в тени деревьев, глаза были расширены от страха, и каждые несколько шагов он вздрагивал, услышав какой-нибудь звук.

А вокруг нас лес жил своей жизнью. Яркие огромные бабочки, с крыльями размером с мою ладонь, такие яркие оранжевые, синие и зелёные, порхали между деревьями, перелетая с цветка на цветок. В траве при каждом нашем шаге разлетались в стороны мелкие букашки, похожие на кузнечиков, но с более длинными усами и яркими полосками на спине. Мелкие мотыльки, похожие на пуховые шарики, поднимались из-под ног и кружили в воздухе, прежде чем снова опуститься на землю. Где-то в кронах деревьев перекликались мелодичными голосами птицы. Издаваемые ими звуки совсем не походили на воронье карканье или воробьиное чириканье, к которым я привыкла, скорее, напоминали трели соловья. Но самих птиц видно не было, похоже, они прятались в густой листве, и только изредка можно было заметить какое-то движение высоко над головой.