Страница 60 из 155
– Но пока вам нельзя напрягаться. Не читать, не писать, не утомляться. Не терзать себя мыслями. Увижу хоть один учебник – выпорю!
– Ну что вы, дон, – слабо улыбнулась я. – Учебники дома остались.
– Сиделка вам газету почитает, если будет невмоготу. Легкая пища, сон, молитвы. Да-да, они успокаивают и приводят волновой фон в порядок, это подтверждено новейшими исследованиями. Я пропишу вам легкое успокоительное, в снотворном потребности не вижу. Отдыхайте!
Целитель отечески похлопал меня по руке и отбыл.
Господин этого Камилло невероятно богат, если может себе позволить держать целителя в доме.
Сиделка снова дала мне напиться, и я уснула.
***
Она во дворце! Во дворце!
Принцесса Эллибет выслушала донесение невозмутимого Шинъяра и заметалась по комнате. Да наплевать, что вы там не успели, идиоты! Всех бы казнила собственноручно!
– Госпожа, вам надо успокоиться.
Он еще советовать смеет?! Прихвостень!
– Проводи меня к ней! Немедленно!
– Это невозможно.
– Для принцессы Эллибет нет ничего невозможного! – принцесса подошла так близко, что почти коснулась грудью сотника. – Не разочаровывай меня, Шинъяр! – Прошипела она. – Мое терпение не беспредельно!
Пришлось провожать принцессу к семейному крылу и ожидаемо, натыкаться на вежливый отказ гвардейцев. Не положено!
Результатом неудачного визита послужили две разбитые редкостные вазы синего фарфора и две исхлестанные по щекам служанки. Принцесса гневаться изволит, а они тут мельтешат!
***
– Ты что сделал?! – отброшенное кресло воздело изогнутые ножки к потолку.
– Создал вам условия для романтической встречи!
Бессовестный Камилло весело скалился. Проследил, предотвратил, спас, доставил во дворец. Он молодец и рассчитывает на вознаграждение, яснее слов говорили нахальные глаза оруженосца.
– Идем! – Даэнир выбежал из кабинета.
Но по мере приближения к Малым Лиловым покоям (убить наглеца, это же покои для фаворитки, больше комнат не нашлось?!) шаг становился все короче. Что он, собственно, разбежался? Чего ждет? Что его обнимут и поцелуют? Да они, считай, незнакомы! Начнет визжать, подушкой швырнет…
Нет, надо как-то иначе, с цветами, конфетами… Девушки обожают конфеты! И пирожные, да?
Почти у самой двери Даэнир развернулся и сделал шаг назад.
– Видел я, чтоб от черного мага бежали впереди своего визга, но чтоб черный маг сбежал от девчонки, такого я не видел! – Камилло укоризненно покачал головой.
Даэнир остановился. Потоптался на месте.
– В атаку, мой командир, вам ли бояться! – подтрунивал Камилло.
А, пропади оно все пропадом! Даэнир рванул ручку и вошел. Сиделка встрепенулась, тотчас приложила палец к губам.
– Сидите, я посмотреть, – прошептал Даэнир и жадно впился в лицо лежащей в кровати девушки.
Спит, как младенец. Полукружия ресниц отбрасывают тень на щеки, нежный розоватый румянец играет на щеках, поднимается грудь… У Даэнира защемило сердце. Такая нежная, такая слабая!
Вот уж нет, больше он ее не оставит без своей защиты. Даэнир снял с левой руки брачный браслет и аккуратно поднял кисть спящей девушки.
Сиделка открыла рот.
– Это моя жена, но тс-с-с! – прошептал Даэнир, защелкивая браслет. С удовлетворением посмотрел, как исчезает замочек, превращая браслет в цельный. Снять может только тот, кто надел. А он не снимет. Хватит, набегалась от него.
Сиделка шумно сглотнула.
– Если пойдут сплетни, я буду знать, от кого, – Даэнир даванул аурой для убедительности.
Сиделка побледнела, выкатила глаза… как бы не померла со страху.
– Ухаживай, как за родной! – сунулся под руку Камилло с указанием.
– Да! А у меня к тебе возникла пара вопросов, друг мой, – черный маг схватил Камилло за ухо и вывел его из спальни.
– Да я что? Я же ничего! – выдавил оруженосец, поднимаясь на цыпочки. Ухо, это же такая нежная деталь!
– Ты мне все подро-о-обно расскажешь, не вот это «увидел-всех победил», а все подробно, с самыми мельчайшими деталями!
– Только ухо отпустите, все расскажу! – взмолился Камилло.
Принц и Камилло покинули семейное крыло, принц подозвал старшего караула, что-то ему приказал. Офицер кивнул.
– Муха не пролетит, ваше высочество!
Принцесса Эллибет, замершая за колонной, прикусила губу. Интересно, что там с этой тварью, если к ней прошел главный целитель, потом сиделки, потом принц? Уж не рожает ли мерзкая дрянь? Этого допустить нельзя! Надо прислать акушерку! Свою, проверенную, опытную! Женщина в родах так уязвима, так чувствительна! Спровадить ее на тот свет легче легкого.
А перед акушеркой никакой гвардеец не устоит. Пропустят, как миленькие!
Розовые губы Эллибет сложились в презрительную улыбку.
Что может быть банальнее смерти в родах? В Катабии умирает каждая третья, но там и стоит женщина, как упряжная лошадь. Иногда и того не стоит, крестьянская дочь может обойтись в пять мешков пшеницы. В Кэллавейне получше за счет магии, но маг, принимающий роды, не токсиколог! Он совсем в другое место смотрит.
Она так будет сочувствовать горюющему принцу! Так утешать его!