Племянница из провинции

15

– Дядя? Тетя? – вот уж чего не ожидала, так явления любимых родственников. Не успела выйти на крыльцо почты порадоваться погожему деньку и окончанию рабочего дня.

– Эухения? – тетя поджала губы. – Так это правда?

– Что правда?

– Ты тут прислуживаешь!

– А что такого?

– Мы не можем допустить такого унижения! Немедленно собирай вещи, мы тебя забираем! – загрохотал дядя. – Ты благородная девушка! Как ты смеешь позорить семью? У тебя две кузины, на них падет тень твоего предосудительного поведения.

– Дядя, вы Сандлер, – кротко напомнила. – А я Стаприт, если забыли. Я замужем. Муж не находит в моем образе жизни ничего предосудительного! Очень рада была повидаться, прощайте!

– Стой! Эухения! Давай поговорим!

Устраивать представление для всех сослуживцев и прохожих мне не очень хотелось, поэтому я указала на столики кафе на углу улицы.

– Ты не пригласишь нас домой? – Скривилась тетя. – Что за манеры!

Уж какие есть. Через чашку кофе мне стало известно, что знакомая донны Дорины, проживающая неподалеку (вот же невезение!) неоднократно видела меня здесь то с корзиной овощей, то относящей ботинки в починку, белье к прачкам, или с бидоном молока, идущей от молочника. Вот они и решили, что я прислуга. Опустилась ниже некуда. А по мне, так помочь пожилой донне вполне нормально, ущемленной и оскорбленной себя почему-то не чувствую.

– Тебя выгнал муж? – нетерпеливо спросила тетка.

– Нет, не выгнал. Я просто тут живу.

– Тогда почему ты живешь в трущобах, имея мужа-мага?!

Я обиделась за «трущобы». Нормальный район. Небогатый, но вовсе не трущобы. Тут живут мелкие торговцы, ремесленники, служащие многочисленных контор, студенты, чиновники невысоких рангов. Откровенных нищих, бродяг или забулдыг тут не водилось. Чистенькие небольшие домики, палисадники, мостовая, чугунные фонари даже есть. Два. В начале Почтовой и в конце.

На Горчичной, возле колледжа, селятся интеллигентные образованные люди, преподаватели, магистры. Там ни одного одинакового дома нет, хотя все островерхие, у всех узкие стрельчатые окна. Это моя любимая прогулка, дома рассматривать, когда хочется голову проветрить. У одного дома даже горгульи есть на крыше! Нашли трущобы! Да тут такой райончик, пальчики оближешь. До центра недалеко, и тихо. Как в деревне, все друг друга знают.

В доходных домах на Илангали ужас сколько народу живет, страшно подумать даже! Шестиэтажные громады с квартирами, комнатами и откровенными каморками, вот где трущобы!

– Во-первых, тетя, – отчеканила я. – Муж на службе в опасном месте, куда не стоит везти молодую жену. Во-вторых, у магов, как у всех, есть богатые, есть состоятельные, есть просто не нуждающиеся. Далеко не все маги богачи. Это зависит от направленности дара и его силы. Есть востребованные специальности, а есть узкие ниши для специалистов, которые могут понадобиться раз в десять лет.

– Он хотя бы тебе присылает содержание? – Заинтересовался дядя, в глазах мелькнули жадность и любопытство.

– Поверенный выдает мне небольшую сумму на месяц, – кивнула, догадавшись, что дальше последует просьба о деньгах. – Мне хватает. Роскошествовать не приходится, но и голодать тоже.

Тетя и дядя разочарованно переглянулись.

– Но у него же наверняка есть знакомства среди военных магов, – волнуясь, начала тетка.

– Наверняка есть, – кивнула, отпивая глоточек кофе.

– Пусть поможет Оттавио! Его перевели куда-то на границу с Валечиа! – тетя сжала платочек, обшитый кружевом.

– Он ведь служил на юге, в Кисвере? – припомнила я. Жуткая дыра, хуже нашего Уноа-Коэса. Сплошные поля и бесчисленные стада. Овцы, лошади, коровы. Кузен жаловался на отсутствие светского общества и достойных его титула развлечений. Угу, на службе заскучал. Времени много свободного.

Дядя отвел глаза. Ясно, кузен что-то натворил.

– Его несправедливо обвинили в краже! И разжаловали… – прошептала тетка. Ее глаза наполнились слезами.

Разжаловали? Теперь он даже не офицер? Блестящая карьера для сына барона Сандлера. Он, значит, семью не позорит? Сыночек запутался и ему нужно помочь? Поддержать и денег дать?

– Куда точно его перевели? – уточнила я.

– В Опусу.

– Вам просто несказанно повезло, потому что мой любимый супруг как раз там и служит. Я напишу ему о муках молодого, перспективного дворянина и он примет участие в его судьбе. – Я преувеличенно радостно посмотрела на тетю и дядю. – Не благодарите, это мой долг. Что-то еще?

– Тото нужна экипировка, а твое поместье…

Нет, наглость этих людей безгранична. Я сделала грустную мордашку и вздохнула.

– К сожалению, мое приданое перешло в собственность мужа, я больше не могу им распоряжаться. Я так бы хотела помочь милому Тото! Но живу очень экономно, лишние траты для меня непозволительны.

Лысого восьмилапа оно перешло, но родственники точно без него обойдутся. Еще не хватало!

Дядя и тетя снова переглянулись. Ну да, если кто-то ходит самолично с корзиной на рынок и чинит ботинки, то лишних денег у него точно нет.

– Ты не хочешь вернуться домой? Если уж убираться в доме и ходить за провизией, так лучше работать на своих, чем на чужих! – натужно улыбнулся дядя.

Чужие деньги за работу платят.

А свои вечно недовольны, что я, не помню, как придиралась тетя к каждому пятнышку на приборах или паркете? Как донна Сусанна заставляла трижды бокалы перемывать? Нет, на экономку я не в обиде, навыки ведения домашнего хозяйства, они всегда пригодятся. Но тетке нравилось командовать и распоряжаться, власть проявлять. Слишком часто она с радостью забывала, что я вообще-то племянница, а не прислуга в их доме.

– Что вы, дядя, это бросит тень на моего мужа! Он снял нам небольшой дом. Скажут, супруга бросила мужа, вернулась под кров родных, скандал! Как это скажется на Кристи и Мири? – ахнула я преувеличенно тревожно.

Нет-нет, выдали замуж, переигрывать не будем. Мне отлично живется без тети и дяди, я занимаюсь, чем хочу. Да я за полгода жизни у них города совсем не видела! Сковородки, стирка, шитье и храм. А сейчас все достопримечательности осмотрела, в театре уже трижды была за два месяца.

Я даже в университет ходила на открытые лекции! Вот!