Племянница из провинции

59

– Донна Эухения! – начал он.

Я тут же приложила палец к губам и глянула на дверь, куда двое бандитов занесли тяжеленькую котомку. Следом зашел сероглазый наемник.

– Дон, очень неудобно не знать вашего имени. Понятно, что вы его не скажете, но как к вам обращаться?

– Ну, раз уж мы так хорошо и давно знакомы, называйте меня Бриан, – усмехнувшись, разрешил наемник. – Тут у нас есть копченое мясо, сыр, галеты, крупа.

– Какая крупа? – я тут же начала потрошить котомку. – Перловая, изумительно!

Каша с мясом, что может быть лучше? Она очень полезная и вкусная, если знать, как приготовить.

– Эммет, у нас есть лук, морковь, соль, перец?

– Конечно, – черный маг, с любопытством разглядывающий наемника, потянулся к кухонным полкам.

– Минуту, – Бриан тут же сунул туда нос, тщательно осмотрел соль, приправы, залез во все банки с крупами и макаронами.

Нет, на захватчиков я не собираюсь тратить свои продукты. Что принесли, то и поедят. Не отравятся. Наемник рылся в шкафчике, я за его спиной провела ладонью по горлу, глядя в глаза Мар Абеши. Он удовлетворенно кивнул. Что в доме враги, он понял сразу, теперь знал, что гуманизм проявлять не следует.

– Крупу надо бы замочить, – нахмурил брови Бриан, кончив ревизию полок.

– Пфе, эдак мы только к утру поедим. Достаточно прокалить на сухой сковороде, постоянно помешивая.

Я быстро почистила и нарезала лук, черный маг натер морковь. Овощи зашипели в масле.

– Прошу, поточите ножи, Бриан, вы несомненно, отлично это умеете, – я подсунула наемнику кухонные ножи.

– Ха! – сказал он с веселым изумлением. – Вашему самообладанию можно позавидовать.

– Копчености лучше резать острым ножом на мелкие кубики, – улыбнулась я.

В этот момент раздался дикий визг с верхнего этажа.

Мы кинулись в холл, толкаясь, взбежали по лестнице и ввалились в одну из спален.

Кристина стояла на столе и орала, указывая в угол. Оттуда на нее неодобрительно смотрела восемью красными глазками пушистая паучиха.

– Линда! – ахнул Мар Абеши, хватая на руки свою любимицу. – Перестаньте кричать, вы ее пугаете!

Кристина захлебнулась воздухом и затопала ногами.

– Не царапай столешницу, сама будешь полировать, – заметила я, разворачиваясь.

Ввалились остальные наемники и дон Кулас. Он брезгливо посмотрел на залившуюся слезами Кристину.

– Откуда у бродячего художника пушной паук? – осведомился он.

– Я вовсе не нищий, – гордо сказал Мар Абеши. – Путешествовать с Линдой зимой нельзя, вот мы и остались тут до тепла. Из ее шерсти получаются самые тонкие и мягкие кисти!

– В самом деле? – удивился дон Кулас. – Никогда бы не подумал. Ладно, что вы все тут столпились? Паука никогда не видели? Марш отсюда!

– Морковка! – я всплеснула руками и кинулась в кухню.

Поздно. Грустные обугленные ошметки плавали в масле. Пришлось его процедить и чистить новую морковку. Хорошо, что сковородку с крупой я сдвинула на край очага, она не успела подгореть. Копченую грудинку добавить к луку и моркови на несколько минут, насыпать обжаренной крупы и влить кипятка. Через двадцать минут будет готово. Я обязательно еще тру зубчик чеснока для запаха, не давлю и не режу, а именно тру на крупной терке. Меня донна Ливия научила так делать.

Ароматы по дому пошли такие, что облизывающиеся бандиты собрались в столовой очень быстро. Надутая Кристина расставила тарелки. Во главе стола сел дон Кулас. Против него хотела сесть кузина, но я ее выгнала, указав, что дом мой, и место хозяйки принадлежит мне. Жалобные взгляды кузины на мага последствия не возымели. Наемники же, кроме своих тарелок, ничего не видели.

– Очень вкусно, – похвалил дон Кулас, распробовав кашу.

Наемники согласно замычали, один показал мне большой палец.

– Каша, фу! Так вульгарно, – скривилась кузина.

– Извини, трюфелей и гусиного паштета нет, – отозвалась я.

Кристина начала проворно работать ложкой, убедившись, что на нее никто не смотрит. Но как только кто-то поднимал голову, она делала оскорбленный и недовольный вид, приоткрывая рот на миллиметр, ведь кашу ест только простонародье, а она вынуждена оказывать нам честь, присутствуя за столом.

После ужина заметно рассслабившиеся бандиты собрались в гостиной перед камином, а нас с кузиной дон Кулас позвал в кабинет. Мой кабинет, между прочим! Кристина здесь никогда не бывала и о поместье ничего не знала. Маг ее выставил, крайне недовольный.

Но я тоже никакими сведениями поделиться не могла. Родители умерли, не оставив мне ни записки в любимой книге сказок, ни письма в шкатулке со скромными украшениями. Тайников в доме тоже не было, а если и были, я ничего о них не знала. Я ведь была ребенком, когда меня отвезли в пансион.

– Придется завтра обшаривать все поместье и заглядывать под каждую яблоню, – недовольно процедил дон Кулас. – Я бы предпочел, чтоб источник был здесь, в доме.

Я только развела руками. Помогать ему не собиралась. Пусть сам лазит по снегу и ищет.

А мы с Мар Абеши что-нибудь придумаем. Такое, не очень заметное, но действенное. Хоть и маг природы, но он ведь черный маг! Образованный, дипломированный специалист с фантазией. Какой ученый без фантазии?

Мы успели пошептаться, пока мыли посуду. Наемники сочли, что мытье посуды им ничем не грозит и беспечно оставили нас одних.

Мар Абеши пошевелил пальцами, ставя полог тишины.

– Если будет тихо, они могут что-то заподозрить, – вздохнула я.

– Это сложный отвлекающий полог, они услышат ничего не значащие реплики, – успокоил меня черный маг. – Итак?

Я рассказала все. Раз уж мы оказались в одной лодке. Послать весточку в столицу не представлялось возможным, дон Кулас сразу наложил на дом заклинание блокировки.

– Самый опасный – фулирский шпион, – задумался Мар Абеши. – Он сильный маг воздуха и его бы желательно оставить живым и вменяемым до допроса. Задачка!

– Моя кузина тоже не подарок, женское коварство нельзя недооценивать. Остальные простые наемники, с ними особых хлопот не будет.

– Сначала надо деактивировать их защитные амулеты.

– У них есть и боевые, и вспомогательные, и еще куча всего, я даже предположить не могу, что у них в запасе. Они ведь профессионалы.

– Значит, будем их грабить.

– Как? – я широко раскрыла глаза и чуть не запрыгала на месте от любопытства. Но Мар Абеши только тонко улыбнулся.

Утро началось с гневных воплей и проклятий.