Страница 112 из 129
Он толкает меня на кровать, лицом вниз. Его сила вибрирует во всем моем теле. Лукас стягивает мои шорты. Я чувствую жар его кожи на своей. Его пальцы запутываются в моих волосах, приподнимая голову, пока его вторая ладонь не оказывается перед моим ртом.
— Намочи её.
— Я... что?
Его хватка усиливается. — С каких пор мы задаем вопросы, Скарлетт?
— Я... прости.
Сильный шлепок по заднице.
— Если я говорю тебе что-то сделать, ты, блять, просто берешь и делаешь.
Я размыкаю губы, проводя языком по его ладони.
— Еще раз.
Я повторяю это снова и снова. Когда он решает, что ладонь достаточно влажная, он отстраняется. Я чувствую грубую джинсу, ритмичный стук его костяшек о мои ягодицы. Он просто дрочит, используя мое тело лишь как фон.
Его стон, когда он кончает, мне знаком. Я сжимаю бедра и прячу лицо в простынях. Матрас пружинит — он уходит? Нет, его футболка летит на пол. Он целует меня между лопаток. Его пальцы окунаются в семя у основания моего позвоночника.
— Знаешь, что мне нравится в том, чтобы трахать тебя? — спрашивает он.
Я качаю головой.
— Ты бы позволила мне всё, что угодно, верно? Ты доверяешь мне
настолько
. Ты просто идеальна.
Он размазывает семя по входу. Я дергаюсь. Вместо привычного, один палец надавливает внутри. Это ново.
— Лукас, я... — Я никогда этого не делала. Он знает это.
— Скарлетт. — Он крайне недоволен. — Что. Ты. Должна. Сказать?
— СТОП.
— Хорошая девочка.
Он нежен, но не слишком. Он смазывает головку члена, и ему требуется время, чтобы войти. Я превращаюсь в лужицу под ним.
— Нормально?
Я киваю. Он вошел не до конца. Он разводит мои ягодицы и издает хриплый стон, будто сам не ожидал, что ему это так понравится.
— Я хочу это сфотографировать.
Я кручу бедрами. Ладонь Лукаса ложится мне на висок, и я поворачиваюсь к ней, целуя его запястье.
— Но мне не нужно фото, потому что я никогда этого не забуду. — Он надавливает чуть глубже. — Всё хорошо. Ты в порядке. Еще чуть-чуть. Ты была создана для того, чтобы я тебя трахал. Слишком много?
Я киваю.
— Лгунья. Я дам тебе еще. Раз ты так сильно этого хочешь.
Я издаю одинокий всхлип. — Прости.
— Малышка. Всё нормально, если тебе хочется поплакать. Больно, да? Всё это так чертовски больно, а?
По-настоящему больно — отталкивать его.
— Лукас.
— Милая. Я здесь, чтобы собрать тебя, — шепчет он. — Трахнуть тебя на тысячу мелких кусочков, а потом сложить их обратно. Ты ведь этого хочешь, правда? Чтобы я тебя починил? — Он наклоняется к моему уху. — Хочешь кончить, детка?
Я киваю.
— Я мог бы заставить тебя ждать. Мог бы заставить тебя сказать мне всё то, о чем ты
молчишь
. — Его рука находит мой клитор. — Но я не стану. Знаешь почему? Потому что я и так уже всё знаю.
Взрыв удовольствия. Я срываюсь, сжимаясь вокруг него.
— Вот так, какая хорошая, красивая девочка. Будь паинькой и веди себя тихо, пока я закончу, ладно?
Он пульсирует и дергается, а потом мы просто лежим, восстанавливая дыхание. Затем он снова приподнимает мои бедра. Его рот оказывается
там
, язык ленивый и широкий. Оргазмы накрывают меня волнами.
— Тише, давай, Скарлетт, просто укуси здесь. Ты меня, блять, уничтожаешь.
Я улетаю. Идеально.
Позже он приводит меня в порядок. Укрывает одеялом. Не ложится рядом, а опускается на корточки у подушки.
— Чего ты боишься, Скарлетт?
— Всего.
— Когда дело доходит до того, что действительно важно, ты бесстрашна. Постарайся помнить об этом, хорошо?
Он целует меня в лоб и уходит. На следующей неделе начинается Pac-12.