Страница 31 из 90
Рассказывал сжато, но эмоционально. Поэтому уже после первых же фраз о нападении орлов на самолёт вокруг нас начала образовываться толпа любопытных. Тут же присутствуют не только офицеры, но и аристократы, и даже купечество, как ни странно. Восток же. И все в основном с дамами и дочерьми. Сразу Луга вспомнилась, девицы тамошние… Эх-х…
В результате моего рассказа не только князь высказал намерение всесторонне содействовать ремонту самолёта, но и кое-кто из купцов. И даже пообещали завтра же прислать к нам домой необходимый для ремонта материал, клей и лак. А я почему-то в этот момент вспомнил о хлопке и бездымном порохе…
И что вы думаете? Они все сдержали слово… И даже, мало того, уже на следующий же день организовали в городе добровольное общество содействия развитию авиации!
А подходы к нашему домику с раннего утра оказались плотно заставлены повозками с тюками разнообразной ткани, банками с лаком и красками и горшками с костным клеем. Несмотря на раздражённое бурчание Изотова, которому всё это шевеление под окнами мешало спать, я принял всё, ни от чего не стал отказываться.
Но удивился, когда среди тюков обнаружилась роскошная местная одежда, разнообразные корзины с фруктами и прочие вкусности в коробках. Например, только халвы было столько видов, что глаза разбегались…
А чуть позже, когда мы с полковником приступили к завтраку, к воротам подъехала коляска с великим князем, княгиней и их младшим сыном Александром. Прервать трапезу мне не позволили, но попросили подать прямо в коляску чаю. Сильно удивились, что всем хозяйством в домике заправляем мы с полковником, и тут же пообещали прямо сегодня прислать сарда-подсобника. Мы с Константином Романовичем переглянулись, дружно покосились за заваленный подарками угол, глянули в окошко на заваленный тюками подъезд к дому и сразу же согласились. Впрочем, согласия нашего никто и не спрашивал, нас просто поставили перед фактом…
После завтрака Изотов откланялся и убыл по своим делам в крепость. На прощание мне шепнул:
– Нельзя, чтобы меня в такой момент рядом с великим князем видели.
И ушёл. А мне предоставили местечко в княжеском экипаже и повезли на аэродром.
– Но, ваше высочество, мне же нужно разобраться с тканями, прихватить с собой кое-какие инструменты, найти среди всего этого добра лак с клеем. В общем, взять всё то, что может понадобиться для ремонта, – растерялся я от такого быстрого развития событий. – А ещё мне нужен хороший бензин для заправки самолёта, ну и мало ли ещё что понадобится…
– Вы для начала забирайтесь в коляску, Николай Дмитриевич, а это пока оставьте. – Великий князь одной рукой подхватил под локоток супругу, второй рукой легонечко подтолкнул меня в спину. Во дворе оставил мою спину в покое, но указал на тюки. – Вы думаете, это вам для ремонта принесли?
Я кивнул и растерялся, когда в ответ князь громко рассмеялся. Княгиня скромно улыбнулась и… Промолчала. Но посмотрела как на маленького, словно несмышлёныша перед собой увидела. А вот князь молчать не стал и продолжил свои объяснения:
– Это подарки. После знакомства со мной на вас обратило внимание местное купечество и решило таким образом выказать своё уважение. Эти подношения ни к чему не обязывают, просто примите их как данность, как местный колорит. Как тут любят говорить – надо! А всё необходимое для ремонта вашего самолёта – какое замечательное слово вы придумали – вы мне прямо на поле задиктуете. Уверяю вас, не пройдёт и часа, как нужные вам материалы будут доставлены…
Противостоять подобному напору не было никаких сил, поэтому противиться не стал, смирился с неизбежным, воспринял всё происходящее как данность и успокоился. Зачем переть против течения, если можно просто плыть и наслаждаться?
Как и говорил князь, всё необходимое привезли к самолёту. Не через час, тут Николай Константинович немного ошибся, а через полтора. Но время ожидания пролетело за разговорами быстро, оглянуться не успел, а по полю уже коляска пылит. Даже два местных работника подъехали для выполнения работ. Великий князь уверял, что этим сардам можно доверить любое дело, но я не местный, я уж лучше сам всё сделаю.
Пробоину в крыше кабины заклеил тканью и дополнительно проклепал мелкими гвоздиками по краям. Клей костный, сохнет долго, а ждать времени нет. Не у меня, у меня времени как раз хватает. Это великий князь над душой стоит, поторапливает, копытом от нетерпения бьёт. Даже сына своего мне в помощники определил. Думал, парнишка будет отказываться, да ошибся. Мальчишка с превеликим удовольствием принялся подавать инструмент, кромсать ножницами ткань по начертанным мною линиям и подавать гвоздики. И даже мужественно держал второй молоток, когда я его вместо наковаленки для клепания гвоздиков использовал. Правда, строго запретил мелкому в ботинках на сиденья становиться. Так парнишка и тут меня удивил – взял и разулся. Так и полез босыми ногами в кабину…
– Готово? – не удержался от вопроса Николай Константинович, когда мы с его сыном поспрыгивали на землю. Покосился на сующего ноги в сандалии сына и переспросил: – Можно лететь?
– Пока нельзя, – огорчил князя. – Пусть хоть немного клей подсохнет. Часа два хотя бы.
– Тогда приглашаю отобедать у меня дома. Как раз в отведённое вами время и уложимся…
От въездных ворот проехали по застеклённому портику с колоннами. За портиком увидел великолепный сад или парк. И сам дворец князя поразил своей красотой. Вход с колоннами по бокам, вокруг бронзовые олени с ветвистыми рогами. Широкие окна от пола до потолка, на полу паркет и мрамор.
Из холла, я даже не удивился, пошли налево. За дверью в трёх залах оказалась коллекция великого князя, картины, скульптуры. В правую от холла дверь только заглянули.
– У вас ещё будет время и возможность всё здесь осмотреть самым внимательнейшим образом и сполна насладиться моим зимним садом, – «обрадовал» меня Николай Константинович.
Из холла после всего пошли прямо, через третью дверь. И через несколько комнат оказались в большой столовой. На ходу князь небрежным движением руки указывал мне на очередную примечательную вещь и давал краткое пояснение.
«Вот так, едешь на аэродром заниматься ремонтом, а оказываешься за огромным массивным обеденным столом в компании великого князя с семейством», – подумалось мне, и я замер в ожидании у одного из тяжёлых стульев. Приходится ждать, когда усядутся хозяева. Этикет…