Страница 9 из 12
— Мне не нужно твое согласие, — возражает Самсонов. — Будешь жить там, где я скажу!
— Я не собираюсь быть вашей пленницей, — из последних сил храбрится Снежана.
— И не будешь, — ведет плечом мужчина и добавляет резко, весомо, — ты моя любовница. Содержанка. Выбирай, что по вкусу.
Снежана качает головой. Нет. Она не собирается. И не станет. Ни за что!
— Меня не волнуют твои желания, Снежана, — Натан оказывается слишком близко к ней, давит на нее даже на расстоянии, наклоняется так, что девушке приходится запрокинуть голову, — ты едешь со мной. Ты моя. Твое тело принадлежит мне, пока я этого хочу. Собирайся. Живо!
Натан не прикасается к ней. Но все равно обжигает. Или это только кажется Снежане? Неважно.
Она боится ему перечить. Да и говорить почти невозможно. Хватает сил лишь на то, чтобы не стонать от боли в голос.
— Это я виновата…. Я такая дура…, — бормочет Лида, укладывая вещи Снежаны в небольшой чемодан. — Если бы не мое дурацкая затея с клубом…
Снежа не пытается возразить. Просто сидит, прислонившись виском к прохладной стене в коридоре, пока Лида носится по квартире. Подруга помогает Снежане надеть пальто. Даже застегивает молнию на сапогах, впихивает телефон в сумочку.
— Мне кажется, так будет лучше, — несмело улыбается Лида. — И Самсонов обещал, что я могу приехать к тебе в любое время. Думаю, ему можно верить.
Снежана безразлично пожимает плечом. Да плевать. Сейчас ей на все плевать.
***
Натан смотрит прямо перед собой. Нет, на картину. Да, точно. Он смотрит на картину, висящую на стене рабочего кабинета.
Впрочем, какая, на хрен, разница, куда он смотрит, если всюду мерещатся огромные глазища и синяк на всю щеку. Отек на половину лица. Четкий след от перстня, который сложно не узнать.
— Что ж ты за мразь такая, Лева, — цедит Натан, обращаясь в пространство.
Самсонов понимает, что если Йодко попадется ему сейчас, под горячую руку, то про Льва Яковлевича можно забыть. Мудак перестанет существовать. А мотать срок за это говно Самсонов не согласен.
Плавали, знаем. Второй ошибки Натан не сделает.
Мужчина залпом осушает уже третью порцию коньяка. Алкоголь не берет. Исчезает в желудке и совсем не дурманит мозг. А Натану нужно отвлечься.
— Девушка уснула, — коротко сообщает Михаил, Нат кивает. — Отпускать доктора?
— Сам переговорю, — мотает головой Самсонов и поднимается из кресла.
Беседа с частным врачом, приехавшим по первому звонку, проходит быстро. Нат напрямую задает все вопросы, которые его интересуют.
Да, перелома нет. Легкое сотрясение и ушибы. По остальным показателям девушка тоже в относительном порядке.
Но анализ крови по настоянию Ната доктор делает. Результаты будут готовы утром.
— Что насчет половой активности? — уточняет Самсонов.
— Это вам подскажет гинеколог, Натан Соломонович, — усмехается доктор, — но насколько я могу судить, девушка не жаловалась на какие-либо проблемы в этом плане.
Нат кивает, отпускает доктора. Михаил провожает гостя, а Самсонов прохаживается по длинному коридору, ведущему от холла к спальне.
Квартира, куда поселился Нат, как только встал на ноги после «отсидки», была куда просторнее, чем нужно. Самсонов купил эту жилплощадь исключительно из-за статуса. «Чтобы было», — так аргументировал покупку адвокат и товарищ Самсонова, проверяя документы для сделки.
А теперь эти царские хоромы кажутся Самсонову крохотными. Несколько шагов — и уже дверь.
Нат не хочет, по крайней мере, сейчас, входить в спальню. Он же не в том состоянии, чтобы игнорировать побои на лице его женщины.
Черт, вот так, да. Он считает Снежану Йодко своей женщиной.
А разве это не так?
— Найди мне адрес кабака, — отдает Нат приказ Михаилу, прочищает горло и уже тверже командует: — найди, где сейчас играет Лев Йодко.
— Самсон, да может…, — начинает Михаил, вспоминая то самое погоняло, на которое Нат уже давно не отзывался, но под взглядом кивает: — Будет сделано, Натан Соломонович.
Нат все же входит в спальню.
Девчонка спит в кровати, завернувшись в одеяло, точно в кокон. Лица практически не видно, только светлые пряди волос разметались по подушке.
Нат не сводит со Снежаны глаз, пока меняет костюм и надевает свежую рубашку. Вместо привычных «котлов» цепляет гребаный ролекс, потому что так надо. И запонки, которые Нат на дух не переваривает, как галстук.
Наглухо застегнутый в шмотки, стоимостью в неплохую квартиру где-нибудь в центре, Натан выходит из спальни. Но прежде застывает перед кроватью.
Нет, Самсон — не джентльмен, не супер-герой, не чертов рыцарь. Но за свое он будет рвать любого.
А Снежана — ему принадлежит.
Принимать спорные решения, искать выход из любой задницы, выкручиваться — все это Нат умеет. Теперь умеет. Жизнь научила. И обычно Самсонов думает мозгами, а не членом. Но сейчас идет на поводу у эмоций.
Ему нужна месть.
***
Лев Йодко изменился с последней встречи. Нат даже испытал удовольствие от того, насколько хреново выглядит старик. От прежнего лоска потомственного дворянина ни черта не остается. А ведь Лев Яковлевич кичится и гордится своими аристократическими корнями.
Натан занимает место в тени. Подальше от столика, за которым играет Йодко.
Здесь, в подпольном клубе, все всерьез. И ставки, и народ. Играют на большие деньги, сливают целое состояние за одну игру. И ставят еще.
В таких местах можно играть на что угодно.
— Какими судьбами, Самсон? — ожидаемо, что к столику Ната подойдет распорядитель зала. Хотя, Костика Кастета «распорядителем» сложно назвать. Кастет — правая рука Хозяина, под которым и этот клуб, и большая часть города.
— Заскочил на огонек, — усмехается Натан, с Кастетом нужно быть осторожным в словах, но у Ната здесь своя цель, как и репутация в кругу, как и прошлое, которое известно тем, кому это положено, потому Натан кивает на стол, за которым сидит Йодко, — играет?
— Да, разошелся старикан, — хмыкает Кастет, — с крупняка заходит.
— На что играет?
— На бабло, — пожимает плечом собеседник.
— В долг взял?
— Да ты что, Самсон! Кто ж ему в долг даст? — громко смеется Кастет.
В голове у Ната мгновенно выстраивается крайне хреновая схема. Да нет, вряд ли. Йодко, конечно, отбитый игроман, но чтобы…
С другой стороны, Нат знает, что у Кастета можно получить ссуду в обмен на любой товар, начиная от наркоты, заканчивая… Вот же сука!