Ярость

ГЛАВА 12

Доминик

Она забыла поесть. Я вспыхиваю в ту же секунду, как она признается: последним, что попало ей в рот, был утренний смузи. Как можно просто забыть о еде?

Я наблюдаю, как она уплетает целую пиццу пепперони. Не дожидаясь вопроса, пододвигаю к ней коробку с овощной.

— Еще один кусочек, — ворчит она.

Я качаю головой, не сводя с нее сердитого взгляда.

— Больше ты не пропустишь ни одного приема пищи, Самайра.

Она закатывает глаза. — Ты со всеми своими девушками такой командир?

О, как же я ненавижу, когда закатывают глаза. Будь она моей, я бы перекинул ее через колено. Взгляд переходит на ее вызывающие шорты. Мысль о том, как эта тонкая ткань задирается на плотных бедрах, обнажая идеальные изгибы ягодиц, отзывается тяжелым пульсом в штанах. Я сжимаю кулаки, подавляя желание ляпнуть что-нибудь непристойное и спугнуть ее.

Стоило мне увидеть эти короткие шортики, ее мощные квадрицепсы, золотисто-коричневую кожу, сияющую под желтыми лампами спортзала, волосы, рассыпавшиеся по спине небрежными волнами, и чокер на шее, как тут не потерять нить разговора — я собственное имя то забыл. То, как она сидит на стуле рядом, поджав под себя ногу, заставляет глаза предательски косить в сторону, мешая соображать.

Мне требуется минута, чтобы осознать смысл ее слов, и в животе возникает странное волнение. Неужели Самайра... закидывает удочку, пытаясь что-то разузнать? На губах само собой появляется улыбка. Заметив это, она тут же отворачивается, а ее щеки густо краснеют.

Я откашливаюсь, заставляя ее снова посмотреть на меня.

— Во-первых, у меня нет девушки. Во-вторых — да, я еще тот командир.

Она вспыхивает и качает головой, возвращаясь к пицце.

Не желая смущать ее еще сильнее, я перевожу разговор в привычное русло.

— Нашла что-нибудь по делу Софи?

Я замечаю на ее лице едва уловимую благодарную улыбку — глаза говорят «спасибо» за смену темы. Она быстро проглатывает последний кусок, вытирает руки салфеткой и открывает ноутбук.

— Вот теперь ты задаешь правильные вопросы.

Я вытираю ладони и выпрямляюсь, наблюдая, как Самайра выкладывает стопку фотографий и запускает на экране запись с камер видеонаблюдения, судя по всему, с того самого приема.

— Как ты достала записи? Копам сказали, что все данные потеряны из-за поломки сервера.

Ее губы брезгливо искривляются.

— Так говорят всегда, когда не хотят, чтобы в эти записи совали нос. Либо организаторы вечера, либо сами легавые что-то скрывают. К счастью, нам удалось взломать их сервер и забрать все. Еще мы достали записи с камер через дорогу и из переулка.

Грудь обжигает яростью на тех, кто прятал от нас столь важные сведения. Я придвигаюсь ближе к экрану, глядя на людей, один за другим входящих на вечер. Самайра продолжает:

— Раз Софи упоминала, что тот парень был в черной маске волка, я отсеяла всех белых мужчин в таких масках. Проверила все разосланные приглашения и те, что сканировали на входе. На каждом скане есть отметка времени, так что я смогла сверить, совпадает ли имя в приглашении с тем, кто вошел в здание.

Голова идет кругом от объема информации. Я внимательно слежу за тем, как Самайра раскладывает на столе тринадцать снимков. Поймав мой вопросительный взгляд, она поясняет:

— Это все мужчины, пришедшие в черных масках волка. Я подтвердила личности каждого.

Девять снимков она перечеркивает.

— Личности этих я проверила по именам и видеозаписям. Им всем за пятьдесят. Раз Софи сказала, что насильники были молодыми, предлагаю их пока исключить, чтобы сузить круг поиска. Оставшиеся четверо под вопросом. Один пришел как обычный гость, а трое других использовали пригласительные на чужие имена. Возможно, они связаны с первоначальными адресатами — это нам еще предстоит выяснить. У меня есть список имен из тех приглашений. Я позвала тебя в надежде, что ты кого-то узнаешь лично. Так мы сможем либо вычеркнуть их, либо сделать приоритетными целями.

За неделю она добилась большего, чем полиция и мои частные детективы за четыре месяца. Впервые я чувствую настоящую надежду. Прежде чем вникнуть в детали, я поворачиваюсь к Самайре. Когда наши глаза встречаются, я чуть было не накрываю своей ладонью ее руку, лежащую на столе, но вовремя останавливаюсь.

— Спасибо, Самайра. Это... это великолепная работа.

Она коротко улыбается и кивает.

— Мы их достанем, Доминик. Обещаю.

И я ей верю.

Я мельком смотрю на вычеркнутые фото — вдруг кто знакомый. Самайра подписала имена прямо на снимках, ведь все были в масках. Большинство оказываются бизнесменами из разных сфер, достаточно известными, чтобы я их узнал.

Перехожу к оставшимся четырем. Тот, что пришел гостем, мне незнаком. Но сопровождал он Шейлу Бастион. Я беру снимок мужчины в маске, под руку с которым идет миниатюрная женщина.

— Шейла Бастион. Недавно овдовела, она была женой владельца одной из компаний-конкурентов. Энтони Бастион оставил ей все наследство, и теперь она проводит дни на приемах в компании разных мальчиков на побегушках. Этот тип может быть ее очередным спутником. Позвоню ей завтра и расспрошу о нем.

В глазах Самайры вспыхивает азарт.

— Отлично. Одним меньше. Продолжай.

Даже сейчас, когда я пытаюсь вычислить подонков, изнасиловавших мою сестру, Самайре удается усмирять клокочущую внутри ярость. Она выглядит так, будто может без труда уложить десяток парней вдвое больше нее. Но когда она улыбается или смотрит на меня с такой уверенностью, она кажется самым теплым человеком на свете. Мне хочется сгрести ее в охапку и впитать это тепло, чтобы растопить ледяную вину, которая вечно грызет душу.

Я тянусь к следующему фото, но тут до нас доносятся женские голоса. Дверь в подвал открывается, и входят Слоун и Лена. Я видел, как они тренировались, пока мы спарринговали, но сейчас на них черная тактическая экипировка, а маски сдвинуты на макушки.

У Слоун маска леопардовая с розовым, у Лены — львица в черно-золотых тонах. Заметив нас, Слоун расплывается в лукавой улыбке.

— Началось, — бормочет Самайра, потирая переносицу.

Я прикусываю губу, чтобы не рассмеяться.

Слоун подмигивает мне и толкает локтем Лену, которая уткнулась в телефон. Как только та поднимает глаза и видит нас, они обмениваются со Слоун понимающими ухмылками и направляются прямиком к нам.

— О, привет, ребят, не знали, что Доминик сегодня заглянет, — говорит Лена.