Страница 87 из 96
Тянь-Лань подходил с другой стороны, кладя руку на плечо матери. Он молча проверял биение её сердца на запястье, и его Ци, обогащенная соками жизни Долины, наполняла Лань Инь свежестью.
***
Праздник Урожая в Долине Туманов всегда был временем света, танцев и ароматов созревающих лекарственных трав. В этом году, благодаря усилиям Лань Инь, он стал особенно пышным. Но для детей Грозового Пика это был первый раз, когда они оказались в толпе сверстников, которые не боялись их титулов, а просто хотели веселиться.
Центральная площадь превратилась в море огней. Повсюду на столах стояли корзины с плодами, а в воздухе кружились светящиеся лепестки. Лань Инь наблюдала за всем с возвышения, чувствуя, как радость её народа наполняла её собственное сердце.
Тянь-Лань быстро нашел общий язык со старшими учениками Наставницы Жун. Его глубокие познания в строении человеческого тела и меридианах, и невиданная стальная Ци вызвали у местных лекарей настоящий трепет и великое удивление. Он сидел в кругу юношей и девушек, спокойно обсуждая свойства редких корней, и многие юные целительницы бросали на статного наследника заинтересованные взгляды.
Лин, привыкшая к суровым тренировкам с мужчинами-воинами, поначалу чувствовала себя неуютно в нарядном лазурном ханьфу. Она стояла у подпирающего свод столба павильона, скрестив руки на груди, и с вызовом смотрела на танцующих.
— Почему ты не танцуешь? — раздался тихий, мелодичный голос рядом.
Лин обернулась и увидела мальчика примерно своего возраста. У него были мягкие черты лица и ясные зеленые глаза. На его поясе висела сумка ученика целителя, а от рук исходил тонкий аромат перечной мяты.
— Танцы — это для тех, кто не умеет держать меч, — буркнула Лин, но её золотые глаза любопытно блеснули. — Ты кто?
— Я Юнь, — мальчик вежливо поклонился, и из его ладони вдруг вырвался крошечный лазурный поток Ци, заставивший завядший цветок в вазе рядом мгновенно распуститься. — Я учусь у Наставницы Жун. Я видел, как ты вчера тренировалась на ручье. Ты... очень сильная. Но твоя Ци слишком горячая, она сушит твои каналы.
Лин опешила. Никто из сверстников на Пике не осмеливался поучать её. Она уже хотела выпустить искру, чтобы припугнуть наглеца, но Юнь не испугался. Он подошел ближе и протянул ей засахаренный корень имбиря.
— Попробуй. Это успокаивает Гром внутри. Моя мама говорит, что самым ярким молниям иногда нужно немного сахара, чтобы не ослепнуть.
Лин подозрительно взяла сладость. Юнь смотрел на неё с искренним восхищением, но не перед её силой, а перед ней самой. Под его мягким взглядом юная Владычица Грома внезапно почувствовала, как её щеки залил румянец, ярче любого Грома.
— Ну ладно, — проворчала она, откусывая имбирь. — Рассказывай, как ты заставил тот цветок вырасти так быстро. У меня они обычно просто... поджариваются.
Лань Инь, заметив эту сцену издалека, не смогла сдержать улыбку. Она видела, как Юнь что-то увлеченно объяснял Лин, а та, забыв про свой пыл, внимательно слушала, крутя в руках подаренное угощение.
— Смотри, Жун, — прошептала Лань Инь подошедшей наставнице. — Твой лучший ученик, кажется, нашел способ укротить мою бурю.
— Юнь — добрая душа, — улыбнулась Жун. — В нем нет страха, только любопытство. Именно то, что нужно твоей дочери, чтобы она вспомнила, что она не только клинок, но и цветок.