Страница 96 из 96
Лин осталась стоять на стене одна. Ветер трепал её плащ, а в руках был тяжелый, холодный меч отца. Ей было всего семнадцать весен. Она чувствовала, как внутри неё закипает черная, горькая ярость оставленного без родителей дитя, но внезапно на её плечо легла рука.
Тянь-Лань стоял рядом. Его глаза были красными от слез, но рука была твердой.
— Мы справимся, сестра. Теперь мы — и есть Грозовой Пик.
Лин посмотрела на него. Она медленно подняла меч к небу, и золотая молния, полная невыносимой тоски, прорезала ночное небо.
— Прощай, мама. Прощай, папа, — прошептала она. — Я не подниму этот меч ради славы. Я подниму его так, чтобы никто больше не посмел нарушить покой этого дома.
***
Палата Собраний Грозового Пика никогда не казалась такой огромной и такой холодной. Семнадцатилетняя Лин стояла перед массивными дверями, чувствуя, как тяжелый плащ, отороченный мехом белого барса, тянул плечи вниз. Но это была не тяжесть ткани — это была тяжесть двух родов, зажатая в её кулаках.
Она сделала глубокий вдох. В её легких застыл горный воздух, а в крови закипел Гром, который больше не сдерживала мягкая рука матери и не направляла суровая воля отца.
Двери распахнулись.
Лин вошла в Палату Собраний не походкой юной Владычицы, а поступью хищника. Она не смотрела на старейшин. Её взгляд — расплавленное золото, в котором плясали яростные искры грозы, — был прикован к пустующему престолу из черного железного дерева.
Старейшины и военачальники замерли. Они ожидали увидеть девочку, раздавленную горем, но перед ними шла самая сильная воительница этих гор. От Лин исходил такой жар, что иней на каменных столбах павильона начал таять, превращаясь в слезы. Её Ци больше не искрила по пустякам — она плотным саваном окутывала её тело, отзываясь низким, угрожающим гулом и содроганием скал.
Она не села на престол сразу. Она остановилась перед ним и положила на подлокотник меч отца, которым он когда-то выжег Клан Ворона.
— Мой отец ушел в тишину, — её голос был чистым и холодным, как лед. — Моя мать ушла в туман. Но я осталась здесь.
Она медленно обернулась к собранию. На её лице не было ни тени сомнения, только вызов.
— Я знаю, что на границах уже собираются те, кто считает Грозовой Пик легкой добычей. Я знаю, что Император уже точит перо, чтобы подписать указ о назначении своего ставленника в эти горы.
Лин шагнула к первому ряду старейшин, и те невольно отступили.
— Пусть приходят. Я не буду лечить их, как мой брат. Я не буду договариваться, как моя мать. Я — Грозовая Ярость этого клана. И если им нужна наша земля, пусть попробуют забрать её из моих мертвых рук. Но знайте, что прежде чем я паду, я превращу это небо в костер, в котором сгорят все ваши спесивые замыслы.
Она медленно опустилась на престол. В ту же долю мгновения по Палате прошла мощная вспышка Ци, выбившая искры из факелов. Лин сжала подлокотники, и её Ци окончательно закрепилась в этих стенах, признавая её новой Хозяйкой.
— Первый приказ — произнесла она, и в её глазах вспыхнуло золото. — Запечатать все перевалы. Поднять боевые знамена Черной Молнии. Мы ни на кого не нападаем... пока. Но горе тому, кто пересечет черту.
Война была неизбежна.
Конец