Страница 14 из 96
Глава 8
В подземном зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным рокотом подземного источника и тяжелым, прерывистым дыханием Янь Чжэня. Пар, пропитанный ароматом священного лотоса, мягко окутывал его широкие плечи, которые всё еще вздрагивали от отголосков демонического заклятия. Его кожа под водой казалась пугающе горячей, заставляя ледяные глыбы таять с тихим звоном.
Лань Инь стояла на краю, и её лазурный пояс скользнул из пальцев на каменный пол. Она знала, что любая преграда, даже тончайший шелк, сейчас станет помехой. Чтобы вытянуть Тлеющую Тень из его меридианов, ей нужно было полное единение стихий — кожа к коже, душа к душе. Только так её прохладная Ци могла проникнуть в самые глубины его истерзанного Золотого Ядра.
Она медленно сбросила верхнее платье, оставшись лишь в тончайшей нижнем платье, которая от влажности тут же стала почти прозрачной, облепив её тело. Лань Инь сделала шаг в воду. Холод тающего льда и жар источника боролись здесь, создавая идеальное равновесие, которое ей предстояло удержать.
Подойдя к мужу со спины, она почувствовала, как воздух вокруг него вибрирует от напряжения. Янь Чжэнь не открывал глаз, но его челюсти были плотно сжаты, а костяшки пальцев, лежащих на коленях, побелели. Он боролся из последних сил, чтобы не позволить пламени вырваться наружу и не навредить ей.
— Не сопротивляйся, — прошептала она, касаясь своими коленями его спины и медленно опуская ладони на его плечи. — Впусти меня. Я — твоя вода. Я — твой покой.
Она прижалась к нему, чувствуя всем телом его лихорадочный жар. Её пальцы начали медленно скользить по его груди, находя точки, где пульсировала черная энергия демонов. В ту же секунду лазурный свет её Ци начал просачиваться сквозь его кожу, вступая в схватку с багровым огнем.
Янь Чжэнь издал низкий, гортанный стон — не то от боли, не то от невероятного облегчения, которое принесло её прикосновение. Его голова откинулась ей на плечо, и в этом жесте было столько беззащитности и доверия, что сердце Лань Инь сжалось.
Лазурный свет, исходящий от её ладоней, становился всё ярче, окрашивая густой пар в цвет предрассветного неба. Лань Инь чувствовала, как Тлеющая Тень внутри него сопротивляется. Демоническая энергия вгрызалась в его меридианы, словно раскаленные крючья.
Она медленно скользнула вперед, обходя его и опускаясь в воду прямо перед ним. Теперь они сидели лицом к лицу, их колени соприкасались под водой, усыпанной лепестками лотосов.
Лань Инь взяла его лицо в свои ладони. Кожа Янь Чжэня обжигала, но она не отстранилась. Она заставила его открыть глаза — затуманенные, полные боли и первобытного хаоса.
— Смотри на меня, Янь Чжэнь, — её голос звучал нежно, но в нем была сила океана. — Не в огонь, а в меня.
Она подалась вперед, прижимаясь своей грудью к его широкой груди. Тонкий шелк её нижнего платья мгновенно перестал существовать как оберег. В этот момент она открыла свои духовные каналы на полную мощь. Она не просто лечила его — она начала вытягивать яд в себя, используя своё тело как чистый проводник. Это был смертельно опасное тайное искусство, на которое решались только истинно любящие мастера.
Янь Чжэнь судорожно вздохнул, его пальцы впились в её талию, притягивая к себе с силой утопающего. Он чувствовал, как ледяной поток её нежности пронзает его, гася пожар в самом ядре. Его Ци, почувствовав спасение, начала обвиваться вокруг её энергии, сплетаясь в тугой узел.
— Лань... Инь... — его голос был едва слышным хрипом, но в нем впервые за эти часы прозвучал рассудок. — Ты... заберешь слишком много... остановись...
— Тише, — она запечатала его губы коротким, почти невесомым поцелуем, который был больше похож на передачу жизненной силы. — Мы теперь одно целое. Твоя боль — это моя ноша. Это мой долг.
Вода в каменной чаше вокруг них начала светиться. Багровые сполохи его ярости постепенно растворялись в чистом лазурном сиянии её Ци. Лепестки лотосов, касаясь их тел, вспыхивали и таяли, отдавая всю накопленную магию.
Янь Чжэнь начал приходить в себя, и его хватка на её талии из отчаянной стала разумной и собственнической.
Он тяжело дышал, и каждый его выдох был пропитан остаточным жаром, но теперь это было пламя не боли, а пробуждающейся жизни. Его взгляд, прежде затуманенный безумием, стал пугающе ясным. Он смотрел на неё так, словно видел впервые — не как спасительницу, а как женщину, которая принадлежала ему по праву Неба и Земли.
Вода, ставшая почти прозрачной после очищения, колыхалась у её груди. Намокшее платье превратилась во вторую кожу, не скрывая ничего: изящный изгиб шеи, выступающие ключицы, которые вздрагивали при каждом её вдохе, и нежные очертания груди, украшенной прилипшими розовыми лепестками.
Янь Чжэнь медленно поднял руку. Его пальцы, всё еще сохранившие боевую мощь, теперь касались её с такой осторожностью, будто она была соткана из самого лунного света. Он провел по её ключице, чувствуя под кожей биение её сердца — частое, прерывистое, отвечающее на его близость.
— Твой долг? — прохрипел он, и его голос, низкий и вибрирующий, заставил воду вокруг них пойти мелкой рябью. — Никакой долг не заставил бы тебя шагнуть в этот огонь, Лань Инь. Ты отдала мне свою чистоту, чтобы я не сгорел.
Он скользнул ладонью ниже, к её талии, притягивая её так близко, что между ними не осталось даже капли воды. Его взгляд снова поднялся к её лицу, задержавшись на губах. В нем больше не было разрушительной ярости демонов — там была иная стихия, древняя и властная.
— Ты видишь во мне мужа, — произнес он, и в его глазах вспыхнули золотистые искры его истинной, очищенной силы. — Но видишь ли ты, что я мужчина, который едва сдерживается, чтобы не забрать тебя всю прямо здесь, в этой воде?
Лань Инь почувствовала, как её собственная Лазурная Ци, обычно спокойная, вдруг отозвалась жаркой волной. Уважение, которое она испытывала к нему, теперь смешивалось с чем-то новым — сладким и пугающим трепетом, который заставлял её тело томиться в его руках.