Сводные. Будешь моей

Глава 12. Максим

Алина резко дёргается от испуга, я замираю. Язык останавливается прямо там, где должен был довершить начатое.

Чёртов дверной звонок. Предки, что ли, приехали? Не рановато они?

Вижу как все мои усилия сходят на нет. Хмурюсь: она же не кончила, но продолжать рискованно. Бля, я ведь даже не знаю, есть ли у родителей ключи от квартиры Алины. Вот они охуеют, если зайдут и увидят меня между ног сводной сестры.

Резко встаю, быстро застёгиваю кофту на Алине, сую ей в руки штаны.

– Я открою, не парься, – подмигиваю ей я. – Это же родители?

– Наверное! – тихо взвывает она и начинает надевать на себя вещи, путаясь в них.

Я внутренне ликую: никаких восклицаний по поводу произошедшего нет, значит, мой коварный замысел понемногу действует – соблазнить и присвоить Алину себе. Навсегда. Она уже моя, просто не подозревает об этом.

Бегу за футболкой под аккомпанемент звонка. В полуголом виде встречать родителей в квартире сестры было бы странно. Ладно б мы все на даче собрались, а тут на её территории… Короче, будет странно.

Надеваю и слышу, как в дверь вставляется ключ и не проворачивается, потому что мы закрыты не на него, а замок изнутри. Бля, точно, я же сам закрывал на замок. Мог бы спокойно закончить начатое.

Впрочем, лишних вопросов по поводу того, что мы так долго открывали дверь, лучше не провоцировать.

Открываю дверь и конечно же вижу дражайших предков, отца и мачеху. Родители абсолютно не выглядят удивленными фактом того, что в квартире Алины я. Видимо, заметили мою машину.

– Ты же не хотел ехать, Максим? – обняв меня, спрашивает мачеха.

Полине Георгиевне сорок, но выглядит моложе – всё благодаря любви отца и его деньгам. Натуральная блондинка с голубыми глазами, как и Алина, невысокая и красивая.

Надеюсь, у меня получится сделать Алинку такой же счастливой.

– Да решил поучаствовать в семейных посиделках, – мигом нахожу отговорку я.

– От тебя несёт так, будто ты всю ночь пил, – недовольно говорит отец. – А Оксану что не взял с собой, раз приехал?

– А она часть семьи? – огрызаюсь я, и на меня смотрят два удивленных взгляда. Я тут же исправляюсь: – В смысле, она же не ваша дочь или племянница, зачем её сюда тащить?

Не хочу портить им день объявлением о разводе, расстроятся же. Особенно отец: он завязал на отце Оксаны часть логистики нашего маркетплейса.

Мачеха слишком сочувствующе смотрит на меня, словно понимает в чём дело, а отец теперь хмурится.

– Я торт купил, – добавляю я. – Мы только сели его есть, как вы пришли.

В этот момент с кухни выбегает Алина и кидается к ним обниматься.

– Мам, пап, привет! Вы что так рано приехали, я совсем ничего не успела, – извиняется она. – Придётся торт с чаем уничтожать.

– Мы ненадолго, – отмахивается отец и треплет её по голове. – Ты как, ребёнок? Как учёба?

– Сложноооо, – жалуется Алина. – С работой совмещать сложно.

Я моргаю от удивления: она ещё и работать успевает? А где? Кем?

Последнее, что я помню: она посещала танцы и поступила в универ, ни про какую подработку я не слышал. Правда, это было почти два года назад и я не вникал, что там происходит в её жизни, чтобы не сорваться.

– Что за работа и зачем? – удивляюсь я вслух прежде, чем осознаю это.

Все смотрят на меня, как на дебила.

– Алиночка подрабатывает бариста, чтобы вносить посильный вклад в своё обучение, – гордо говорит мачеха.

– Ммм, зачем? – недоумённо спрашиваю я.

– У нас договор, что большую часть обучения оплачивает она, – поясняет отец.

– Нахера? – недоумеваю я. – Денег хватило бы на три её обучения, зачем ей так надрываться?

– Максим, следи за языком, – предупреждает отец. – Потому что Алина сама так захотела.

Смотрю на сводную – она кивает, подтверждая слова отца. Не, ну что это за пиздец? Пусть лучше просто учится, чем с работой совмещает и здоровье своё гробит.

Ладно, решим эту проблему. Всё равно я планировал подарить ей на день рождения денег, как обычно – подарю чуть большую сумму.

– Так, что же мы стоим, – спозвачивается мачеха. – Мальчики, отставить ссоры, пойдёмте на кухню.

Мы заходим на кухню, и я сразу же сканирую бардак, который мы со сводной наделали: разбросанные по столу вилки, салфетка на полу, одна чашка на краю стола и того и гляди упадёт.

Алина краснеет, поправляет чашку, быстро смахивает мусор со стола и начинает суетиться с чайником.

– Садитесь, я сейчас всё организую, – щебечет она, но голос чуть дрожит. Знаю этот тон: она паникует, но пытается быть хорошей дочерью.

Полина Георгиевна садится напротив меня, отец рядом с ней. Я чувствую себя как на допросе. Отец буравит меня взглядом, мачеха улыбается слишком тепло, будто знает, чем мы тут занимались пять минут назад.

Бред, откуда? Хотя женщины вообще странные – может, у неё шестое чувство на такие вещи.

– Ты какой-то дёрганый, Максим, – замечает мачеха. – С Оксаной всё в порядке?

– Абсолютно, – отрезаю я, глядя в окно. – У неё всё всегда в полном порядке. Я просто не выспался.

Алина ставит на стол чашки, и я ловлю её взгляд – в нём смесь смущения и благодарности, что я не подставил её перед родителями. Или благодарности, что не стал доводить дело до конца и мы успели привести себя в порядок? Хрен пойми этих женщин.

– Максим, помоги Алине, – командует отец.

Я встаю, подхожу к Алине вплотную, беру из её рук чайник. Она замирает, когда мои пальцы касаются её пальцев. Искра проскакивает между нами, я её чувствую физически, мурашками по руке.

– Я сама, – шепчет она.

– Слышала, сказали тебе помочь, – говорю в ответ, чуть наклоняясь, чтобы никто не видел, и провожу кончиками пальцев по её запястью. Она вздрагивает, чайник чуть не падает. – Иди лучше торт положи.

– Алина, ты устала, наверное? – добродушно говорит мачеха. – Иди сядь, Максим всё сделает.

– Угу, – выдыхает Алина и садится за стол.

Я разливаю чай, чувствуя себя идеальным парнем. Только вот парнем я хочу быть для Алины, а для этого надо сначала пережить ужин и не спалиться перед родителями, пока ещё не выяснил у неё, хочет она точно попробовать со мной встречаться.

Да хоть и не хочет, додавлю. Она почти моя, осталось только покорить…

– Где твоё кольцо, Максим? – перебивает мои собственническо-захватнические мысли отец.