Сводные. Будешь моей

Глава 11. Алина

О Боже.

Я пытаюсь отпихнуть голову Максима ОТТУДА, честно пытаюсь – ладони упираются ему в лоб, пальцы сжимаются в кулаки, но моётело предательски живёт своей жизнью.

Оно выгибается навстречу, мышцы живота сводит судорогой, и в итоге мои пальцы вместо того, чтобы оттолкнуть, зарываются в его жёсткие, чуть влажные волосы и притягивают его ближе.

Я чувствую, как его нос утыкается в мой лобок, как его настойчивый, горячий язык проникает в самую сердцевину, и это настолько интенсивно, что перед глазами плывут круги.

– Твоё тело лучше тебя знает, что ты хочешь, – изрекает сводный брат, и его голос вибрирует прямо там, отдаваясь во мне низким, чувственным гулом.

Ну и зачем он остановился?! Зачем, зачем, зачем?!

В голове туман, внизу живота пожар, и я готова взвыть от этой пытки. Рука сама тянется вниз, я надавливаю ему на затылок, умоляя без слов: продолжай, не смей останавливаться, мне плевать на всё, только не лишай этого.

Но Макс лишь усмехается и, подхватив меня под ягодицы, в одно мгновение усаживает на холодную поверхность стола.

Я вздрагиваю от контраста: горячее тело и прохладное дерево. Рядом звякает ложка и задетые тарелки, но мне плевать.

Максим снова опускается на колени на этот раз медленно, смакуя каждое моё движение. Он окончательно стягивает с меня штаны вместе с трусами и его сильные пальцы смыкаются на моих бёдрах, разводят их в стороны, шире, ещё шире, и я чувствую себя абсолютно обнажённой, открытой, беззащитной.

Он смотрит прямо туда. Изучает. Взглядом, от которого хочется провалиться сквозь землю, но одновременно с этим каждый мой нерв вибрирует от предвкушения.

Он склоняется и целует, сначала мягко, дразняще, обводит языком вокруг клитора, по самому краешку, касаясь едва-едва, как перышком.

Я выгибаюсь, хватаюсь за край стола, а он поднимает на меня глаза и говорит с этой своей хищной усмешкой:

– Если не скажешь, что делала на той вечеринке – не кончишь.

Я хныкаю. Громко, и мне плевать, как это звучит. Что за пытки! Что за садизм!

– Я… я… – слова застревают в горле, потому что он не ждёт ответа, а снова опускает голову, и его язык начинает выписывать узоры. Более настойчиво. Более глубоко.

Он водит им по складочкам, проникает внутрь, вылизывает до умопомрачения, до дрожи в коленях. Ноги и руки трясутся, я чувствую, как по позвоночнику бегут мурашки, как внизу живота закручивается тугой, горячий узел.

Я почти ложусь на стол, теряя равновесие, но краем сознания вспоминаю про торт и в последний момент упираюсь локтями в столешницу, сметая какие-то крошки.

– Ну так что? – он резко останавливается. Просто убирает язык и смотрит на меня снизу вверх, ожидая.

А я готова его убить и трахнуть. Одновременно.

– Случайно пришла! – выпаливаю я, не в силах собрать слова в предложения. – Не знала, что там… Такое! Думала, обычная вечеринка, а там эти… эти… Хотела уйти, но не дали, а потом… Ты пришёл…

Я окончательно смешалась и смутилась. Осознание накрывает ледяной волной: я сижу перед парнем своей мечты на кухонном столе, с раздвинутыми ногами, влажная, растрёпанная, готовая на всё, как последняя шалава.

Щёки вспыхивают, я инстинктивно пытаюсь свести бёдра, спрятаться, закрыться. Но Максим держит крепко: его стальная хватка не позволяет даже пошевелиться. Он продолжает смотреть туда, любуется мной.

Я чувствую его взгляд каждой клеточкой, каждым нервным окончанием.

Внезапно он переводит взгляд мне в глаза. Резко, как пощёчина. И в этих глазах не просто похоть, там что-то другое. Собственническое. Жесткое.

– Не нужно ходить в такие места, сестрёнка, – говорит он тихо, но каждое слово вбивается в мозг. – Там много больших опасных волков, которые от тебя живого места не оставят. А мне придётся их всех убить, если с тобой что-то случится.

Сводный брат целует внутреннюю сторону моего бедра. Нежно, почти благоговейно. Губами проводит по чувствительной коже, поднимаясь выше, к самому сокровенному. И это так контрастирует с его словами, с его хваткой, что у меня перехватывает дыхание.

Он не просто трахает меня языком, он вылизывает каждый миллиметр, словно я сделана из мёда.

Я совсем теряюсь в ощущениях. Это нежно, сладко и приятно до умопомрачения. Словно там, внутри меня, действительно есть какая-то волшебная кнопочка, нажимая на которую, Макс посылает по всему телу волны наслаждения, перемешанные с электрическими разрядами. Они бегут от низа живота к груди, к кончикам пальцев, к макушке.

Я слышу свой голос откуда-то со стороны – тонкий, прерывистый, постанывающий.

Я чувствую, как мышцы живота начинают сокращаться в ритме, который задаёт его язык, как внутри нарастает давление, горячее, невыносимое, требующее выхода.

Ещё немного, ещё чуть-чуть и я взорвусь, рассыплюсь на миллион осколков, утону в этом блаженстве.

Я уже на грани, уже лечу в пропасть, уже чувствую этот сладкий спазм, который начинается глубоко внутри и расходится кругами...

Как тут по всей квартире раздаётся трель дверного звонка.