Проклятый дракон Элизы

Она встряхнула его, и он, смутившись, опустил меч. Несмотря на ее пышнотелость и кажущуюся мягкость, Нэн всегда умела заставить нас слушаться, и этой ночью все было по-прежнему, хоть мы с Каспианом и были уже взрослыми.

– Защити сестру и братьев. Клянусь, мы будем держать глаза и уши открытыми здесь и пришлем за вами, когда придет время.

Нэн отпустила его ухо и положила ладонь ему на щеку.

– Ты всегда был смелым, Каспиан. А теперь тебе нужно доказать это еще больше. Беги!

– Поехали! – закричал Карл, когда раздался сигнал тревоги.

Каспиан втянул меня в карету, запряженную шестью лошадьми и управляемую Олафом. Дверь еще не успела захлопнуться, как Олаф пришпорил лошадей, и мы понеслись во весь опор через открытые ворота.

Смотря в заднее окно, я увидела, как стражники, взбираясь на своих лошадей, приготовившись пуститься за нами в погоню.

– Быстрее, Олаф, быстрее! – крикнул Ричард, один из семнадцатилетних близнецов, заметив, как стража мчится следом.

– Я хочу домой, – заплакал наш младший брат Уильям, которому было всего три года.

Я прижала его к себе.

– Тише, милый. Все будет хорошо, обещаю, – сказала я, молясь, чтобы в ближайшие часы мне не пришлось оказаться лгуньей.

Мы мчались через все еще спящее селение, и дорога из брусчатки так трясла карету, что я прикусила язык и проглотила кровь.

– Ш-ш, все хорошо, – прошептала я Уильяму, не понимая, кого именно я пыталась успокоить – его или себя.

Каспиан смотрел назад, а когда повернулся, наши взгляды встретились.

– Они нас догоняют.

– Что же мы будем делать? – спросила я с отчаянием.

– Я выпрыгну из кареты и сражусь с ними, это даст вам время уйти, – ответил Каспиан с достоинством.

– Нет.

Я, обхватив Уильяма, вцепилась в его рукав.

– Нет, ты умрешь.

– Я не могу представить себе более благородной смерти, чем защищая тебя и братьев, – произнес он с решимостью на губах.

Карета резко вильнула, и нас бросило влево, а затем – вправо. Уильям вскрикнул, а Ричард выругался.

– Мы все будем сражаться, – решил Филип, брат-близнец Ричарда.

В семнадцать лет их было трудно различить, только глаза Ричарда были чуть светлее.

Внутри потемнело, когда мы въехали на окраину Сказочного Леса.

– Мы можем здесь оторваться от них, – предложил Чарльз, семилетний и самый отчаянный из братьев.

Он проводил дни в лесу с охотниками отца, и если кто и знал, где спрятаться, так это он.

– Но нам нужно выйти из кареты.

Я вспомнила, что все еще держу в руках сапоги, и осторожно пересадила Уильяма, чтобы надеть их.

– Хорошо, – согласился Каспиан, глядя на Ричарда и Филипа, чтобы убедиться, что они с ним.

– Сбавь ход на следующем повороте, – крикнул Каспиан Олафу после кивка близнецов, – мы выпрыгнем и скроемся в лесу.

– Слушаюсь, принц Каспиан, – ответил Олаф, из чего я поняла, что план ему тоже по душе.

– Готова? Уильям у тебя? – спросил Каспиан, и я кивнула смелее, чем чувствовала на самом деле.

– Эндрю, Гарольд, вы первые. Держитесь вместе и бегите в чащу. Ждите нас там, – приказал он младшим близнецам.

В девять лет они еще достаточно боготворили старшего брата, чтобы делать все, что он велит.

Каспиан распахнул дверь, и близнецы выпрыгнули, держась за руки. За ними – Джордж и Александр. Потом Ричард взял одного из пятилетних близнецов, Гарри, а Филип – второго, Эрика, и тоже выпрыгнули.

С замиранием сердца и с Уильямом на руках настала моя очередь. Карета уже замедлила ход, но все еще шла быстрее, чем мне хотелось.

– Сейчас, Элиза, – приказал Каспиан.

Я прыгнула.

Вес Уильяма едва не повалил меня, но крепкие сапоги коснулись ровной земли, и я устояла. Сильные руки обхватили меня за талию и остановили. Это был Каспиан.

– Сюда.

Он потянул меня в чащу, и всего через несколько секунд королевская стража промчалась мимо нас во весь опор.

Никогда в жизни я не думала, что придется бояться этих людей, защищавших меня всю жизнь.

Сейчас было не время задавать вопросы, и я последовала за Каспианом сквозь темный лес, тихо вскрикнув, когда мы нашли остальных братьев.

– Вот сюда, – показал Чарльз между деревьев. – Тут неподалеку озеро, а у него избушка, где мы можем пока остаться.

– Если она принадлежит отцовским охотникам, они нас там найдут, – предостерег Ричард.

– Нет. Она пустует уже много лет, – уверенно сказал Чарльз, и это делало его старше своих семи лет.

Даже в день рождения он казался взрослым, я помню, как держала младенца на руках и думала, что его глаза могли бы принадлежать восьмидесятилетнему.

Молча мы шли за младшим братом по темному лесу долгое время, каждый запертый в своих мыслях, пытаясь осознать случившееся. Еще недавно мы были любимыми детьми короля Юлия, а теперь – изгои, крадущиеся между деревьев посреди ночи.

Каспиан нес Уильяма, а Ричард и Филип заботились о Гарри и Эрике, которым было всего пять. Порой Джордж или Александр, еще одна пара близнецов, данной нам судьбой, брали меня за руки, чтобы помочь перешагнуть упавшее бревно или пройти сквозь колючие заросли, рвущие платье и волосы.

Солнце только начало вставать, когда мы достигли озера, о котором говорил Чарльз. Оно было большим, а его спокойная вода отражала первые лучи солнца на своей мерцающей поверхности.

Слово «ветхая» было слишком щедрым для описания единственной хижины на берегу. Крыша частично обвалилась, а восточная стена рухнула. Но Чарльз был прав в одном – здесь нас никто не найдет.

– И что теперь? – спросил Эндрю, плюхнувшись на большой камень, выглядя усталым и подавленным.

– Останемся здесь на время, приведем хижину в порядок и решим, что будем делать, – постановил Каспиан.

– Нэн хотела, чтобы мы ушли наружу, – напомнила я.

– Мы не сможем вернуть королевство, будучи снаружи, – с ноткой высокомерия возразил Ричард.

– Мы не будем ничего решать сегодня ночью, – сказал Каспиан тоном, не допускающим возражений.

Эдвард

Гениальность деловой хватки моего отца всегда была безошибочной, но его последнее предприятие оказалось еще грандиознее всего, что он когда-либо затевал.

Воспользовавшись потоком туристов, желающих посетить Кричащий Лес и Сказочный Лес, он сначала построил отель прямо на развилке шоссе, чтобы посетителям было удобно отправиться в любой из городов. Отель имел успех – не огромный, но достаточный, чтобы вдохновить его на новые идеи.