Скандальные. Грехи элиты

Я тоже усмехаюсь, снимая оливку со шпажки. Ничто не заводит Брэндона так сильно, как хороший скандал и перспектива минета от моих накрашенных помадой

Dior

губ.

— Иди сбрасывай напряжение в другом месте, ладно? Я не в настроении для подобных игр.

В голосе Мэри звучит неподдельное отчаяние, а блеск в глазах Брэндона только разгорается. Такая уж у него прелюдия.

— Скажи, как он сделал тебе предложение? Ты кончала в этот момент или была на грани? — спрашивает он с искренним интересом, двумя пальцами убирая со лба светлую прядь. — Мы же оба знаем, что ты иногда бываешь сама не своя, когда кончаешь.

Мэри встревоженно смотрит на меня, она явно застигнута врасплох. Ее щеки мгновенно вспыхивают, и она закусывает нижнюю губу. Но я, разумеется, в курсе, что Брэндон спал с Мэри, ведь именно я его на это и подбила, как и на многое другое.

— Мэри, умоляю. Только не надо сейчас смущаться. Здесь все спят друг с другом.

— Тебе совершенно нечего стыдиться, Мэри-Энн, — с наслаждением продолжает провоцировать ее Брэндон.

Мэри снова вскидывает на него взгляд. Внутри нее уже все закипает, ведь мы прекрасно знаем, в чьих глазах она ни в коем случае не должна упасть. В глазах святого Мэттью Уайта.

— Ты же знаешь, у нас друг от друга нет секретов, — вкрадчиво шепчет ей Брэндон, и это звучит как лучшая шутка вечера.

— Лилит вон как разоткровенничалась. Почему бы тебе не взять с нее пример? Смотри, сцена свободна, а зрители только вошли во вкус, — подначиваю я, кивая в сторону сцены. Мэри краснеет еще сильнее и сжимает руку в кулак. Еще немного и она лопнет.

— А почему бы вам самим не взять с нее пример? Ах да, вам бы, наверное, и двух дней не хватило, чтобы вывалить всю ту грязь, что тяготит ваши черные души, — с непривычной резкостью шипит Мэри, а я усмехаюсь. Она права, вот только двух дней нам бы оказалось мало.

Брэндон склоняет голову набок.

— Это заняло бы часа три и я бы наслаждался каждой минутой, — роняет он.

— Ты отвратителен, — выплевывает Мэри ему в лицо, а Брэндон тихо смеется.

— Я просто хотел поздравить с помолвкой. А где твое кольцо? — безжалостно продолжает он.

— У меня нет кольца, Брэндон, ясно?! — Бедная Мэри сейчас окончательно сорвется.

Усмехнувшись, он ставит пустой стакан на барную стойку. Затем закатывает рукав белой рубашки.

— Разумеется, — бросает он себе под нос. — Как бы он смог надеть его на тебя во время секса? Не всем в такие моменты хватает ловкости.

И такого контроля, как у Брэндона. Иногда он способен прямо в процессе обсуждать деловые вопросы или принимать решения. С Блэйком всё иначе. Никакого контроля. Никакой расчетливости. Как только я прикасаюсь к нему, он полностью теряет голову, утягивая за собой и меня. Возможно, именно поэтому в машине между нами возникла та откровенность. Возможно, поэтому я начинаю испытывать эмоции, которые сейчас совершенно ни к чему. И, возможно, поэтому мое сердце бьется так быстро, стоит мне только о нем подумать.

— Занимался бы ты своим дерьмом, Брэндон, — вырывает меня из мыслей Мэри, хотя ей следовало бы знать, что он никогда этого не делает.

— У меня нет своего дерьма. Поэтому я копаюсь в чужом. — В его глазах вспыхивает безжалостный блеск, он опирается локтем о стойку. Серебряные часы сверкают на запястье так же, как его льдисто-голубые глаза.

— Прошу прощения, у меня есть дела поважнее, чем тратить на тебя время, — огрызается Мэри, на что Брэндон понимающе улыбается.

— Конечно. Успокоить свекровь всегда приносит дополнительные очки.

— А тебе принесет дополнительные очки, если ты больше не заговоришь на эту тему! — Мэри протискивается мимо нас, одарив Брэндона предостерегающим взглядом. Жаль, что взгляды Мэри невозможно воспринимать всерьез, потому что она и сама в них не верит. Она направляется к Вирджинии и теперь будет играть роль хорошей невестки так же, как я играю ее перед Сибил. Именно ей я обязана тем, что Чад сейчас занят. Он беседует с матерью и какими-то коллекционерами искусства, а я сбегу, как только придет время.

А пока я отпиваю мартини, чувствуя на своем профиле взгляд Брэндона.

— Ты и правда жестоко мучаешь нашу маленькую овечку.

— О, она не такая уж и овечка, — задумчиво тянет Брэндон и заказывает мне еще один мартини.

— Хочешь меня напоить?

— Что ты. Только не при родителях. Какого ты обо мне мнения, Адалин? — мягко спрашивает он.

— Думаю, что ты точно так же не хочешь ударить в грязь лицом перед своим отцом, как и я.

— Верно, я не хочу терять лицо. Поэтому я всегда тщательно выбираю с кем иметь дело. Разве ты нет? Спасибо, — обращается он к бармену и пододвигает мне новый коктейль. Теперь я перевожу на него взгляд. Конечно, он знает про нас с Блэйком, его глаза повсюду. Я только и ждала, когда он об этом заговорит.

— Я тоже выбираю с кем иметь дело, — прикидываюсь я дурочкой, и Брэндон вздыхает.

— Без шлема, Адалин?

— И без трусиков.

— И без угрызений совести.

— Как нас и учили. — Я отпиваю мартини, а Брэндон снова мягко улыбается.

— Главное — применять эти навыки там, где нужно, милая.

— Я и применяю их там, где нужно.

И «там, где нужно» — это на теле Блэйка. И как же это правильно покрывать его поцелуями, полностью лишая рассудка. От одного воспоминания об этом по телу пробегает дрожь.

— Тогда скажи мне, какая тебе выгода от этого подражателя Аладдина?

— Брэндон, — терпеливо отзываюсь я.

— Адалин, — выдыхает он.

— Всё очень просто, потрясающий секс.

— И ты думала о том, чего тебе может стоить этот потрясающий секс?

— Ничего он мне не будет стоить. — Я ведь не дура, хотя на первый взгляд кому-то может так показаться.

— Ну, последней женщине, утверждавшей нечто подобное, это стоило жизни.

— Ну, последняя женщина — это не я. — По телу пробегает обжигающая волна гнева. Не смей сравнивать меня с Лианой. Он прекрасно знает, что я не такая, как она и никогда ею не стану. Я никогда не любила Лиану и ее смерть этого не изменила.

— Адалин, ты ведь куда хитрее. — Он склоняет голову и пронзает меня взглядом. — Неужели ты ни разу не задумалась почему этот человек именно сейчас выбрал именно тебя?

О да, задумывалась не раз. Выводы оказались тревожными и я отмахнулась от них, потому что пока не хочу останавливаться. Но с Брэндоном я этими мыслями не делюсь.

— Мэттью вернулся в город и стоило этому случиться, как вернулся и он. Через тебя. Подумать только.

— Что-то я его здесь не вижу.