Страница 27 из 113
— Эй, — шепчу я и провожу большим пальцем по её мягкой, чистой щеке. Она приоткрывает глаза и растерянно смотрит на меня. Где-то глубоко внутри меня что-то сжимается каждый раз, когда она так на меня смотрит.
— Мы приехали. — Люси хмурится и переводит взгляд со старого кирпичного здания наверх, а потом широко раскрывает глаза. Я помогаю ей отстегнуться, она ещё слишком сонная. Но в конце концов и она выбирается из машины. — Не забудь рюкзак, — напоминаю я, отступая назад. Люси поспешно хватает его и следует за Джейсоном. Наверное, они сейчас сразу же поднимутся наверх, постучат в дверь миссис Рамоз и будут стоять перед ней, как две маленькие сиротки.
Я захлопываю дверцы машины и достаю сигарету из кармана своих чёрных спортивных штанов. Я зажимаю окурок между губами и протискиваюсь мимо подержанных автомобилей. Свой старый пикап я когда-то тоже получил от мистера Рамоза, но пользуюсь им только тогда, когда нужно куда-то везти брата и сестру, потому что бензин дорогой. Через плечо выдыхаю дым, солнце жжёт руки, пот собирается на затылке. Теперь я немного успокоился и чувствую себя чуточку расслабленнее, ведь знание того, что мои брат и сестра в надежных руках, снимает с меня часть груза.
Когда я подхожу к магазину, наружу выходит Даника. Я опираюсь копчиком о капот синего Kia.
— Они уже наверху, — сообщаю я. Даника замирает, заметив мою бровь. Я, конечно, знаю, почему в её взгляде мелькает беспокойство. Моя кожа лопнула и тупо пульсирует, но я просто игнорирую это. Пусть остается как есть.
— У тебя всё в порядке? — спрашиваю я и снова затягиваюсь. Даника собирает свои чёрные волосы в хвост. Чёлка падает ей на брови. Чёлка у Даники столько, сколько я себя помню.
— Ага, я в порядке, а что с тобой? — Она опирается копчиком рядом со мной, и я протягиваю ей открытую пачку сигарет. Она зажимает одну между не накрашенными губами. Даника всегда естественная — не такая, как другие, кого я когда-то знал.
Она шарит по карманам своих чёрных джинсовых шорт в поисках зажигалки. Но, скорее всего, не найдёт, поэтому я просто протягиваю ей свою горящую сигарету.
— Он был не в духе. Я хотел убрать их подальше с линии огня. И спасибо тебе, кстати.
— Не благодари.
Она возвращает мне сигарету и глубоко затягивается своей.
— Как твоя мама?
— Откуда мне знать? — сухо отвечаю я. Последний раз я задумывался о том, как поживает моя мать, когда был в возрасте Джейсона. Даника со вздохом качает головой и вытягивает перед собой загорелые ноги.
— Мама уже спрашивала, когда ты снова их привезёшь. — Честно говоря, я бы с радостью оставил их здесь навсегда, но это, конечно, невозможно. Поэтому я часто использую каникулы или выходные, чтобы дать брату и сестре немного разнообразия и покоя.
— Твоя мама — ангел, — замечаю я и подсовываю свою свободную руку под плечо. С ангелами такая штука: если они попадают не в те руки, они сгорают и рассыпаются.
— Только если ты не трогаешь её любимый пудинг, — отвечает Даника и такими же тёмными глазами смотрит вверх на дом. Я лениво улыбаюсь и делаю последнюю затяжку, прежде чем щёлкнуть окурком в сторону. Из окон доносится взволнованный голос Люси. Дома она всегда говорит тише, ходит тихо, не привлекает внимания, постоянно настороже. А здесь ей этого не нужно. Здесь она может быть ребёнком.
— Ты уже слышал? — вдруг спрашивает Даника, и я сразу понимаю, к чему она клонит. Я скрещиваю руки и тупо смотрю на наше отражение в витрине магазина. Конечно, она имеет в виду именно эту тему — что еще я мог услышать? Что девушка Диего сделала еще один аборт?
— Ты о том, что Мэттью вернулся?
— Именно. — Даника резко выпускает дым.
— Да, я слышал. Кажется, пару дней назад он проезжал мимо моего дома. — Что он хотел? Почему не остановился и не столкнулся со мной лицом к лицу? Разве не этого он добивается уже целый год?
— Правда? — Теперь Даника пристально смотрит на меня.
— Ты знаешь ещё кого-нибудь, кто разъезжает по Овертауну на Maybach? — сухо спрашиваю я.
— Нет. — Фыркает Даника. Она никогда не была в восторге от богатых детишек из Майами-Бич. В этом наши мнения всегда немного расходились. Меня же жизнь по ту сторону города неизменно притягивала, и, зная, что никогда не смогу её прожить, я отталкивал и высмеивал её. По крайней мере, до тех пор, пока мне не представился шанс перебраться через мост в лице Мэттью Уайта. Но со временем он стал для меня не просто билетом, а лучшим другом. Без всяких скрытых мотивов.
— Думаешь, он приедет к тебе?
— Думаю, он меня убьёт, если поймает. — Я говорю это именно так, как и чувствую. Богатый человек всегда найдет способ избавиться от кого-то вроде меня, и никто потом не будет тебя искать.
— Пусть только попробует.
Я бросаю на Данику насмешливый взгляд. Мы всегда защищали друг друга, и я знаю, что она поймала бы за меня пулю.
— Честно говоря, это была настоящая трагедия, но вам стоит дать траве прорасти поверх этого, — добавила она тише, смотря мне прямо в глаза.
Ни одна трава не вырастет достаточно густо, чтобы скрыть то, что произошло, и ни одна не сильна на столько, чтобы помочь забыть. Но я понимаю, в чём её настоящая проблема. Мы столько раз ссорились из-за этих людей. Она уже однажды потеряла меня из-за них. Я уже однажды полностью оттолкнул её и бросил.
— Я больше не буду иметь с ними ничего общего, не переживай. — Я щиплю маленькую ямочку на её щеке, как делал всегда, и она обхватывает мою руку.
— Серьёзно, Блэйк, — говорит она настойчивее. Она действительно боится, что я снова поддамся.
— Я не буду пить шампанское с богатыми детишками с той стороны, обещаю.
— Хорошо, — отвечает Даника, и её глаза сверкают. — И, если он тебя беспокоит, я дам тебе папин пистолет.
— Лучше оставь его себе. — Здесь бродит достаточно свиней, и, хотя Даника умеет постоять за себя, всё же лучше, если у неё будет что-то для защиты.
Я сжимаю её пальцы, прежде чем отпустить.
— Мне нужно спуститься в центр, тебе что-нибудь нужно?
— Ты ведь не позволишь мне обработать это? — Она указывает на мою бровь, и я закатываю глаза. Она меня знает. Ерунда, и всё лучше всего заживает на воздухе. Кроме внутренних ран.
— Это всего лишь царапина, Дани.
— Маленький пластырь? У меня есть с единорогами, — приторно предлагает она.
— Я тебе сейчас покажу единорога, — мрачно бормочу я, отталкиваясь от капота.
— Маленькие машинки?
В ответ я показываю Данике средний палец, и она смеётся.