Страница 105 из 113
Да, я уже слышала это. Но в то же время страх сдерживает. Страх привязанности или того, что кто-то проникнет тебе под кожу именно в тот момент, когда ты готова подпустить его ближе, он сдерживает. Поэтому я опускаюсь перед Алеком на колени и провожу губами по его животу, одновременно слегка стягивая его брюки вниз.
Алек нажимает мне на голову, заставляя опуститься ниже, и я провожу кончиком языка под его пупком. Я не отвожу взгляда, когда скольжу языком по его члену, одновременно чуть приспуская боксеры. Внутри меня снова всё сжимается.
Пальцами я провожу вдоль него, прежде чем обхватить губами, и он выдыхает через нос. Такой сдержанный. Вчера, у него дома, он позволил себе немного расслабиться. Вчера всё было иначе. Он даже не предохранялся, настолько был захвачен желанием. Но сегодня он снова полностью контролирует себя, и я не понимаю, как у него это получается и почему у меня никогда не выходит быть такой же сдержанной и непроницаемой.
Я беру его глубже. Я хочу, чтобы он терял контроль снова и снова, и снова. Так же, как я теряю его рядом с ним. Я хочу, чтобы он перестал держать себя в руках. Хочу увидеть больше того, что он показал мне вчера.
Его рука на спинке кровати напрягается. Думаю, я близка к цели, поэтому провожу языком вдоль его члена и кончиками пальцев скольжу по груди. Его дыхание немного учащается, хороший знак. Я оставляю ладонь у него на груди, над сердцем. Хочу почувствовать, как он теряет контроль. Хочу ощутить, как его сердце начинает биться быстрее.
Я жадно сосу, и его пульс ускоряется. По мне тут же пробегает дрожь, а Алек сжимает зубы. Его челюсть напрягается. Больше… я хочу ещё. Глубоко вдыхаю через нос и двигаюсь ещё дальше. Он упирается в моё горло, дыхание сбивается. Я почти начинаю кашлять, но успеваю сдержаться.
— Что ты делаешь, Лилит? — тихо, хрипло спрашивает Алек, всё ещё контролируя себя. Я продолжаю вбирать его, не отводя взгляда. Я хочу увидеть, как он отпускает себя. Хочу свести его с ума. Хочу, чтобы он снова показал мне то, что показал вчера. И я не собираюсь останавливаться. Именно это читается в моих глазах, если он умеет по ним читать.
— Ты играешь с огнём. — Он сильнее сжимает мои волосы, и я впиваюсь ногтями в его кожу. — Этого. Тебе. Делать. Не стоит. — Он подаётся глубже, удерживая меня за голову. Я снова едва не давлюсь, но не останавливаюсь. Прижимаю язык к его члену, и в глазах Алека вспыхивает что-то тёмное, особенно когда я медленно веду его вперёд, и мышцы на его теле вздрагивают. Сухожилия на шее выступают. Он всё ещё сдерживается. Какое напряжение, какая борьба. Я снова двигаюсь по его члену и Алек резко выдыхает, затем рывком оттягивает меня назад.
Я остаюсь без дыхания, повисая в воздухе, и тут же оказываюсь брошенной на кровать. Алек склоняется надо мной, прежде чем я успеваю прийти в себя, и обхватывает меня за талию. Резким движением подтягивает меня выше по кровати и вытягивает мою руку над головой. И тут же раздаётся щелчок — наручник, закреплённый на спинке кровати, защёлкивается на моём запястье. Я чувствую лёгкое сопротивление внутри, глядя на прикованную руку, но быстро успокаиваюсь. Со мной ничего не случится. Всё в порядке.
Алек тянет мою другую руку к спинке кровати, не отводя взгляда от моих глаз, и холодное железо обхватывает запястье.
На губах Алека играет блаженная улыбка, когда он защёлкивает наручник. Затем он целует мой подбородок, и мои веки дрожат. Моя сверхчувствительная кожа реагирует на него, и я сжимаю кулаки, потому что хочу дотронуться до него.
— За что я тебя наказываю? — мурлычет он у моей ключицы, оставляя влажный след, когда проводит языком. Я извиваюсь под ним, и всё внутри меня жаждет его тела, жаждет его внутри себя. Всё во мне хочет чувствовать его полностью. Но для этого я должна ответить на его вопрос.
— За то, что я написала тебе, — хрипло шепчу я, выгибая спину.
— Почему это для тебя плохо? — он целует меня между грудей вниз и скользит рукой по ноге. Всё, чего он касается, будто вспыхивает пламенем. Он прав, я действительно играю с огнём. Но что мне делать, если этот огонь такой красивый, такой манящий, такой обещающий?
— Потому что я не могу сопротивляться, потому что я в твоей власти, потому что у меня нет контроля, потому что я ничего не решаю, — отвечаю я, уже почти теряя нить мыслей.
— Это происходит не только в этой постели и не только тогда, когда ты в наручниках. — Алек проводит языком по моему животу, и я снова вздрагиваю, открывая глаза. Его тёмный взгляд снова затягивает меня. Да, он прав. Во многих ситуациях в жизни я чувствую себя беспомощной, зависимой и одинокой. Связанной даже без всяких оков, живя жизнью женщины, которая якобы такая свободная.
— Верно, — шепчу я, опуская голову назад. Я открываю ему эту слабость только потому, что он уже прочитал её во мне. Притворяться дальше бессмысленно, всё и так на поверхности. Такого мужчину, как он, не так-то просто обмануть. Он не так равнодушен к окружающему, как мой отец, даже если таковым кажется.
— Верно. — Алек проводит губами по моему лобку, но, почти коснувшись центра, уходит в сторону, скользя по бедру. Я раздражённо выдыхаю и снова извиваюсь под ним. Чёрт, я хочу его так сильно, что это почти больно. Это ощущение разрывает меня изнутри. То, что он так близко и в то же время недоступен, сводит с ума.
— Что мне с тобой делать? — хрипло спрашивает он, снова проводя рукой по моей ноге.
— А что ты хочешь со мной сделать? — отвечаю я осипшим голосом. Кажется, ещё одно его прикосновение и я кончу.
— Я хочу трахнуть тебя так жёстко, что завтра ты не сможешь ходить, — шепчет он и проводит языком по самому чувствительному месту. Во мне сразу взрываются вспышки удовольствия, а его слова окончательно разжигают этот огонь.
— Я хочу использовать тебя, хочу кончить тебе в рот.
О, чёрт, чёрт.
— Тогда сделай это, — прошептала я требовательно, и Алек снова провёл рукой по моей ноге вверх.
— А если я просто буду держать тебя так всю ночь, снова и снова доводить до грани безумия? — предложил он, чем сильно меня разозлил.
— Тогда ты меня убьёшь! — вырвалось у меня. Чёрт, если он так сделает, я реально взорвусь. Я не выдержу. Не смогу это вынести.
— Ты бы это заслужила, — спокойно сказал он.
— Это слишком, — я в панике смотрела то в его глаза, то снова на губы. В них блестело что-то особенное. Ему это нравится. Думаю, он немного садист, но мне это не мешает. Меня лишь раздражает, что его сейчас нет внутри меня.
— Трахни меня, — шепчу я умоляюще и загибаю пальцы ног к его бедрам.