Страница 106 из 113
Он медленно снова проводит языком по моему центру, и я откидываю голову назад. Маленькое прикосновение вызывает такой мощный прилив удовольствия, что я почти кончаю. Почти взрываюсь внезапно. Но пока этого не происходит. Алек обхватывает свой член рукой и медленно ведёт вверх-вниз.
— Я мог бы просто кончить, — размышляет он, и я задыхаюсь.
— Нет! — шепчу я в панике. Я хочу его внутри, я схожу с ума. Он не должен кончать без меня, он должен кончить во мне. Наконец он становится на колени между моих ног и продолжает двигать рукой. Я рванула вперёд, и наручники звякнули. Чёрт, дерьмо, я хочу дотронуться до него. Всё это сводит меня с ума. Я не создана для такого.
— Что ты сделаешь, чтобы я тебя трахнул? — спрашивает он низким голосом, в котором всё громче слышится возбуждение. Моё сердце колотится так сильно, что из-за глухого шума в ушах я едва что слышу. Я схожу с ума. Реально схожу с ума. Алек тянется к одному из презервативов на тумбочке и медленно надевает его. Я бы гораздо сильнее хотела почувствовать его снова без всего этого, как вчера, но не возражаю. Это был случайный прокол, я понимаю.
— Чего ты хочешь от меня? — спрашиваю я в отчаянии.
— Всего, маленькая Лилит. Я хочу, чтобы твои мысли вращались вокруг меня, чтобы твой мир вращался вокруг меня. Я хочу, чтобы ты перестала дышать, когда я скажу. Я хочу, чтобы твоё тело разваливалось, когда я его не трогаю. Больше ничего. — Он наклоняется надо мной и проводит кончиком члена по моему центру. Огонь во мне превращается в синий язычок пламени, и я дрожу всем телом.
— Я думаю о тебе, — шепчу я в сладком опьянении, не понимая, что со мной происходит. Я совершенно потерялась, полностью пьяна этим моментом, полностью пленена им. Алек двигается между моих ног, но не входит в меня. Я отчаянно поднимаю к нему бёдра. Как он может так себя контролировать? Разве он не хочет наконец быть внутри меня? Я почти не могу это вынести.
— Трахни меня сейчас! — вырвалось у меня умоляюще, и Алек выдохнул.
— Как ты хочешь, чтобы я тебя трахнул? — пробормотал он у моих губ и слегка вошёл в меня. Я сразу застонала, хотя мне нужно было глубже. Как я хочу? Если бы всё зависело от меня, мы бы уже закончили. Когда Алек полностью входит в меня, мы оба стонем.
Блядь, как же это приятно. Наконец. Словно я годами ждала, чтобы он был внутри меня.
Он отстраняется и снова входит. Я снова издаю стон, полный желания. Так хорошо, что не нужно себя сдерживать. Сейчас я не хочу сдерживаться. Единственное ограничение — эти проклятые наручники, я не могу его трогать. Но я могу обвить ноги вокруг его бёдер, и я делаю это.
Алек двигается глубоко внутри меня, его рука вонзается в мою талию. Я на грани, будто разваливаюсь. Боже, правда, я вот-вот развалюсь. Сжав кулаки, я выгибаюсь навстречу ему. Пульс стучит в ушах. Я хочу чувствовать тело Алека на своём. Хочу чувствовать всё. Сейчас. Но я не могу. Не могу дотронуться до него. Не могу прикоснуться так, как он касается меня.
Я вонзаю ногти в ладони, пока ощущаю, как желание прикоснуться к этому мужчине почти рвёт меня на части.
— Поцелуй меня, —выдыхаю я и его губы сразу сомкнулись с моими. Со стоном он зарывает руку в мои волосы, и желание взмывает выше. Жар заставляет пот течь из пор. Чёрт. Что это вообще? Почему это меня так поглощает? Почему я чувствую так много? Почему я такая жадная?
Я стараюсь прижаться к нему всем телом, как могу, но этого недостаточно. Недостаточно. Просто недостаточно.
Алек целует меня глубже, двигается жёстче. Я хочу впиться в его спину. Хочу скользить по его мышцам. Хочу потрясти его мир, как он потрясает мой. Я впиваюсь зубами в его нижнюю губу, и Алек стонет, но отдергивает голову. Как же это раздражает. Теперь его темные глаза уже не такие сдержанные, в них мелькают искры. Но он ещё не отпустил.
— Я хочу тебя трогать, — шепчу я умоляюще, прижимаясь лицом.
— Не сейчас. — Он снова целует меня, и я издаю раздражённый рык. Жадно двигаюсь ему навстречу бедрами.
Больше. Мне нужно больше. Я хочу больше.
— Лежи, — приказывает он у моих губ и замедляет движения. Чёрт, он меня убивает. Я не могу вынести такой ритм.
— Почему? — выдыхаю я сквозь зубы.
— Потому что ты должна меня чувствовать, — он меня шокирует, и я раздуваю ноздри. Я его чувствую. И я чувствую его, когда он позволяет мне прикасаться к нему, именно тогда я его чувствую.
— Я могу чувствовать тебя иначе, — шепчу я у его рта.
— Чувствуй меня так, — снова шепчет он, медленно входя в меня сантиметр за сантиметром. Я закатываю глаза, когда волны наслаждения пробегают по моим венам.
Я реально не знаю, что здесь делаю, но не могу остановиться. Всё, что я знаю, это то, что действительно чувствую его, и я расслабляюсь, отпускаю, перестаю пытаться. Я перестаю бороться, не тяну наручники, я просто сосредотачиваюсь на том, как он чувствуется внутри меня, и это почти больно.
Его тёмные глаза горят ярким пламенем и рассказывают истории, которые я ещё не могу расшифровать. Похоже, я больше не могу сопротивляться тому, как этот мужчина всё глубже проникает под мою кожу. И я вижу — нет, чувствую в этот момент — что в нём действительно гораздо больше. Он не просто доминантный, контролирующий бизнесмен, в нём есть и другая сторона. Он верит в любовь, как недавно сообщил мне. Он прожил жизнь, которая, вероятно, превосходит моё воображение. Возможно, он испытал боль. Возможно, я была бы шокирована, узнав, что ему пришлось пережить. Но я вижу крошечную часть этого в этих глазах, которые с первого взгляда лишили меня дыхания. Меня поражает, что Алек позволяет мне так глубоко смотреть. Что он действительно даёт мне почувствовать себя. Это иначе, чем всё, что я переживала раньше. Иначе, чем всё, что я знаю. Иначе, чем всё, что Алек показывал мне прежде.
Я крепче обвиваю его бёдра ногами, потому что ощущать его — делает меня буквально зависимой. Даже если больно, ведь пока я чувствую его, я чувствую и себя. Так всегда бывает?
Задыхаясь, я поднимаю голову к нему, и когда наши губы встречаются, во мне взрывается настоящий фейерверк. В первый раз, когда он меня коснулся, я думала, что поняла, что такое секс. Но я и представить не могла, потому что в этот момент соединяются не только наши тела, но и наши души. И это несмотря на то, что я думала, будто моя душа умерла с Лианой. Но нет. Она здесь. Немного дырявая. Она болит, но я её ощущаю. Её и ещё много других вещей, которые я не хотела чувствовать. Вещей, которые выбивают почву из-под ног.