Прошлые жизни Евы

Глава 14

После осмотра достопримечательностей и перекуса чурросами с горячим шоколадом, Ева и Павел направились к гостинице. Ноги ужасно гудели и буквально шептали: «Нам бы в кроватку!»

Павел то и дело поглядывал на Еву - та шагала, слегка покачиваясь, и время от времени мечтательно бормотала: - Представляешь, сейчас откроем дверь в номер, а там - огромная мягкая кровать… И ни тебе старинных призраков, ни загадочных теней. Только тишина и подушки. Я сейчас усну стоя, как лошадь в вестерне!

- И моя энергия на нуле - батарейка просит розетку, в виде подушки!

Зайдя в комнату, Ева взяла полотенце и пошла в душ, Павел окинул взглядом ту самую его кровать и невольно улыбнулся: «Ну вот, мечта сбылась. Теперь главное - доползти до неё, пока не уснул прямо тут, посреди комнаты». Он бросил сумку на кресло, потёр уставшие глаза и подумал, что сейчас даже скрип пружин будет звучать для него как самая уютная в мире колыбельная.

Вдруг тёмные тени начали выползать из окна, как из щелей, будто вязкий дым, они кружили вокруг него. Их шёпот царапал уши, словно кто-то водил ногтями по стеклу:

-Вспомни… Ты обещал… Ты знаешь, зачем пришёл…

Ужас сковал сердце, даже сон отошёл на второй план. Он невольно отступил к кровати, нащупывая за спиной край матраса. «Да я просто хотел выспаться!» — хотелось выкрикнуть, но голос застрял где-то в горле. Вместо этого он сжал кулаки и выдавил:

- Я ничего не обещал, кто вы? Зачем пришли?

-За тобой! Ты нашшшш.

Шептали они. Павел отшатнулся и упёрся спиной в изголовье кровати. Тени больше не кружили - они вытянулись, обрели смутные очертания фигур в длинных лохмотьях, и от них веяло таким ледяным гробовым холодом, воздух будто загустел.

-За мной? Вы ошиблись! Я вообще в отпуск приехал! - голос предательски дрогнул, но он всё-таки выговорил это вслух, словно сам факт произнесённых слов мог сделать их настоящими, защитить его. Тени переглянулись - если у них вообще были глаза, - и их шёпот стал громче, будто сразу со всех сторон:

-Отпуск.…Ха. Ты думал, это просто дорога? Ты сам выбрал этот путь. Ты обещал…

-Я ничего не подписывал! И вообще, у меня жена… ребёнок… - он сам не понял, зачем это сказал, ведь ни жены, ни ребёнка у него не было. Но слова вырвались сами, будто древний, безотчётный способ защититься: заявить о своей связи с миром живых, с чем-то настоящим и тёплым.

Тени заколебались. Их очертания на миг поплыли, стали менее плотными.

И тут из ванной раздался громкий всплеск, будто Ева уронила шампунь, а следом - её голос, бодрый и абсолютно земной:

-Паш, тут вода то горячая, то ледяная! Ты не знаешь, где тут регулятор?

Звук её голоса ударил по комнате, как яркий свет. Тени зашипели, съёжились, втянули в себя черноту, словно кто-то резко втянул воду в слив. Они не исчезли совсем - просто отступили к углам, растворились в тенях от настольной лампы, стали частью обычного полумрака уставшего номера.

Павел стоял, вцепившись пальцами в покрывало, и чувствовал, как по спине стекает холодный пот. Он глубоко вдохнул, пытаясь унять дрожь, и крикнул, стараясь, чтобы голос звучал нормально:

-Там сбоку, на трубе! Синий - холодная, красный - горячая!

-Ага, спасибо! - отозвалась Ева, и шум воды снова заглушил всё остальное.

Когда она вышла через несколько минут, завернувшись в полотенце, Павел уже лежал в кровати. Вид у него был такой, будто он только что пробежал марафон.

-Что случилось, ты почему такой бледный. - Ева подошла к нему и почему-то потрогала лоб.

Павел попытался улыбнуться, но улыбка вышла какой-то жалкой, натянутой. Он провёл рукой по лицу, будто стирая усталость, и выдохнул:- Да ничего особенного… Просто день выдался сумасшедший.

-Завтра последний день отпуска, куда сходим, ещё столько замечательных мест есть в Барселоне?

-Парк Креуэта дел Коль, погода замечательная, не очень хочется таскаться по музеям.

Павел чуть приподнялся на локтях, будто сам удивился, что у него нашлись на это силы, и кивнул:

- Парк Креуэта дел Коль.… Звучит так, будто ты уже всё продумала. Прости, что я сейчас даже на «о, давай в Саграду!» не способен.

Ева рассмеялась - тихо, уютно, и этот звук как будто разогнал оставшиеся тени в комнате:

-Да я и сама не хочу сегодня ни про архитектуру, ни про экскурсии. Просто представила: мы берём те огромные круассаны из пекарни на углу, кофе в стаканчиках, идём туда, где тенисто и тихо, и даже телефон можно в сумку убрать. Ну как?

Павел, наконец, успокоился и улыбнулся по-настоящему - не натянуто, а так, что морщинки у глаз стали заметнее, но это только добавило улыбке тепла:

-Знаешь, это, наверное, лучшее предложение за весь день. Даже за всю неделю.

Она встала, потянулась и шутливо пригрозила пальцем: - Только с одним условием: Ты от меня ни отходишь, ни на шаг, послезавтра уезжать, а свой чемодан я сама тащить не собираюсь. - Ева улыбнулась, предугадывая его реакцию.

Павел распахнул глаза и картинно схватился за сердце:

- Ну вот, а я-то думал, это будет день без обязательств. А тут сразу «ни на шаг» и чемодан в нагрузку!

Павел подошёл к Еве сзади и приобнял за талию.

-Как ты вкусно пахнешь...

Ева чуть наклонила голову, улыбнулась - немного смущённо, но тепло, - и накрыла его руки своими:

-Ну вот, опять ты сворачиваешь с темы чемодана на комплименты. Хитрый ход.

Павел уткнулся носом в её плечо, вдохнул ещё раз и тихо рассмеялся:

-Ты пахнешь как круасан, ванилькой и мятой. Так и хочется съесть...

-Не надо меня есть, я не колобок.

-За то скоро им станешь, будешь ходить вперевалочку, как уточка и держаться за поясницу. - Павел улыбнулся и изобразил тут самую уточку.

Ева фыркнула, а потом рассмеялась - так звонко и легко, будто с плеч тоже свалился какой-то тяжёлый рюкзак:

- Ну, ты и сравнил! То уточку, то колобка… Я, между прочим, планировала завтра выглядеть изящно в своём новом платье, а не переваливаться с ноги на ногу!

Павел тут же выпрямил спину, сделал вид, что смотрит на неё через воображаемую фотокамеру, и торжественно произнёс:

-Изящно - это не обязательно. Но знаешь, в перевалочке тоже есть своя прелесть. Как у тех пингвинов, которых мы видели в океанариуме, - такие важные, а сами еле-еле шагают. И всё равно очень милые.

Она прищурилась, прикидывая, стоит ли возмущаться дальше, но потом махнула рукой:

-Ладно, пингвины - это еще куда ни шло. Но за «колобка» ты ответишь.